Приложения

# Уполномоченный

## по правам человека в Российской Федерации

### Аппарат

### Институт

### Документы

### Положения

### Правозащитные организации

### Архив материалов:

<< | < | Март 2011 | > | >>
Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | Вс
| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6
7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13
14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20
21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27
28 | 29 | 30 | 31 |  |  |

### Найти на сайте

Искать...

### Жалоба получена

### Диалог с подразделениями Аппарата

### Противодействие коррупции

### СМИ об Уполномоченном

### Обращение в Европейский суд

### Обращение в ООН

### Представительства

## Приложения

  Родительская категория: Раздел Диалог с подразделениями Аппарата
  Категория: Публикации
  Опубликовано 04.03.2011 12:27
  Просмотров: 3471

к материалу "Использование Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации судебных механизмов защиты нарушенных прав граждан (ч. II)"

Приложение 1

Ходатайство Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в прокуратуру Калининградской области, в результате рассмотрения жалобы гражданина В.

Прокуратура

Калининградской области

236040, г. Калининград,

ул. Горького, 4

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 20 Федерального конституционного закона" Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", по поручению Уполномоченного направляется для рассмотрения по существу жалоба В. на действия должностных лиц Светлогорского ОВД Калининградской области.

Прошу проверить доводы жалобы и принять меры прокурорского реагирования, о чем сообщить заявителю, а также проинформировать Уполномоченного.

Приложение: на 3 л., фото – 1 шт.

Начальник отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве В.С. Мартинович

Приложение 2

Решение, принятое в результате рассмотрения ходатайства Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, по жалобе гражданина В.

Начальнику отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве

Аппарата Уполномоченного по правам

человека в Российской Федерации

В.С. Мартинович

Ваше обращение в интересах В. на противоправные действия сотрудников ОВД Светлогорского городского округа прокуратурой области рассмотрено.

22 декабря 2005 года В. обратился по телефону в дежурную часть ОВД Светлогорского городского округа по факту повреждения лобового стекла на автомобиле БМВ-318 государственный номер В 209 СН /39/, который находился во дворе дома № 2 в пос. Зори.

В нарушение ст. 140 УПК РФ и приказа МВД РФ №158 данное сообщение в книге учёта сообщений зарегистрировано не было, проверка по нему не проводилась, решение в соответствии со ст. 145 УПК РФ не принималось.

По факту нарушения сотрудниками ОВД Светлогорского городского округа учётно-регистрационной дисциплины, выразившегося в отказе принять и зарегистрировать заявление В. о преступлении, на имя начальника ОВД Светлогорского городского округа внесено представление (исх. 286 от 08.02.2006г), по результатам рассмотрения которого было принято решение "строго указать оперативному дежурному по ОВД старшему лейтенанту милиции Ш., на недопустимость нарушений учётно-регистрационной дисциплины.

В ходе проверки доводов В. о применении к нему психологического давления сотрудниками милиции установлено, что по данному факту в Светлогорской межрайонной прокуратуре проводилась проверка в порядке ст.ст. 144 - 145 УПК РФ, по результатам которой старшим следователем Светлогорской межрайонной прокуратуры юристом 3 класса Ивановым С.А. 13.03.2006г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

17 марта 2006 года по результатам дополнительной доследственной проверки старшим следователем прокуратуры Светлогорского городского округа вновь вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

Однако изучением отказного материала № 193пр-2006 установлено, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено необоснованно и преждевременно, в связи с чем, 03 мая 2006 года первым заместителем прокурора Калининградской области отменено, материал возвращён в Светлогорскую межрайонную прокуратуру для проведения дополнительной проверки. По результатам рассмотрения жалобы В. вынесено постановление о частичном удовлетворении жалобы.

Начальник следственного управления

прокуратуры области

старший советник юстиции С.И. Бондаренко

Приложение 3

Ходатайство Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в прокуратуру Республики Башкортостан, в результате рассмотрения жалобы гражданина В.

Прокуратура

Республики Башкортостан

450000, г. Уфа,

ул. Крупской, 19

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 20 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» по поручению Уполномоченного направляется для разрешения по существу жалоба В. на бездействие прокуратуры Кировского района Республики Башкортостан по факту нанесения сотрудниками Кировского РУВД г. Уфы телесных повреждений В., в результате которых последний скончался.

Прошу проверить доводы В. и о результатах рассмотрения ему сообщить, а также проинформировать Уполномоченного.

Приложение: на 2 листах.

Зам. начальника отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве В.П. Титов

Приложение 4

Решение, принятое по ходатайству Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, по жалобе гражданина В.

В аппарат Уполномоченного

по правам человека

в Российской Федерации

Заместителю начальника отдела

защиты прав человека

в уголовном судопроизводстве

Титову В.П.

Прокуратурой Республики Башкортостан рассмотрено обращение В. о неправомерных действиях сотрудников Кировского РУВД г. Уфы, в результате которых наступила смерть его сына В., и непринятии мер по данному факту прокуратурой Кировского района г. Уфы.

Установлено, что 08.01.2006г. прокуратурой Кировского района г. Уфы возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, по факту причинения телесных повреждений В., повлекших по неосторожности его смерть.

В связи с тем, что расследование уголовного дела представляет особую сложность предварительное следствие поручено постоянно действующей следственной группе прокуратуры Республики Башкортостан.

По факту укрытия от учета сотрудниками Кировского РУВД г. Уфы сообщения о преступлении, совершенного в отношении В. сотрудниками милиции, прокуратурой республики 28.03.2006г. возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ. Производство предварительного следствия поручено постоянно действующей следственной группы прокуратуры республики.

О результатах предварительного расследования по уголовным делам В. будет уведомлен в установленном уголовно-процессуальным законом порядке.

О результатах рассмотрения обращения В. уведомлен.

Руководитель постоянно

действующей следственной

группы прокуратуры республики И. Г. Минниахметов

Приложение 5

Ходатайство Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в прокуратуру Нижегородской области, в результате рассмотрения жалобы гражданина К.

Прокуратура

Нижегородской области

6603105, г. Нижний Новгород,

ул. Ижорская 25

Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации принято к рассмотрению обращение К.

Согласно информации от 30.11.2005 г. № 15/1-451-2005, полученной из прокуратуры Нижегородской области, 25.10.2005г., прокуратурой ЗАТО г. Сарова уголовное дело, возбужденное в отношении Х. по ч. 1 ст. 127 УК РФ, направлено для рассмотрения в Саровский районный суд Нижегородской области.

В соответствии с п.п. 2 п. 1 ст. 23 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» по
поручению Уполномоченного прошу сообщить о результатах рассмотрения
вышеназванного уголовного дела.

Начальник отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве В.С. Мартинович

Приложение 6

Решение, принятое по ходатайству Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, по жалобе гражданина К.

Начальнику отдела защиты прав человека в уголовном судопроизводстве

Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации

Сообщаю, что уголовное дело по обвинению Х. в совершении преступления, предусмотренного ст. 127 ч.1 УК РФ было рассмотрено мировым судьей судебного участка № 1 г. Сарова Нижегородской области. Приговором суда от 19 декабря 2005 года Х. признана виновной по ст. 127 ч.1 УК РФ и осуждена к 3 месяцам лишения свободы с отсрочкой исполнения наказания на 6 месяцев.

И.о. начальника управления

по надзору за следствием и дознанием

прокуратуры Нижегородской области Ю.В. Меньшов

Приложение 7

Ходатайство Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в прокуратуру Краснодарского края, в результате

рассмотрения жалобы гр. К.

Прокуратура Краснодарского края

350016, г. Краснодар,

ул. Советская. 39

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 20 Федерального конституционного закона. «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» по поручению Уполномоченного направляется для разрешения по существу жалоба К. на нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные сотрудниками УВД Анапского района Краснодарского края при расследовании уголовного дела по факту избиения.

О результатах прошу сообщить заявителю и проинформировать Уполномоченного.

Приложение: на 5 листах.

Начальник отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве В. С. Мартинович

Приложение 8

Решение, принятое по ходатайству Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, по жалобе гражданина К.

107084, Москва, Мясницкая ул., дом 47

Аппарат Уполномоченного по правам

человека в Российской Федерации

Начальнику отдела защиты прав человека

в уголовном судопроизводстве

Мартинович В.С.

Сообщаю, что жалоба К. на волокиту, допущенную СУ при УВД г. Анапа при расследовании уголовного дела № 413163 по факту причинения ему вреда здоровью средней тяжести, поступившая в прокуратуру края из аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, рассмотрена.

Установлено, что 05.03.2004г. СУ при УВД г. Анапа возбуждено уголовное дело № 413163 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 112 УК РФ.

Предварительное следствие по уголовному делу неоднократно приостанавливалось, необоснованные постановления о приостановлении следствия отменялись в порядке надзора Анапской межрайонной прокуратурой.

Так 02.08.2006г. заместителем Анапского межрайонного прокурора отменено постановление о приостановлении предварительного следствия по данному уголовному делу от 15.01.2005г. По результатам дополнительного расследования 02.09.2006г. предварительное следствие по уголовному делу приостановлено по основанию, предусмотренному п. 1 ч.1 ст. 208 УПК РФ в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Указанное постановление 04.09.2006г. отменено заместителем Анапского межрайонного прокурора, производство предварительного следствия по делу возобновлено.

О результатах дополнительного расследования К. будет уведомлен СУ при УВД г. Анапа.

Ответ К. дан, ему разъяснен порядок обжалования принятого решения по результатам дополнительного расследования.

И.о. заместителя прокурора

Краснодарского края

старший советник юстиции В.Ю. Круглов

Приложение 9

Исковое заявление Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в Кузьминский районный суд г. Москвы, в результате жалобы гражданки Г.

В Кузьминский районный суд г. Москвы

(109377, г. Москва, ул. Зеленодольская, д.8/13)

Истец: Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации Лукин В.П.

(103084, г. Москва, ул. Мясницкая, 47)

(в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" и ст. 46 Гражданского процессуального кодекса РФ) в защиту прав и законных интересов гражданки Российской Федерации Г.

Ответчики: Отдел внутренних дел района «Выхино»

ЮВАО г. Москвы

(109444, г. Москва, Сормовская ул., д. 21)

Министерство финансов РФ

(103097, г. Москва, ул. Ильинка, 9)

ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

о компенсации морального вреда

Ко мне обратилась гражданка Г. с жалобой на нарушение ее прав в результате бездействия следователя следственного отдела ОВД района «Выхино» ЮВАО г. Москвы Б. и допущенной ею волокиты при осуществлении предварительного расследования по уголовному делу № 28851, по которому Г. признана потерпевшей, а также в результате бездействия начальника СО ОВД района «Выхино» А., выразившегося в отсутствии с ее стороны должного контроля за ходом расследования по указанному уголовному делу, и с просьбой о содействии в реализации ее права на компенсацию морального вреда.

Жалоба принята к рассмотрению и по ее материалам, в соответствии со ст. 23 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", проведена проверка.

Установлено, что уголовное дело № 28851 о завладении путем обмана 24 августа 2000г. неустановленными лицами деньгами Г. в размере 59500 рублей возбуждено 3 ноября 2000г. СО при ОВД района «Выхино» ЮВАО г. Москвы по ст. 159 ч. 2 п. «г» УК Российской Федерации.

Следователем Б. уголовное дело принято к производству 22 ноября 2000г.

В течение 2001 года Б. неоднократно выносились постановления о приостановлении предварительного следствия по данному уголовному делу, которые в дальнейшем отменялись Кузьминской межрайонной прокуратурой г. Москвы как необоснованные и давались указания о необходимости проведения расследования в полном объеме, всесторонне и объективно.

При проведении следственных действий с участием Г. следователем Б. были допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства. Так, в протоколе очной ставки между Г. и М., которую Г. опознала как женщину, завладевшую ее деньгами, и в протоколе допроса М. указано, что допрос и очную ставку проводила следователь Б. 24 ноября 2000г., хотя в действительности указанные следственные действия были проведены другим следователем.

Б. не были выполнены в полном объеме указания Главного следственного управления при ГУВД г. Москвы, данные в связи упущениями, допущенными при расследовании уголовного дела № 28851, ввиду того обстоятельства, что документы, чеки и записка, написанные рукой мошенницы, переданные Г. в сентябре 2000г. оперуполномоченному ОУР Ч. и приобщенные к отказному материалу № 1187/1237, 24 ноября 2000г. переданы ею в МВД Российской Федерации вместе с отказным материалом.

Несмотря на неоднократные обращения Г. как в ГУВД г. Москвы, так и в Кузьминскую межрайонную прокуратуру г. Москвы с заявлениями о волоките, допущенной при расследовании уголовного дела № 28851, и многочисленные указания данные указанными инстанциями в связи с выявленными недостатками работы следователя, начальником СО ОВД района «Выхино» А. не были предприняты меры к организации качественного расследования.

Вышеназванные факты указывают на недобросовестное выполнение сотрудниками следственного отдела ОВД района «Выхино» своих обязанностей при осуществлении расследования по уголовному делу № 28851. По данному делу в течение 2001г. неоднократно давались указания как Кузьминской межрайонной прокуратурой г. Москвы, так и Главным следственным управлением при ГУВД г. Москвы, о необходимости принятия мер, направленных на улучшение качества расследования.

В связи с поступлением 13 ноября 2001г. в Главное следственное управление при ГУВД г. Москвы заявления от Г. о волоките и неудовлетворительном расследовании уголовного дела № 28851 5 декабря 2002г. состоялось оперативное совещание.

В ходе совещания было установлено, что при осуществлении расследования следователем СО ОВД «Выхино» Б. были допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства, а организация расследования со стороны начальника СО ОВД «Выхино» А. признана неудовлетворительной.

По итогам совещания был принят ряд решений, направленных на устранение допущенных нарушений. В отношении следователя СО ОВД «Выхино» Б. за допущенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, волокиту при расследовании уголовного дела № 28851 принято решение ограничиться ранее наложенным в соответствии с Приказом СУ при УВД ЮВАО г. Москвы №-85 от 15.11.01г. взысканием - строгим выговором. В отношении начальника СО ОВД «Выхино» А. за отсутствие должного контроля за ходом расследования уголовных дел следователями вверенного ей подразделения также принято решение ограничиться ранее наложенным в соответствии с Приказом СУ при УВД ЮВАО г. Москвы №-85 от 15.11.01г. взысканием - выговором.

Вышеназванное подтверждает факт незаконности бездействия сотрудников СО ОВД «Выхино».

В результате незаконного бездействия сотрудников ОВД «Выхино» нарушено право Г. на доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда, закрепленное в ст. 52 Конституции Российской Федерации.

Согласно ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Потерпевший, являясь лицом, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред или вред деловой репутации (часть 1 статьи 42 УПК Российской Федерации), имеет в уголовном судопроизводстве свои собственные интересы, для защиты которых он в качестве участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения (пункт 47 статьи 5 УПК Российской Федерации) наделен правами стороны в судебном процессе.

Такой подход к регламентации прав потерпевшего корреспондирует положениям Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью (утверждена резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/34 от 29 ноября 1985 года), предусматривающей, что лица, которым в результате преступного деяния причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав, имеют право на доступ к механизмам правосудия и скорейшею компенсацию за нанесенный им ущерб в соответствии с национальным законодательством (пункт 4); государства-члены ООН должны содействовать тому, чтобы судебные и административные процедуры в большей степени отвечали интересам защиты жертв преступлений. Эти требования совпадают и с Рекомендацией Комитета Министров Совета Европы № К (85) И «О положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса», в которой подчеркивается, что важной функцией уголовного правосудия должно быть удовлетворение запросов и охрана интересов потерпевшего, повышение доверия потерпевшего к уголовному правосудию, в связи с чем необходимо в большей степени учитывать запросы потерпевшего на всех стадиях уголовного процесса.

В своем Постановлении от 23 марта 1999г. № 5-ГТ Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что незаконное и необоснованное продление сроков предварительного расследования, а тем более приостановление производства по делу могут стать причиной утраты доказательств по делу и тем самым привести к невозможности восстановления нарушенных прав и законных интересов участников процесса, к нарушению гарантируемого ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью на доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда. Аналогичная позиция Конституционного Суда Российской Федерации отражена и в других его решениях (Постановления от 07.03.96г. № 6-П, от 20.02.96г. № 5-П, от 04.03.03г. № 2-П, от 24.04.03г. № 7-П, от 08.12.03г. №18-П).

Таким образом, в результате незаконного бездействия должностных лиц нарушено личное неимущественное право Г. на доступ к правосудию, предусмотренное ст. 52 Конституции Российской Федерации.

Г. в течение всего периода проведения расследования по уголовному делу № 28851, по которому она признана потерпевшей согласно постановлению СО при ОВД района «Выхино» от 3 ноября 2000г., пребывала в состоянии постоянного нервного напряжения и стресса, вызванных переживаниями по поводу недобросовестного отношения сотрудников ОВД «Выхино» к выполнению своих служебных обязанностей.

Пережитые Г. волнения отразились на состоянии ее здоровья. Физические страдания Г. выразились в недомогании на почве стресса. В этой связи она была вынуждена неоднократно обращаться в медицинские учреждения за помощью. Наличие нравственных страданий подтверждено объяснениями самой Г.

Фактом, указывающим на степень нравственных страданий Г. служит то обстоятельство, что с 2001 года она обжалует неправомерное бездействие сотрудников ОВД «Выхино». Общее количество обращений в государственные органы, включая Главное следственное управление при ГУВД г. Москвы, Генеральную прокуратуру Российской Федерации, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, превышает несколько десятков.

Таким образом, в результате нарушения личных неимущественных прав Г., последняя испытывала физические и нравственные страдания, выразившиеся в длительных переживаниях, беспокойстве, стрессовом состоянии, потерей сна.

В соответствии со ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса (ГК) РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации такого вреда.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.

Согласно ст. 249 Гражданского процессуального кодекса РФ обязанности по доказыванию законности действий (бездействия) должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на органы и лиц, которые совершили оспариваемые действия (бездействие). В силу этого положения, обязанность доказывания по данному иску возложена на сторону ответчика.

В соответствии со ст. 247 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ, при наличии спора о праве при обжаловании действий (бездействия) должностных лиц необходимо оформлять исковое заявление с соблюдением требований статей 131 и 132 ГПК РФ.

Согласно ст. 46 Гражданского процессуального кодекса РФ в случаях, предусмотренных законом, органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" Уполномоченный вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав и свобод, нарушенных решениями или действиями (бездействием) государственного органа.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 2, 52, 53 Конституции Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам

человека в Российской Федерации", ст. ст. 28, 46 Гражданского процессуального кодекса РФ, в соответствии со ст. ст. 151, 1069, Гражданского кодекса РФ, –

ПРОШУ:

1. Признать нарушенным следователем СО ОВД «Выхино» Б. и начальником СО ОВД «Выхино» А. право Г. на доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда, закрепленное в ст. 52 Конституции Российской Федерации;

2. Взыскать с Министерства Финансов РФ в пользу Г. денежную компенсацию причиненного ей морального вреда в сумме 60 000 (шестидесяти тысяч) рублей.

В соответствии со ст. 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" заявление, поданное Уполномоченным, государственной пошлиной не облагается.

Иск прошу рассмотреть с моим участием либо с участием моего представителя, действующего на основании доверенности. О дате рассмотрения прошу меня проинформировать заблаговременно.

Приложение:

1. Упоминаемые по тексту искового заявления письменные доказательства на _ листах;

2. Копии искового заявления для ответчиков.

Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации В.П. Лукин

Приложение 10

Судебное постановление, принятое по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе гражданки Г.

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 октября 2005 г. Кузьминский районный суд г. Москвы, в составе: председательствующего судьи Н., при секретаре М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах Г. к Отделу внутренних дел района «Выхино» ЮВАО г. Москвы, Министерству финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда в размере 60000 руб. 00 коп.,

установил:

25 августа 2000г. гр. Г. обратилась в ОВД «Выхино» с заявлением о совершении в отношении нее преступных действий 24.08.2000г.

03.11.2000г. возбуждено уголовное дело по ст. 159 ч. 2 п. «г» УК РФ;

03.01.2001г. производство по предварительному следствию приостановлено до установления лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности;

09.02.2001г. данное постановление отменено как незаконное;

15.02.2001г. Г. написала жалобу на работу «Выхинского УВД» в ГУВД, которая была направлена для рассмотрения в УВД «Выхино»;

27.02.2001г. истица направила жалобу на имя Президента РФ в связи с бездействием сотрудников милиции и следствия;

09.03.2001г. следователь Б. вынесла постановление о приостановлении предварительного следствия до установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого;

11.03.2001г. предварительное следствие возобновлено;

11.04.2001г. предварительное следствие приостановлено;

25.05.2001г. постановление отменено в связи с нарушением требований ст. 20 УПК РСФСР;

20.03.2001г. создана следственно-оперативная группа;

25.06.2001г. допрошена в качестве свидетеля Г.;

25.11.2001г. предварительное следствие приостановлено, 15.12.2001г. возобновлено;

14.01.2003г. в возбуждении уголовного дела в отношении М. по событию от 24.08.2000г. отказано.

16.06.2005г. вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемой М. по событиям от 24.08.2000г. в отношении Г.; 23.06.2005г. составлено обвинительное заключение и 24.06.2005 г. уголовное дело по событиям от 24.08.2000г. по заявлению Г. поступило в суд.

Уполномоченный по правам человека в РФ в интересах Г. просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 60000 руб. за нарушение права Г. на доступ к правосудию.

Истица Г. иск поддерживает и просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 60000 руб., т.к. за совершенное в отношении нее преступление в 2000 г. преступники не понесли наказание, бездействием следственных органов на протяжении 5 лет ей причинены морально-нравственные страдания, которые привели к ухудшению состояния здоровья.

Ответчик - ОВД «Выхино» о дне слушания дела извещен, в суд не явился, возражения не представил.

Ответчик - Министерство финансов РФ - о дне слушания извещен, в суд не явился, представил письменные возражения.

3-и лица А., Б. о дне слушания дела извещены, в суд не явились, возражений не представили.

Проверив материалы дела, выслушав истца, представителя, свидетелей, суд находит иск в соответствии со ст. 151, 1069 ГК РФ подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлен факт обращения Г. в ОВД «Выхино» 25.08.2000г. с заявлением, регистрации заявления и возбуждения уголовного дела по заявлению истицы 03.11.2000г., приостановления производства следствия следователем Б. с ноября 2000г. по июнь 2001г. в течение 6 раз, отсутствия каких-либо следственно-оперативных действий до июня 2001 г., отсутствия отражения следственных или оперативных действий по представлению истицей доказательств, задержания и доставления в ОВД «Выхино» лица, которое и совершило преступление.

На протяжении 5 лет производилось предварительное следствие по событиям 24.08.2000г., обвинительное заключение составлено и утверждено в июне 2005г., к уголовной ответственности по 1 эпизоду в отношении 1 потерпевшего - Г. - привлечен 1 обвиняемый.

Привлечение конкретного лица к уголовной ответственности стало возможным лишь в результате постоянных и многочисленных жалоб истицы как потерпевшей на бездействие правоохранительных органов, что причинило истице моральные и нравственные страдания, негативно отразившиеся на ее состоянии здоровья.

Факт ухудшения состояния здоровья истицы с августа 2000г. подтверждается данными медицинской амбулаторной карты и показаниями свидетелей.

Свидетели С., Г., Ф. подтвердили ухудшение состояния здоровья истицы после событий 24.08.2000г. и бездействия следствия по привлечению виновных лиц к ответственности, защите интересов потерпевшей.

Свидетели показали, что истица постоянно обращалась в различные инстанции с жалобами на бездействие правоохранительных органов, именно бездействие следствия приводили истицу в состояние стресса, она теряла сознание, поднималось артериальное давление, на нервной почве обострилось заболевание щитовидной железы.

Право на доступ к правосудию установлено ст. 52 Конституции РФ, которой права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию морального вреда. Преступными действиями истице причинен моральный, материальный ущерб, в течение 5 лет истица не имела доступа к защите своих интересов как участник уголовного процесса.

05.12.2001г. в Главном следственном управлении при ГУВД г. Москвы состоялось оперативное совещание, где заслушался ход расследования уголовного дела № 28851. Следователь Б. и начальник подразделения А. были подвергнуты дисциплинарным взысканиям за допущенные нарушения норм УПК РСФСР, волокиту при расследовании. Несмотря на установленные факты бездействия уже в декабре 2001г., сотрудники ОВД «Выхино» не приняли мер к расследованию заявления истицы и бездействовали еще более З-х лет, нарушения уголовно-процессуального законодательства не устранили, что вынуждало истицу писать различные жалобы. В результате бездействия органов следствия истице причинены моральные и нравственные страдания, повлиявшие на состояние ее здоровья.

Истица просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 60000 руб. и обосновывает свои требования в данном размере тем, что на протяжении 5 лет вынуждена была приобретать различные лекарства, многие получала бесплатно, посещала различные медицинские учреждения, не имела возможности получить компенсацию материального вреда.

В своих письменных возражениях Министерство финансов РФ просило как ответчик в удовлетворении иска отказать в связи с тем, что не доказан размер исковых требований.

Законом по данной категории дел не установлен расчет суммы иска. Размер конкретной компенсации определяется именно лицом, которому причинены нравственные и моральные страдания. По настоящему делу нравственные и моральные страдания причинены правоохранительными и следственными органами, государственными функциями которых и является охрана правопорядка, защита граждан государства. Нарушены права истицы, которые гарантированы Конституцией РФ.

Настоящее гражданское дело возбуждено в отношении ответчика ОВД «Выхино», которому были направлены копия искового заявления, судебные повестки. На подготовку данного иска ответчик не явился, заявление не сделал и не представил доказательств в опровержение иска, иск не опроверг. В судебное заседание 05.09.2005г. ответчик также не явился. Ответчик имел возможность участвовать в судебном заседании, пользоваться всеми процессуальными правами, в том числе и опровергать размер исковых требований и основания иска, представлять доказательства, однако не воспользовался своим правом. При таких обстоятельствах суд считает, что ответчик ОВД «Выхино» признал требования истицы в полном объеме. Возражения Министерства финансов РФ носят общий характер, не опровергают заявленных требований, а излагают обязанности истца.

Оценивая изложенное, суд находит, что ответчики не выполнили требований ст. 56 ГПК РФ и не представили доказательств в опровержение заявленных требований.

22.10.2003г. состоялось решение Кузьминского районного суда г. Москвы, которым в удовлетворении иска Г. к УВД ЮВАО г. Москвы, Ф., А., Ч., П., Министерству финансов РФ о взыскании морального вреда отказано.

Настоящий иск заявлен к иным лицам, по иным основаниям и предмету. Участие в качестве ответчика по каждому делу Министерства финансов РФ не является основанием для прекращения производства по делу, т.к. вред, причиненный незаконными действиями органов дознания и следствия, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации. Требования о взыскании ущерба не заявлялись.

Оценивая изложенное, суд не находит законных оснований для отказа в удовлетворении иска.

Руководствуясь ст. ст. 194-199, 233-236 ГПК РФ, суд

Решил:

Взыскать с Министерства финансов РФ в пользу Г. компенсацию морального вреда в размере 60000 руб. 00 коп. (шестьдесят тысяч рублей 00 коп.).

Решение может быть обжаловано ответчиком в течение 7 дней с момента получения копии решения суда в Мосгорсуд - в течение 10 дней.

Судья:

Приложение 11

Исковое заявление Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в Мещанский межмуниципальный суд г. Москвы, в результате жалобы гражданина А.

В Мещанский межмуниципальный суд

г. Москвы

(129010. г. Москва, ул. Каланчевская, д. 43)

Истец: Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации Лукин В.П.

103084, г. Москва, ул. Мясницкая, 47

(в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 29

Федерального конституционного закона "Об

Уполномоченном по правам человека в

Российской Федерации" и ст. 46 Гражданского

процессуального кодекса РФ) в защиту прав и

законных интересов гражданина Российской

Федерации А.

Ответчики: Станция скорой и неотложной медицинской

помощи им. А.С. Пучкова

Департамента здравоохранения г. Москвы

(129010, г. Москва, 1-й Коптельский пер., д. 3)

Департамент финансов г. Москвы

(125047, г. Москва, ул. Миусская площадь,

д. 2/2)

ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

о компенсации морального вреда

Ко мне обратился гражданин А. с жалобой на причинение ему морального вреда в результате неоказания скорой неотложной медицинской помощи его жене - Р., которая впоследствии скончалась, врачом станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. и с просьбой о

содействии в реализации его права на компенсацию морального вреда. Жалоба принята к рассмотрению и по ее материалам, в соответствии со ст. 23 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", проведена проверка.

Установлено, что 30 января 2002г. Р. внезапно стало плохо и, в связи с этим, А. была вызвана бригада скорой помощи. Вызов поступил на Станцию скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы (ССиНМП г. Москвы) в 18ч. 09 мин. и был передан в 18 ч. 26 мин. на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. На место вызова бригада прибыла в 18 ч. 48 мин.

Врач Е., даже не произведя общий осмотр пациентки, констатировал, что Р. находится в агональном состоянии, после чего, не оказав ей никакой помощи, несмотря на неоднократные просьбы А. о проведении реанимационных мероприятий, покинул квартиру. В связи с данным обстоятельством, А. повторно вызвал бригаду скорой помощи, так как супруга была еще жива. Данный вызов поступил на Станцию скорой помощи в 19 ч. 42 мин. и был передан на исполнение в 20 ч. 07 мин. бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. Данная бригада прибыла на вызов в 20 час. 18 мин., где констатировала смерть Р.

В результате незаконного бездействия врача станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. были нарушены личные неимущественные права А., чем причинены нравственные и физические страдания.

В соответствии с перечнем должностных и функциональных обязанностей врачей-специалистов выездных бригад Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы врач СМП и врачи-специалисты выездных бригад обязаны:

- произвести сбор жалоб и анамнеза больного (пострадавшего), тщательно осмотреть на месте вызова больного (пострадавшего) и установив предварительный диагноз, провести в полном объеме обследование с помощью имеющейся аппаратуры и оказать больному (пострадавшему) экстренную медицинскую помощь в соответствии со «Стандартами» (Стандарты оказания медицинской помощи больным и пострадавшим бригадами ССиНМП г. Москвы) (п. 2.21);

- если больной (пострадавший) находится в тяжелом состоянии и нетранспортабелен, необходимо сообщить об этом ответственному старшему врачу оперативного отдела или старшему врачу иного отдела, за которым закреплена бригада для вызова «на себя», бригады соответствующего профиля и квалификации, а до ее прибытия оказывать экстренную медицинскую помощь в соответствии со «Стандартами» (п. 2.22);

- в отношении больных (пострадавших), их родственников и окружающих лиц соблюдать правила медицинской этики и деонтологии (п. 2.29);

- контролировать расход медикаментов и перевязочного материала при оказании медицинской помощи.

Анализ карты вызова, которая была заполнена врачом Е. при выезде к Р., позволяет сделать вывод о том, что указанные выше обязанности им выполнены не были.

В частности, в карте не содержится отметки о проведении каких-либо неотложных мероприятий по оказанию медицинской помощи (п. 27), не отмечен расход шприцев, спиртовых салфеток и стерильных перчаток, анамнез заболевания отражен нечетко: «рак желудка с метастазами в органы грудной и брюшной полостей. Другой анамнез не известен».

Как указано в Стандартах оказания медицинской помощи больным и пострадавшим бригадами ССиНМП г. Москвы (Приложение к приказу Комитета здравоохранения г. Москвы № 604 от 05.11.98г.) при установлении

диагноза «новообразования» объем медицинской помощи должен в себя включать:

1. осмотр;

2. медикаментозная терапия (анальгин 50 % - 2,0 или баралгин 5,0 или максиган 5,0 или трамал 2,0 - в/м; наркотические анальгетики (согласно существующей инструкции);

3. остановка кровотечения (по показаниям);

4. симптоматическая терапия;

5. актив в ЛПУ;

6. госпитализация по показаниям при возникновении жизненно опасных осложнений.

Данный объем медицинской помощи врачом также не был соблюден. Утверждение Е. о том, что им, по требованию мужа, пациентке была проведена терапия в виде внутримышечного укола кордиамина ничем не подтверждается.

В связи с указанными событиями, 13.06.02г. Черемушкинской межрайонной прокуратурой г. Москвы было возбуждено уголовное дело в отношении Е. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 124 УК РФ (неоказание помощи больному).

В рамках расследования данного уголовного дела была проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза на базе Бюро СМЭ Комитета здравоохранения г. Москвы № 256 от 29 октября - 12 ноября 2002г. В соответствии с выводами комиссии (п. 3 (3,4), «Врач скорой медицинской помощи должен был оказать первичную реанимационную помощь агонирующей пациентке: провести искусственную вентиляцию легких, наладить внутривенное введение инфузионных медикаментозных средств, сообщить по инстанции о принятых мерах, объяснить родственникам реально сложившуюся ситуацию, а не просто быть безучастным регистратором процесса умирания».

По данному делу неоднократно выносились постановления о прекращении уголовного, однако, впоследствии, они отменялись как незаконные, следствие возобновлялось. Так СО при ОВД района Коньково УВД ЮЗАО г. Москвы 30.10.03г. принято решение о прекращении уголовного дела в отношении Е. по ст. 24 п.2 ч.1 УПК Российской Федерации. 10.02.04г. по указанию Генеральной прокуратуры Российской Федерации данное решение отменено как необоснованное. Даны указания о предъявлении обвинения Е. по ст. 125 УК Российской Федерации. 05 марта 2004г. Е. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК Российской Федерации (оставление в опасности). Однако, в связи с тем, что сроки давности привлечения к уголовной ответственности за совершение данного преступления истекли, уголовное дело № 219389 в отношении Е., с его согласия, 09.03.04г. прекращено по п.3 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации.

В связи с ненадлежащим исполнением врачом Е. обязанностей сотрудника Станции скорой и неотложной медицинской помощи г. Москвы, было проведено заседание клинико-экспертной комиссии РО № 5, на котором было установлено, что врач Е. при выполнении вызова № 840936:

- не нашел должного контакта с родственниками больной;

- допустил дефекты в оформлении карты вызова;

- не проинформировал согласно установленному порядку диспетчерскую службу оперативного отдела о наличии конфликтной ситуации на вызове.

Кроме того, при проведении анализа оперативной обстановки в районе подстанций № 7, № 13 и № 38 выявлена возможность более ранней передачи вызова № 840936 на исполнение.

В связи с вышеизложенными обстоятельствами, 17 апреля 2002г. приказом Комитета здравоохранения г. Москвы № 464 Е. - врачу СМП подстанции № 13 за нарушение должностных функциональных обязанностей (п.п.2.48 и 2.49 «Д и ФО») объявлен выговор.

Ранее А. самостоятельно обращался с иском, о компенсации морального вреда к Министерству здравоохранения Российской Федерации. Гражданское дело по данному иску было рассмотрено 10.02.04г. Тверским районным судом г. Москвы.

В соответствии с решением Тверского районного суда г. Москвы от 10.02.04 в удовлетворении иска было отказано ввиду того обстоятельства, что Е. не состоит в трудовых отношениях с Минздравом Российской Федерации и при таких обстоятельствах суд не нашел оснований для возложения ответственности за причинение истцу морального вреда на Министерство здравоохранения. В данном решении указано, что истец не лишен права в установленном законом порядке обратиться в суд с иском к лицу, причинившему вред и организации, с которой виновное лицо состоит в трудовых отношениях.

Тем не менее, в судебном заседании было установлено следующее: «приехавший по вызову врач скорой помощи Е., посмотрев издалека на жену истца, которая дышала открытым ртом и была без сознания, сказал, что идет агония, не оказав никакой медицинской реанимационной помощи жене, не выписав никаких документов по факту смерти, уехал».

А. пережил сильнейший стресс в связи с тем, что врач бригады скорой помощи Е., прибывший по вызову, не предпринял никаких мер, направленных на улучшение состояния его супруги, не объяснил ему реально сложившуюся ситуацию, не проявил должного внимания к его переживаниям, а лишь хладнокровно констатировал, что Р. умирает.

Пережитые им страдания, заключавшиеся в страхе, обеспокоенности за жизнь самого близкого ему человека не могли не отразиться на состоянии его здоровья. Физические страдания А. выразились в недомогании на почве стресса. В этой связи А. был вынужден неоднократно обращаться медицинские учреждения за помощью. Наличие нравственных страданий подтверждено объяснениями самого А.

Фактом, указывающим на степень нравственных страданий А., служит то обстоятельство, что с 2002 года А. не может смириться с нарушением норм медицинской этики врачом Е. Общее количество обращений в государственные органы, включая Генеральную прокуратуру Российской Федерации, депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, с требованием о привлечении врача к ответственности превышает несколько десятков.

Таким образом, моральный вред А. причинен в результате нарушения врачом станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. медицинской этики и деонтологии, а также правил оказания скорой и неотложной помощи его супруге – Р.

Личное неимущественное право А., нарушенное врачом станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. предусмотрено статьей 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Данное право именуется как право на уважение семейной жизни. В части 1 статьи 8 использован термин «уважение», а не термин «неприкосновенность», что на первый взгляд ослабляет степень обеспечиваемой Конвенцией защиты, однако гибкость, присущая термину «уважение» позволяет защите развиваться. «Уважение» трактуется не только как запрет на вмешательство государства, но и как возложение на государство позитивного обязательства обеспечить с помощью законодательства и других средств уважение личной сферы гражданина и ее защиту от вмешательства со стороны третьих лиц.

Государство не только признает и обеспечивает право на семейную жизнь, свободную от произвольного вмешательства государственных органов, но и обязывает последних признавать приоритет волеизъявления членов семьи в вопросах семейной жизни.

Взаимная помощь, совместное проживание, ведение общего бюджета -сферы, где определяющим фактором будет волеизъявление супругов, а не государственных органов. Закон не допускает произвольного вмешательства в

принятие супругами решений. Лишь строго определенные законодателем случаи допускают вмешательство государства в семейную жизнь своих граждан. Часть 2 статьи 8 Европейской Конвенции гласит, что не допускается вмешательство со стороны государственных органов в осуществление этого

права, за исключением вмешательства, предусмотренного законами и необходимого в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, общественного спокойствия, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Обеспечение приоритетной защиты нетрудоспособных членов семьи является не только составной частью семейной жизни, но и одним из принципов семейного права. Часть 3 статьи 31 Семейного кодекса РФ закрепляет обязанность взаимопомощи супругов. В крайних проявлениях необходимости взаимной помощи, законодатель возвел ее в разряд юридической обязанности, подкрепленной ответственностью. Не случайно за неисполнение данной обязанности предусмотрена уголовная ответственность в главе Уголовного кодекса РФ, именуемой «Преступления против семьи и несовершеннолетних». В вопросах сохранности здоровья и жизненной активности, поддержки одних членов семьи другими законодатель занял четкую недвусмысленную позицию - забота о членах семьи не только право, но и обязанность. Причем обязанность только членов семьи. Законодатель вправе ограничить себя от приоритетного значения волеизъявления родственников в целях охраны здоровья, прав и свобод других лиц (например, отказ в эвтаназии по заявлению членов семьи). Однако законодатель не вправе отказаться от приоритетного значения волеизъявления одного из супругов, направленного на защиту прав и здоровья другого супруга.

В деле Гласс против Соединенного Королевства Европейский Суд по правам человека констатировал, что непризнание органами здравоохранения волеизъявления одного из членов семьи об оказании медицинской помощи другому члену этой семьи, следует расценивать как нарушение права на уважение семейной жизни (п. 83).

На основании изложенного, непризнание врачом скорой и неотложной медицинской помощи волеизъявления одного из супругов об оказании помощи другому супругу, находящемуся в бессознательном состоянии, следует расценить как нарушение права на уважение семейной жизни.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.03г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса (ГК) РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации такого вреда.

Согласно ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Таким образом, в качестве ответчика по данному исковому заявлению должна выступать станция скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, являющаяся самостоятельным распорядителем кредитов.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий {бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Следовательно, компенсация морального вреда А. должна быть осуществлена из средств Департамента финансов г. Москвы.

Согласно ст. 249 Гражданского процессуального кодекса РФ обязанности по доказыванию законности действий (бездействия) должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на органы и лиц, которые совершили оспариваемые действия (бездействие). В силу этого положения, обязанность доказывания по данному иску возложена на сторону ответчика.

В соответствии со ст. 247 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ, при наличии спора о праве при обжаловании действий (бездействия) должностных лиц необходимо оформлять исковое заявление с соблюдением требований статей 131 и 132 ГПК РФ.

Согласно ст. 46 Гражданского процессуального кодекса РФ в случаях, предусмотренных законом, органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" Уполномоченный вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав и свобод, нарушенных решениями или действиями (бездействием) государственного органа.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 2, 38, 53 Конституции Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", ст. ст. 28, 46 Гражданско-процессуального кодекса РФ, в соответствии со ст. ст. 151, 1069 Гражданского кодекса РФ –

ПРОШУ:

1. Признать нарушенным Станцией скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы право А. на уважение семейной жизни, предусмотренное статьей 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьей 38 Конституции Российской Федерации, статьей статьями 8 и 31 Семейного кодекса Российской Федерации.

2. Взыскать с Департамента финансов г. Москвы в пользу А. денежную компенсацию причиненного ему морального вреда в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей.

В соответствии со ст. 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" заявление, поданное Уполномоченным, государственной пошлиной не облагается.

Иск прошу рассмотреть с моим участием либо с участием моего представителя, действующего на основании доверенности. О дате рассмотрения прошу меня проинформировать заблаговременно.

Приложение:

1. Упоминаемые по тексту искового заявления письменные доказательства на 106 листах;

2. Копии искового заявления для ответчиков.

Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации В.П. Лукин

"21" сентября 2004г.

Приложение 12

Судебное постановление, принятое Мещанским районным судом

г. Москвы по иску Уполномоченного по жалобе гражданина А.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 мая 2005 года г. Москва

Мещанский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Шикановой И.В., при секретаре Гурском Р.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-264/2005г. по иску Уполномоченного по права человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Уполномоченный по правам человека в РФ Лукин В.П. обратился в суд с иском в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда, указывая на то обстоятельство, что к Уполномоченному по правам человека в РФ обратился гражданин А. с жалобой на причинение ему морального вреда в результате неоказания скорой неотложной, медицинской помощи его жене - Р., которая впоследствии скончалась, врачом станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. и с просьбой о содействии в реализации его права на компенсацию морального вреда. Жалоба принята к рассмотрению и по ее материалам проведена проверка. Установлено, что 30 января 2002г. Р. внезапно стало плохо и, в связи с этим, А. была вызвана бригада скорой помощи. Вызов поступил на Станцию скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы (ССиНМП г. Москвы) в 18 ч. 09 мин. и был передан в 18 ч. 26 мин. на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. На место вызова бригада прибыла в 18 ч. 48 мин. Врач Е., даже не произведя общий осмотр пациентки, констатировал, что Р. находится в агональном состоянии, после чего, не оказав ей никакой помощи, несмотря на неоднократные просьбы А. о проведении реанимационных мероприятий, покинул квартиру. В связи с данным обстоятельством, А. повторно вызвал бригаду скорой помощи, так как супруга была еще жива. Данный вызов поступил на Станцию скорой помощи в 19 ч. 42 мин. и был передан на исполнение в 20 ч. 07 мин. бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. Данная бригада прибыла на вызов в 20 час. 18 мин., где констатировала смерть Р. В результате незаконного бездействия врача станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. были нарушены личные неимущественные права А., чем причинены нравственные и физические страдания, в связи с чем, Уполномоченный по правам человека в РФ просит признать нарушенным Станцией скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы право А. на уважение семейной жизни, предусмотренное статьей 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьей 38 Конституции Российской Федерации, статьей статьями 8 и 31Семейногокодекса Российской Федерации и взыскать со Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова в пользу А. компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Представитель Уполномоченного по правам человека в судебное заседание явился, исковые требования поддержал.

А. в судебное заседание явился, исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ССиНМП в судебное заседание явился, исковые требования не признал, представил письменные возражения на иск.

Представитель Департамента финансов г. Москвы в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв, в котором иск не признал, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетеля, проверив письменные материалы дела, приходит к следующему:

Как усматривается из материалов дела и установлено в судебном заседании 30.01.2002 г. в 18.09 часов на Станцию скорой и неотложной медицинской помощи поступил вызов № 840936 к больной Р., 70-и лет с поводом «без сознания» по адресу: г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 29, корп. 1, кв. 54. Вызов был передан на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. в 18.24 часов, бригада прибыла на вызов в 18.48 часов. После сбора анамнеза и осмотра больной врач Е. установил диагноз: «Рак матки с метастазами в органы грудной и брюшной полостей. Агональное состояние», провел терапию внутримышечно раствором кордиамина (1,0). Больная была оставлена на месте. В карте Е. отметил наличие конфликтной ситуации на вызове, связанной с родственниками больной.

30.01.2002 г. в 19.42 часов на Станцию поступил повторный вызов № 841593 к данной больной, с поводом «Женщина 70 лет, без сознания, онкология. Вызов был передан бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. в 20.07 часов. Бригада прибыла на вызов в 20.18 часов. Бригада констатировала смерть больной. В соответствии с поручением председателя Комитета здравоохранения г. Москвы и письмом НПЦ ЭМП от 12.04.02. г. на Станции было проведено служебное расследование по обстоятельствам оказания помощи больной Р.17.04.2002 г. было проведено заседание КЭК РО № 5, на котором было установлено, что больная Р. наблюдалась в ВОНЦ им. Блохина, в онкодиспансере поликлиники № 205 и ДКЦ № 1 по поводу заболевания тела матки. В декабре 1996 года проведено экстирпация (удаление) матки с придатками по поводу злокачественной опухоли с последующей сочетанной лучевой терапией и курсами химиотерапии. Больной проводилась дистанционная терапия области параортальных лимфатических узлов в сентябре 2001г. Однако ее состояние продолжало ухудшаться. 24 октября 2001 года из-за стойкой лейкопении на фоне приема преднизолона прекращена лучевая терапия на достигнутой дозе и больная выписана под наблюдение онколога. В связи с болевым синдромом, анемией проводилась симптоматическая терапия. За весь период наблюдения с 2000 г. основная жалоба на боли в поясничной области и тазобедренных суставах, кардиологических жалоб не было. Последнее обращение в поликлинику 25.01.2002 г. В связи с болевым синдромом в поясничной области и отсутствием эффекта от проведения трамала в капсулах, назначено лечение трамалом в инъекциях. 31.01.2002 г. ДКЦ № 1 выдало свидетельство о смерти на основании заключения судмедэксперта К. (карта регистрации № 08266). В заключении указано, что смерть Р. наступила вследствие онкологического заболевания и не являлась скоропостижной. В своей объяснительной врач Е. указал, что по прибытии на вызов выяснил у мужа, что больная потеряла сознание за полтора часа до приезда доктора, перед потерей сознания никаких жалоб не предъявляла, страдает онкологическим заболеванием - рак матки. Врач расценил состояние больной как исход онкологического заболевания, осмотрел ее полностью в соответствии с объективным статусом, описанным в карте вызова. Больная находилась в терминальном состоянии, требующим в данной ситуации симптоматического лечения, которое и было проведено. Факт проведения терапии в виде внутримышечного укола кордиамина по требованию А. подтвердила допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля фельдшер Т., которая выезжала на выезд вместе с врачом Е. и по указанию врача делала укол, не доверять показаниям свидетеля у суда оснований нет. Реанимационные мероприятия в данной ситуации проводить было нельзя, так как они проводятся в состоянии клинической смерти. При попытке объяснить это мужу больной возникла конфликтная ситуация, которую врач зафиксировал в карте вызова, но заведующему подстанции или в оперативный отдел Станции не сообщил, так как работал по графику 8\22. По результатам заседания КЭК РО № 5 от 17.04.2002 г. единогласно отмечено, что врач Е. состояние больной расценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленного диагноза и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи. Претензии, предъявленные в обращениях родственников и депутата СФ РФ Ш. на ненадлежащее исполнение обязанностей сотрудником Станции, которые привели к смерти Р. единогласно признаны необоснованными. При этом члены КЭК отметили, что врач Е. не нашел должного подхода к родственникам больной и при возникновении конфликтной ситуации не сообщил о ней в соответствии со ст. 2.49 «ДиФО» заведующему подстанцией (а в его отсутствие назначенному старшему должностному лицу). При экспертной оценке оформления карты вызова установлено, что в карте вызова нечетко отражен анамнез заболевания, не изложена суть конфликтной ситуации и не зафиксирован расход шприцов, перчаток, спиртовых салфеток. По мнению КЭК названные недостатки, имевшие место при выполнении вызова врачом Е., не отразились на качестве оказания медицинской помощи Р. и не явились причиной ее смерти. 17 апреля 2002г. приказом Комитета здравоохранения г. Москвы № 464 Е. - врачу СМП подстанции № 13 за нарушение должностных функциональных обязанностей (п.п.2.48 и 2.49 «ДиФО») объявлен выговор.

Выводы КЭК подтверждаются заключением экспертизы № 256 от 12.11.2002г. и выводами дополнительной экспертизы № 302 от 16.04.2003г.: «применение реанимационных мероприятий у больной не гарантировало спасение ее жизни с учетом тяжести основного заболевания, поэтому в данном случае прямая причинно-следственная связь между неоказанием возможной медицинской помощи и смертью Р. отсутствует. При этом скоропостижное наступление смерти (на фоне мнимо благополучного состояния здоровья) не противоречит данному выводу. «С учетом того, что продолжительность агонального периода в случаях скоропостижной смерти обычно находится в пределах 1 часа, отмеченный промежуток времени, отделявший время вызова от времени прибытия бригады скорой помощи, был достаточным для возникновения в организме пациентке необратимых агональных изменений. С учетом изложенного, недостаточная, по мнению родственников пациентки, «активность» врача Е. (прибывшего по первому вызову) в оказании ей помощи была обусловлена не его недобросовестным отношением к своим обязанностям, а достоверной профессиональной оценкой необратимости агонального состояния Р. Рекомендуемой в таких случаях расширение объема по сути заведомо неэффективной медицинской помощи преследует скорее морально-этические, а не лечебные цели». Нравственные и душевные страдания истца, связанные с потерей близкого человека, не находятся в причинной связи с действиями работника Станции.

13.06.02г. Черемушкинской межрайонной прокуратурой г. Москвы было возбуждено уголовное дело в отношении Е. по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 124 УК РФ (неоказание помощи больному), которое, в связи с тем, что сроки давности привлечения к уголовной ответственности за совершение данного преступления истекли, уголовное дело № 219389 в отношении Е., с его согласия, 09.03.04г. прекращено по п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации.

Оценивая собранные доказательства в их совокупности, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о возмещении морального вреда в связи с непризнанием врачом ССиНМП волеизъявления одного из супругов об оказании помощи другому супругу, находящемуся в бессознательном состоянии, удовлетворению не подлежат, при этом суд учитывает, что, как следует из материалов дела, врач Е. состояние больной расценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленного диагноза и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи в данном случае онкологическим больным, в том числе и по просьбе А., что не противоречит ч. 2 ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая гласит, что не допускается вмешательство со стороны государственных органов в осуществление права на семейную жизнь за исключением вмешательства, предусмотренного законами и необходимого в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, общественного спокойствия, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц. Сам факт наступления смерти жены А. – Р. не связан с действием либо бездействием врача Е., в связи с чем, оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению истцу морального вреда у суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 151 ГК РФ, ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В иске Уполномоченного по права человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение 10 дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Федеральный судья: Шиканова И.В.

Приложение 13

Кассационная жалоба Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленная в Судебную коллегию по гражданским делам Московского городского суда на решение Мещанского районного суда

г. Москвы от 17.05.2005г. в защиту прав и законных интересов гражданина А.

В Судебную коллегию по гражданским делам Московского городского суда

от Уполномоченного по правам человека

в Российской Федерации Лукина В.П.

(103084, г. Москва, ул. Мясницкая, 47), действующего в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" и ст. 46 Гражданского процессуального кодекса РФ) в защиту прав и законных интересов гражданки Российской Федерации А.

Кассационная жалоба

на решение Мещанского районного суда г. Москвы от 17.05.05г.

17 мая 2005г. Мещанский районный суда г. Москвы в составе председательствующего судьи Шикановой И.В., рассмотрев исковое заявление Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту прав и законных интересов А. к Станции скорой и неотложной помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы о компенсации морального вреда вынес решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

В обоснование вынесенного решения суд указал, что врач Е. состояние больной оценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленному диагнозу и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи в данном случае онкологическим больным, в том числе и по просьбе А., что не противоречит ч. 2 ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, в решении указано, что оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению морального вреда не имеется, поскольку сам факт наступления смерти жены А. – Р. не связан с действием либо бездействием врача Е.

Данные выводы суда являются необоснованными и не соответствуют обстоятельствам дела, вследствие неправильного применения нормы материального права (неправильного истолкования закона) по следующим основаниям.

В исковом заявлении не оспаривается ни правильность оценки врачом состояния больной и поставленного им диагноза, ни наличие причинной связи между действиями (бездействием) врача и наступившей смертью больной, ни соответствие проведенной терапии Стандартам оказания медицинской помощи. Указанные выше обстоятельства не относятся к существу заявленных исковых требований и не могут повлиять на обоснованность иска. В иске оспаривается объем медицинской помощи, который должен был оказать врач ССиНМП Е. больной Р., руководствуясь при этом не только Инструкцией Министерства здравоохранения Российской Федерации, но и, в соответствии со ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, волеизъявлением супруга Р., находящейся в беспомощном состоянии, - А.

Как следует из материалов дела, а также установлено в ходе судебного заседания, А. настаивал на оказании его супруге более расширенного объема медицинской помощи и, в частности, требовал проведения реанимационных мероприятий. Однако врач скорой помощи Е., опираясь на поставленный диагноз и определяя целесообразность проведения конкретных лечебных мероприятий их эффективностью для спасения жизни больной Р., проигнорировал волеизъявление А.

Согласно ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод врач Е. должен был, учитывая волю А., провести реанимационные мероприятия, пусть даже не гарантирующие спасение жизни и не являющиеся эффективными, в соответствии с волеизъявлением супруга больной и в пределах, максимально допустимых Стандартами оказания медицинской помощи.

Данное утверждение целиком строится на положениях ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также на ее официальном толковании. Согласно данной норме, государство не только признает и обеспечивает право на семейную жизнь, свободную от произвольного вмешательства государственных органов, но и обязывает последних признавать приоритет волеизъявления членов семьи в вопросах семейной жизни.

В решении Европейского Суда по правам человека (дело Гласс против Соединенного Королевства), имеющееся в материалах дела, Европейский Суд констатировал, что непризнание органами здравоохранения волеизъявления одного из членов семьи об оказании медицинской помощи другому члену этой семьи, следует расценивать как нарушение права на уважение семейной жизни (п.83).

Взаимная помощь, совместное проживание, ведение общего бюджета - сферы, где определяющим фактором будет волеизъявление супругов, а не государственных органов. Закон не допускает произвольного вмешательства в принятие супругами решений. Лишь строго определенные законодателем случаи допускают вмешательство государства в семейную жизнь своих граждан. Часть 2 статьи 8 Европейской Конвенции гласит, что не допускается вмешательство со стороны государственных органов в осуществление этого права, за исключением вмешательства, предусмотренного законами и необходимого в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, общественного спокойствия, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Обеспечение приоритетной защиты нетрудоспособных членов семьи является не только составной частью семейной жизни, но и одним из принципов семейного права. Часть 3 статьи 31 Семейного кодекса РФ закрепляет обязанность взаимопомощи супругов. В крайних проявлениях необходимости взаимной помощи, законодатель возвел ее в разряд юридической обязанности, подкрепленной ответственностью. За неисполнение данной обязанности предусмотрена уголовная ответственность в главе Уголовного кодекса РФ, именуемой «Преступления против семьи и несовершеннолетних». В вопросах сохранности здоровья и жизненной активности, поддержки одних членов семьи другими законодатель занял четкую недвусмысленную позицию - забота о членах семьи не только право, но и обязанность. Причем обязанность только членов семьи. Законодатель вправе ограничить себя от приоритетного значения волеизъявления родственников в целях охраны здоровья, прав и свобод других лиц (например, отказ в эвтаназии по заявлению членов семьи). Однако законодатель не вправе отказаться от приоритетного значения волеизъявления одного из супругов, направленного на защиту прав и здоровья другого супруга.

Вывод суда о необязательности и даже о недопустимости проведения реанимационных мероприятий в терминальной стадии не соответствует нормативно-правовым актам, регламентирующим оказание медицинской помощи в подобной ситуации, действовавшим как в момент описываемых событий, так и в настоящее время. Так, согласно разделу II Инструкции Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.04.1997г. по определению момента смерти человека, текст которой имеется в материалах дела, отказ от применения или прекращение реанимационных мероприятий при наличии у больного хронического заболевания в терминальной стадии, является не обязательным, а допустимым. Данное обстоятельство подтверждается выводами экспертного заключения № 256 от 12.11.2002г. и дополнительной экспертизы № 302 от 16.04.2003г., на которые ссылается суд в своем решении, и которые имеются в материалах дела.

На разрешение экспертов в заключении № 256 был поставлен вопрос (под номером 3), правильно ли была оказана помощь Р. со стороны врача Е. и все ли было им сделано для спасения жизни больной? Согласно выводам экспертов в указанных заключениях, «врач скорой медицинской помощи должен был оказать первичную реанимационную помощь агонирующей пациентке: провести искусственную вентиляцию легких, наладить внутривенное введение инфузионных медикаментозных средств, сообщить по инстанции о принятых мерах, объяснить родственникам реально сложившуюся ситуацию, а не просто быть безучастным регистратором процесса умирания. Вместе с тем применение реанимационных мероприятий у данной больной не гарантировало спасение ее жизни.../…/… Рекомендуемое в таких случаях расширение объема по сути заведомо неэффективной медицинской помощи преследует скорее морально-этические (учитывая присутствие родственников пациента), а не лечебные цели».

Также, согласно протоколу заседания КЭК Комитета здравоохранения г. Москвы от 2 июля 2002г., представленному в судебном заседании представителем ответчика, в качестве выявленного организационного недостатка при оказании медицинской помощи Р., не повлиявшего на исход заболевания, указано невыполнение врачом Е. мероприятий интенсивной терапии.

Кроме того, обязанность врача оказать больному экстренную медицинскую помощь в максимально полном объеме закреплена в пункте 1.7. Должностных и функциональных обязанностей врачей-специалистов выездных бригад ССиНМП им. А.С. Пучкова г. Москвы.

На основании изложенного, непризнание врачом скорой и неотложной медицинской помощи волеизъявления одного из супругов об оказании максимально возможного объема медицинской помощи другому супругу, находящемуся в бессознательном жизни состоянии, следует расценить как нарушение права на уважение семейной

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.03г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 336-339, 362, 363 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ПРОШУ:

1. решение Мещанского районного суда г. Москвы от 17 мая 2005г. об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту прав и законных интересов А. к Станции скорой и неотложной помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы о компенсации морального вреда отменить;

2. дело по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации направить на новое рассмотрение по существу в тот же суд в ином составе суда.

В соответствии со ст. 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" заявление, поданное Уполномоченным, государственной пошлиной не облагается.

Кассационную жалобу прошу рассмотреть с моим участием либо с участием моего представителя, действующего на основании доверенности. О дате рассмотрения прошу меня проинформировать заблаговременно.

Приложение:

1. Упоминаемые по тексту кассационной жалобы письменные доказательства на __ листах;

2. Копия кассационной жалобы для ответчика.

Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации В.П. Лукин

Приложение 14

Судебное постановление кассационной инстанции Московского городского суда по надзорной жалобе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту интересов гражданина А.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

6 сентября 2005г. г. Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе: председательствующего: Горновой М.В., судей Сафонова С.В. и Гороховой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Сафонова С.В. дело по кассационной жалобе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации В.П. Лукина, действующего в интересах А. на решение Мещанского районного суда города Москвы от 17 мая 2005 г., которым Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, действующему в интересах А., отказано в иске к станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы и Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Лукин В.П. обратился в суд с иском в интересах А. к станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы и Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда в размере 100 тыс. руб. В обоснование заявленных требований Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации указал, что к нему обратился гражданин А. с жалобой, в которой указал на причинение ему морального вреда в результате неоказания врачом станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. скорой неотложной медицинской помощи его жене – Р., которая впоследствии скончалась. А. просил о содействии в реализации его права на компенсацию морального вреда. Жалоба принята к рассмотрению и по ее материалам проведена проверка, в результате которой было установлено, что 30 января 2002г. Р. внезапно стало плохо и, в связи с этим, А. была вызвана бригада скорой помощи. Вызов поступил на станцию скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова в 18 час. 09 мин. и был передан в 18 час. 26 мин. на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. На место вызова бригада прибыла в 18 час. 48 мин. Врач Е. даже не проведя общий осмотр пациентки, констатировал, что Р. находится в агональном состоянии, после чего, не оказав ей никакой помощи, несмотря на неоднократные просьбы А. о проведении реанимационных мероприятий, покинул квартиру. В связи с данным обстоятельством, А. повторно вызвал бригаду скорой помощи, так как супруга была еще жива. Данный вызов поступил на станцию скорой помощи в 19 час. 42 мин. и был передан на исполнение в 20 час. 07 мин. бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. Данная бригада прибыла на вызов в 20 час. 18 мин., где констатировала смерть Р.

По мнению А. в результате незаконного бездействия врача станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. были нарушены его личные неимущественные права и причинены нравственные и физические страдания.

Представитель станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы иск не признал, указав, что между нравственными страданиями истца по поводу смерти близкого человека и действиями работника станции причинная связь отсутствует и законных оснований для компенсации морального вреда не имеется.

Представитель Департамента финансов г. Москвы иск не признал, указав, что станция скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова является государственным учреждением и самостоятельно отвечает по своим обязательствам. Какая-либо ответственность за действия работников станции не может быть возложена на казну города Москвы в данном случае.

Судом постановлено вышеуказанное решение, об отмене которого просит в кассационной жалобе Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации, ссылаясь на неправильное определение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, и связанных с неоказанием врачом скорой помощи Е. медицинской помощи в том объеме, который требовался в данном случае в пределах максимально допустимых стандартов оказания медицинской помощи и в соответствии с волеизъявлением А.

Представитель Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации – Ф. и А. в заседании судебной коллегии доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержали.

Представитель станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы Р. в заседании судебной коллегии просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Представитель Департамента финансов г. Москвы в заседание судебной коллегии не явился, о месте и времени заседания извещен надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что не имеется оснований для отмены обжалуемого решения, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона.

Суд первой инстанции, отказывая в иске, руководствовался нормами ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, и пришел к выводу о том, что оснований для возложения на ответчика обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда не имеется. При этом суд исходил из того, что врач Е. состояние больной Р. расценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленного диагноза и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи (в данном случае онкологическим больным), в том числе и по просьбе А., что не противоречит ч. 2 ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Сам факт наступления смерти супруги А. – Р. не связан с каким-либо действием либо бездействием врача Е.

Как усматривается из материалов дела, 30.01.2002г. в 18 час. 09 мин. на станцию скорой и неотложной медицинской помощи поступил вызов № 840936 к больной Р., 70-и лет с поводом: «без сознания», по адресу: г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 29, корп. 1, кв. 54. Вызов был передан на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. в 18 час. 24 мин. Бригада прибыла на вызов в 18 час. 48 мин.

После сбора анамнеза и осмотра больной врач Е. установил диагноз: «Рак матки с метастазами в органы грудной и брюшной полостей. Агональное состояние», провел терапию внутримышечно раствором кордиамина (1,0). Больная была оставлена на месте. В карте Е. отметил наличие на вызове конфликтной ситуации, связанной с родственниками больной.

30.01.2002г. в 19 час. 42 мин. на станцию поступил повторный вызов № 841593 к указанной больной с поводом «Женщина 70 лет, без сознания, онкология». Вызов был передан бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. в 20 час. 07 мин. Бригада прибыла на вызов в 20 час. 18 мин. и констатировала смерть больной.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из исковых требований, в предмет доказывания по делу в данном случае входят:

- факт причинения вреда;

- причинно-следственная связь между противоправным поведением (действием или бездействием), нарушающим личные неимущественные права гражданина либо посягающим на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, и наступлением вреда;

- вина причинителя вреда.

Из материалов дела усматривается, что по результатам заседания клинико-экспертной комиссии управления здравоохранения ЮЗАО 17.04.2002г. единогласно отмечено, что врач Е. состояние больной расценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленного диагноза и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи. Претензии, предъявленные в обращениях родственников и депутата Ш. на ненадлежащее исполнение обязанностей сотрудником станции, которые привели к смерти Р., единогласно признаны необоснованными. При этом члены комиссии отметили, что врач Е. не нашел должного подхода к родственникам больной и при возникновении конфликтной ситуации не сообщил о ней в соответствии со ст. 2.49 должностных и функциональных обязанностей заведующему подстанцией (а в его отсутствие назначенному старшему должностному лицу). При экспертной оценке оформления карты вызова установлено, что в карте вызова не четко отражен анамнез заболевания, не изложена суть конфликтной ситуации и не зафиксирован расход шприцов, перчаток, спиртовых салфеток. По мнению комиссии названные недостатки, имевшие место при выполнении вызова врачом Е., не отразились на качестве оказания медицинской помощи Р. и не явились причиной ее смерти.

Согласно выводам экспертного заключения № 256 от 12.11.2002 и выводам дополнительной экспертизы № 302 от 16.04.2003: применение реанимационных мероприятий у больной не гарантировало спасение ее жизни с учетом тяжести основного заболевания, поэтому в данном случае прямая причинно- следственная связь между неоказанием возможной медицинской
помощи и смертью Р. отсутствует. При этом скоропостижное наступление смерти(на фоне мнимо благополучного состояния здоровья) не противоречит данному выводу. С учетом того, что продолжительность агонального периода
в случаях скоропостижной смерти обычно находится в пределах 1 часа, отмеченный промежуток времени, отделявший время вызова от времени прибытия бригады скорой помощи, был достаточным для возникновения в организме пациентки необратимых агональных изменений. С учетом изложенного, недостаточная, по мнению родственников пациентки, «активность» врача Е. (прибывшего по первому вызову) в оказании ей помощи была обусловлена не его недобросовестным отношением к своим обязанностям, а достоверной профессиональной оценкой необратимости агонального состояния Р. Рекомендуемой в таких случаях расширение объема по сути заведомо неэффективной медицинской помощи преследует скорее морально-этические, а не лечебные цели.

Уголовное дело, возбужденное в отношении Е. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 124 УК Российской Федерации (неоказание помощи больному) прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации).

Данные обстоятельства указывают на то, что действия врача Е. при оказании медицинской помощи Р. не могут быть оценены как противоправные; между этими действиями и смертью Р., а также нравственными переживаниями истца по поводу утраты близкого человека и нарушения права на уважение семейной жизни причинно-следственная связь отсутствует; незаконного бездействия врачом Е. в данном случае допущено было.

При таком положении, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для возложения на ответчиков обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда является правильным.

С указанным выводом суда первой инстанции судебная коллегия согласна, поскольку он основан на доказательствах, исследованных и получивших надлежащую оценку суда первой инстанции, и требованиях законодательства.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

Доводы кассационной жалобы не содержат обстоятельств, опровергающих выводы суда, и нуждающихся в дополнительной проверке.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 360, 361 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Мещанского районного суда города Москвы от 17 мая 2005 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Приложение 15

Надзорная жалоба Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации на решение Мещанского районного суда г. Москвы от 17.05.05г. и кассационное определение Московского городского суда от 06.09.05г., направленная в Президиум Московского городского суда в защиту интересов гражданина А.

В президиум Московского городского суда

(107076, г. Москва, ул. Богородский Вал, 8)

от Уполномоченного по правам человека

в Российской Федерации

Лукина В.П.

(103084, г. Москва, ул. Мясницкая, 47),

действующего в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации" и ст. 46 Гражданского процессуального кодекса РФ в защиту прав и законных интересов гражданина Российской Федерации А.

Надзорная жалоба

на решение Мещанского районного суда г. Москвы от 17.05.05г. и на кассационное определение Московского городского суда от 06.09.05г.

17 мая 2005г. Мещанский районный суда г. Москвы в составе председательствующего судьи Шикановой И.В., рассмотрев исковое заявление Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту прав и законных интересов А. к Станции скорой и неотложной помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы о компенсации морального вреда вынес решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований. 06 сентября 2005 года Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда оставила решение Мещанского районного суда без изменения, а кассационную жалобу Уполномоченного без удовлетворения.

С решением суда первой инстанции, а также с кассационным определением не согласен по следующим основаниям.

В обоснование вынесенного решения суд первой инстанции указал, что врач Е. состояние больной оценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленному диагнозу и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи в данном случае онкологическим больным, в том числе и по просьбе А., что не противоречит ч. 2 ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, в решении указано, что оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению морального вреда не имеется, поскольку сам факт наступления смерти жены А. – Р. не связан с действием либо бездействием врача Е.

Данные выводы суда являются необоснованными и не соответствуют обстоятельствам дела вследствие неправильного применения нормы материального права (неправильного истолкования закона) по следующим основаниям.

В исковом заявлении не оспаривается ни правильность оценки врачом состояния больной и поставленного им диагноза, ни наличие причинной связи между действиями (бездействием) врача и наступившей смертью больной, ни соответствие проведенной терапии Стандартам оказания медицинской помощи. Указанные выше обстоятельства не относятся к существу заявленных исковых требований и не могут повлиять на обоснованность иска. В иске оспаривается объем медицинской помощи, который должен был оказать врач ССиНМП Е. больной Р., руководствуясь при этом не только Инструкцией Министерства здравоохранения Российской Федерации, но и, в соответствии со ст. 8 Европейской Конвенции о защите нрав человека и основных свобод, волеизъявлением супруга Р., находящейся в беспомощном состоянии, - А.

Как следует из материалов дела и установлено в ходе судебного заседания, А. настаивал на оказании его супруге более расширенного объема медицинской помощи и, в частности, требовал проведения реанимационных мероприятий. Однако врач скорой помощи Е., опираясь на поставленный диагноз и определяя целесообразность проведения конкретных лечебных мероприятий их эффективностью для спасения жизни больной Р., проигнорировал волеизъявление А.

Суд первой инстанции, а также суд кассационной инстанции полагают, что «рекомендуемое в таких случаях расширение объема по сути заведомо неэффективной медицинской помощи преследует скорее морально-этические, а не лечебные цели» и, следовательно, действия врача Е. не могут быть расценены как противоправные и нарушающими право па уважение семейной жизни.

Однако, согласно ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод врач Е. должен был, учитывая волю А., провести реанимационные мероприятия, пусть даже не гарантирующие спасение жизни и не являющиеся эффективными, в соответствии с волеизъявлением супруга больной и в пределах, максимально допустимых Стандартами оказания медицинской помощи.

Данное утверждение целиком строится на положениях ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также па ее официальном толковании. Согласно данной норме государство не только признает и обеспечивает право на семейную жизнь, свободную от произвольного вмешательства государственных органов, но и обязывает последних признавать приоритет волеизъявления членов семьи в вопросах семейной жизни.

В решении Европейского Суда по правам человека (дело Гласс против Соединенного Королевства), имеющееся в материалах дела, Европейский Суд констатировал, что непризнание органами здравоохранения волеизъявления одного из членов семьи об оказании медицинской помощи другому члену этой семьи, следует расценивать как нарушение права на уважение семейной жизни (п.83).

Взаимная помощь, совместное проживание, ведение общего бюджета - сферы, где определяющим фактором будет волеизъявление супругов, а не государственных органов. Закон не допускает произвольного вмешательства в принятие супругами решений. Лишь строго определенные законодателем случаи допускают вмешательство государства в семейную жизнь своих граждан. Часть 2 статьи 8 Европейской Конвенции гласит, что не допускается вмешательство со стороны государственных органов в осуществление этого права, за исключением вмешательства, предусмотренного законами и необходимого в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, общественного спокойствия, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Обеспечение приоритетной защиты нетрудоспособных членов семьи является не только составной частью семейной жизни, по и одним из принципов семейного права. Часть 3 статьи 31 Семейного кодекса РФ закрепляет обязанность взаимопомощи супругов. В крайних проявлениях необходимости взаимной помощи, законодатель возвел ее в разряд юридической обязанности, подкрепленной ответственностью. За неисполнение данной обязанности предусмотрена уголовная ответственность в главе Уголовного кодекса РФ, именуемой «Преступления против семьи и несовершеннолетних». В вопросах сохранности здоровья и жизненной активности, поддержки одних членов семьи другими законодатель занял четкую недвусмысленную позицию - забота о членах семьи не только право, но и обязанность. Причем обязанность только членов семьи. Законодатель вправе ограничить себя от приоритетного значения волеизъявления родственников в целях охраны здоровья, прав и свобод других лиц (например, отказ в эвтаназии по заявлению членов семьи). Однако законодатель не вправе отказаться от приоритетного значения волеизъявления одного из супругов, направленного на защиту прав и здоровья другого супруга.

Вывод судов первой и кассационной инстанций о необязательности и даже о недопустимости проведения реанимационных мероприятий в терминальной стадии не соответствует нормативно-правовым актам, регламентирующим оказание медицинской помощи в подобной ситуации, действовавшим как в момент описываемых событий, так и в настоящее время. Так, согласно разделу II Инструкции Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.04.1997г. по определению момента смерти человека, текст которой имеется в материалах дела, отказ от применения или прекращение реанимационных мероприятий при наличии у больного хронического заболевания в терминальной стадии, является не обязательным, а допустимым. Данное обстоятельство подтверждается выводами экспертного заключения № 256 от 12.11.2002г. и дополнительной экспертизы № 302 от 16.04.2003г., на которые ссылается суд в своем решении, и которые имеются в материалах дела.

На разрешение экспертов в заключении № 256 был поставлен вопрос (под номером 3), правильно ли была оказана помощь Р. со стороны врача Е. и все ли было им сделано для спасения жизни больной? Согласно выводам экспертов в указанных заключениях, «врач скорой медицинской помощи должен был оказать первичную реанимационную помощь агонирующей пациентке: провести искусственную вентиляцию легких, наладить внутривенное введение инфузионных медикаментозных средств, сообщить по инстанции о принятых мерах, объяснить родственникам реально сложившуюся ситуацию, а не просто быть безучастным регистратором процесса умирания. Вместе с тем применение реанимационных мероприятий у данной больной не гарантировало спасение ее жизни... Рекомендуемое в таких случаях расширение объема по сути заведомо неэффективной медицинской помощи преследует скорее морально-этические (учитывая присутствие родственников пациента), а не лечебные цели».

Также, согласно протоколу заседания КЭК Комитета здравоохранения г. Москвы от 2 июля 2002г., представленному в судебном заседании представителем ответчика, в качестве выявленного организационного недостатка при оказании медицинской помощи Р., не повлиявшего па исход заболевания, указано невыполнение врачом Е. мероприятий интенсивной терапии.

Кроме того, обязанность врача оказать больному экстренную медицинскую помощь в максимально полном объеме закреплена в пункте 1.7. Должностных и функциональных обязанностей врачей-специалистов выездных бригад ССиНМП им. А.С. Пучкова г. Москвы.

На основании изложенного, непризнание врачом скорой и неотложной медицинском помощи волеизъявления одного из супругов об оказании максимально возможного объема медицинской помощи другому супругу, находящемуся в бессознательном состоянии, следует расценить как нарушение права на уважение семейной жизни.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.03г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человек во избежание любого нарушения

Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 336-339, 362, 363 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ПРОШУ:

1. решение Мещанского районного суда г.Москвы от 17 мая 2005г. об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, а также определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06 сентября 2005г. отменить;

2. дело по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации направить на новое рассмотрение но существу в суд первой инстанции в ином составе суда.

В соответствии со ст. 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном но правам человека в Российской Федерации" заявление, поданное Уполномоченным, государственной пошлиной не облагается.

Надзорную жалобу прошу рассмотреть с моим участием либо с участием моего представителя, действующего па основании доверенности. О дате рассмотрения прошу меня проинформировать заблаговременно.

Приложение:

копия решения Мещанского районного суда г. Москвы от 17 мая 2005г. на 2 листах;

копия определения Судебной коллегии но гражданским делам Московского городского суда от 06.09.05 на 2 листах.

Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации В.П. Лукин

Приложение 16

Судебное постановление, вынесенное Московским городским судом по надзорной жалобе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту интересов гражданина А.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 мая 2006 года г. Москва

Судья Московского городского суда В.В. Горшков, рассмотрев истребованное по надзорной жалобе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Лукина В.П. гражданское дело по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда,

установил:

Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Лукин В.П. обратился в суд с иском в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда, указывая на то обстоятельство, что к Уполномоченному по правам человека в РФ обратился гражданин А. с жалобой на причинение ему морального вреда в результате неоказания скорой неотложной, медицинской помощи его жене – Р., которая в последствии скончалась, врачом станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. и с просьбой о содействии в реализации его права на компенсацию морального вреда. Жалоба была принята к рассмотрению и по ее материалам проведена проверка. Установлено, что 30 января 2002г. Р. внезапно стало плохо и, в связи с этим, А. была вызвана бригада скорой помощи. Вызов поступил на Станцию скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова г. Москвы (ССиНМП г. Москвы) в 18 ч. 09 мин. и был передан в 18 ч. 26 мин. на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. На место вызова бригада прибыла в 18 ч. 48 мин. Врач Е., даже не произведя общий осмотр пациентки, констатировал, что Р. находится в агональном состоянии, после чего, не оказав ей никакой помощи, несмотря на неоднократные просьбы А. о проведении реанимационных мероприятий, покинул квартиру. В связи с данным обстоятельством, А. повторно вызвал бригаду скорой помощи, так как супруга была еще жива. Данный вызов поступил на Станцию скорой помощи в 19 час. 42 мин. и был передан на исполнение в 20 час. 07 мин. бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. Данная бригада прибыла на вызов в 20 час. 18 мин., где констатировала смерть Р. В результате незаконного бездействия врача станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Е. были нарушены личные неимущественные права А., чем причинены нравственные и физические страдания, в связи с чем, Уполномоченный по правам человека в РФ просил признать нарушенным Станцией скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы право А. на уважение семейной жизни, предусмотренное статьей 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьей 38 Конституции Российской Федерации, статьей статьями 8 и 31 Семейного кодекса Российской Федерации и взыскать со Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова в пользу А. компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. Решением Мещанского районного суда г. Москвы от 17.05.2005 года постановлено: В иске Уполномоченного по права человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда отказать.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06.09.2005г. решение Мещанского районного суда г. Москвы от 17.05.2005 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в новом составе.

В надзорной жалобе заявитель просит отменить решение Мещанского районного суда г. Москвы от 17.05.2005 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06.09.2005г. и направить дело на новое рассмотрение.

Определением судьи Московского городского суда от 30.01.2006г. указанное гражданское дело по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда истребовано в Московский городской суд.

Дело надлежит передать для рассмотрения по существу в Президиум Московского городского суда.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

Из надзорной жалобы заявителя следует, что судом были допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, выразившиеся в следующем.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд указал, что врач Е. состояние больной расценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленного диагноза и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи в данном случае онкологическим больным, в том числе и по просьбе А., что не противоречит ч. 2 ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Также в решении указано, что оснований для возложения на ответчика обязанности по возмещению морального вреда не имеется, поскольку сам факт наступления смерти жены А. – Р. не связан с действиями или бездействием врача Е.

Данный вывод суда является необоснованным вследствие неправильного применения нормы материального права (неправильно истолкован закон).

В исковом заявлении не оспаривается ни правильность оценки врачом состояния больной и поставленного им диагноза, ни наличие причинной связи между действиями (бездействием) врача и наступившей смертью больной. Указанные выше обстоятельства не относятся к существу заявленных исковых требований и не могут повлиять на обоснованность иска. В иске оспаривается объем медицинской помощи, который должен был оказать врач ССиНМП Е. больной Р., руководствуясь при этом не только Инструкцией Министерства здравоохранения Российской Федерации, но и, в соответствии со ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, волеизъявлением супруга Р., находящейся в беспомощном состоянии, - А.

Как следует из материалов дела, А. настаивал на оказании его супруге более расширенного объема медицинской помощи и, в частности, требовал проведения реанимационных мероприятий. Однако врач скорой помощи Е., опираясь на поставленный диагноз и определяя целесообразность проведения конкретных лечебных мероприятий их эффективность для спасения жизни больной Р., проигнорировал волеизъявление А.

Согласно ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод врач Е. должен был, учитывая волю А., провести реанимационные мероприятия, даже если они не гарантировали спасение жизни и не являющиеся эффективными, в соответствии с волеизъявлением супруга больной и в пределах, максимально допустимых Стандартами оказания медицинской помощи.

Кроме того, согласно выводам экспертного заключения № 256 от 12.11.2002г. и дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 302 от 16.04.2003г. по уголовному делу, возбужденному по факту неоказания медицинской помощи Р., приобщенным к материалам дела, врач скорой медицинской помощи должен был оказать первичную реанимационную помощь агонирующей пациентке (провести искусственную вентиляцию легких - ИВЛ), наладить внутривенное введение инфузионных медикаментозных средств, сообщить по инстанции о принятых мерах, объяснить родственникам реально сложившуюся ситуацию, а не просто быть безучастным регистратором процесса умирания. Вместе с тем, применение реанимационных мероприятий у данной больной не гарантировало спасение ее жизни... Рекомендуемое в таких случаях расширение объема, по сути заведомо неэффективной медицинской помощи, преследует скорее морально- этические (учитывающие присутствие родственников пациента), а не лечебные цели.

Упорство, проявляемое мужем умершей в вопросе, который рассматривается в рамках данного уголовного дела, не исключается серьезных изменений в состоянии его душевного здоровья, вызванных смертью жены и возможно требующих соответствующего лечения.

Обязанность врача оказать больному экстренную медицинскую помощь в максимально полном объеме закреплена в п. 1.7. Должностных и функциональных обязанностей врачей - специалистов выездных бригад ССиНМП им. А.С. Пучкова города Москвы.

В связи с тем, что указанные доводы заслуживают внимания, гражданское дело вместе с надзорной жалобой и настоящим определением следует направить на рассмотрение по существу в Президиум Московского городского суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 384 ГПК РФ,

определил:

гражданское дело по иску Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Лукина В.П. в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова Департамента здравоохранения г. Москвы, Департаменту финансов г. Москвы о компенсации морального вреда направить для рассмотрения по существу в Президиум Московского городского суда.

Судья Московского городского суда В.В. Горшков

Приложение 17

Решение

Именем Российской Федерации

17 января 2007 года

Мещанский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Верещак О.Н., при секретаре Роговой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Уполномоченного по правам человека в РФ в интересах А. к Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о компенсации морального вреда, указывая на то обстоятельство, что к Уполномоченному по правам человека в РФ обратился гражданин А. с жалобой на причинение ему морального вреда в результате неоказания скорой неотложной, медицинской помощи его жене - Р., которая впоследствии скончалась, врачом Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова – Е. и с просьбой о содействии в реализации его права на компенсацию морального вреда.

Жалоба принята к рассмотрению и по ее материалам проведена проверка. Установлено, что30 января 2002 г. Р. внезапно стало плохо и, в связи с этим, А. была вызвана бригада скорой помощи. Вызов поступил на Станцию скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова в 18 ч. 09 мин. и был передан в 18 ч. 26 мин. на исполнение бригаде № 11 подстанции № 13 в составе врача Е. и фельдшера Т. На место вызова бригада прибыла в 18 ч. 48 мин. Врач Е., не произведя общий осмотр пациентки, констатировал, что Р. находится в агональном состоянии, после чего, не оказав ей никакой помощи, несмотря на неоднократные просьбы А. о проведении реанимационных мероприятий, покинул квартиру. В связи с данным обстоятельством, А. повторно вызвал бригаду скорой помощи, так как супруга была еще жива. Данный вызов поступил на Станцию скорой помощи в 19 ч. 42 мин. и был передан на исполнение в 20 ч. 07 мин. бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. Данная бригада прибыла на вызов в 20 час. 18 мин., где констатировала смерть Р. В результате незаконного бездействия врача Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова – Е. были нарушены личные неимущественные права А., чем причинены нравственные и физические страдания, в связи с чем, Уполномоченный по правам человека в РФ просит признать нарушенным Станцией скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова право А. на уважение семейной жизни, предусмотренное статьей 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьей 38 Конституции Российской Федерации, статьями 8 и 31 Семейного кодекса Российской Федерации и взыскать со Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова в пользу А. компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

Представитель Уполномоченного по правам человека в судебное заседание явился, исковые требования поддержал.

А. в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен, представил заявление, в котором дело просил рассмотреть в его отсутствие.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, исковые требования не признал ,по доводам, изложенным в письменном отзыве на иск.

Представитель 3-го лица Департамент финансов г. Москвы в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен, в материалах дела имеется письменный отзыв на иск, в котором Департамент финансов г. Москвы иск не признал, дело просил рассмотреть в его отсутствие.

Суд, выслушав стороны, проверив материалы дела, приходит к следующему:

Как установлено в судебном заседании и усматривается из материалов дела, 30.01.2002 г. в 18.09 часов на Станцию скорой и неотложной медицинской помощи поступил вызов № 840936 к больной Р., 70-и лет с поводом «без сознания» по адресу: г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 29, корп. 1, кв. 54. Вызов был передан на исполнение бригаде № 11 подстанции №13 в составе врача Е. и фельдшера Т. в 18.24 часов, бригада прибыла на вызов в 18.48 часов. После сбора анамнеза и осмотра больной врач Е. установил диагноз: «Рак матки с метастазами в органы грудной и брюшной полостей. Агональное состояние», провел терапию внутримышечно раствором кордиамина (1,0). Больная была оставлена на месте. В карте Е. отметил наличие конфликтной ситуации, связанной с родственниками больной. 30 января 2002 года в 19.42 часов на Станцию поступил вызов № 841593 к данной больной, с поводом «Женщина 70 лет, без сознания, онкология». Вызов был передан бригаде № 22 подстанции № 7 в составе фельдшера Д. в 20.07 часов. Бригада прибыла на вызов в 20.18 часов и констатировала смерть больной. В соответствии с поручением председателя Комитета здравоохранения г. Москвы и письмом НПЦ ЭМП от 12.04.02 г. на Станции было проведено служебное расследование по обстоятельствам оказания помощи больной Р. 17 апреля 2002 г. было проведено заседание КЭК РО № 5, на котором было установлено, что больная Р. наблюдалась в ВОНЦ им. Блохина, в онкодиспансере поликлиники № 205 и ДКЦ № 1 по поводу заболевания тела матки. В декабре 1996 года ей было проведено экстирпация (удаление) матки с придатками по поводу злокачественной опухоли с последующей сочетанной лучевой терапией и курсами химиотерапии. Больной проводилась дистанционная Терапия области параортальных лимфатических узлов в сентябре 2001 г. Однако ее состояние продолжало ухудшаться. 24 октября 2001 года из-за стойкой лейкопении на фоне приема преднизолона прекращена лучевая терапия на достигнутой дозе и больная выписана под наблюдение онколога. В связи с болевым синдромом, анемией проводилась симптоматическая терапия. За весь период наблюдения с 2000 г. основная жалоба на боли в поясничной области и тазобедренных суставах, кардиологических жалоб не было. Последнее обращение в поликлинику 25 января 2002 г. В связи с болевым синдромом в поясничной области и отсутствием эффекта от проведения лечения трамалом в капсулах, назначено лечение трамалом в инъекциях. 31.01.2002 г. ДКЦ № 1 выдало свидетельство о смерти на основании заключения судмедэксперта К. (карта регистрации № 08266). В заключении указано, что смерть Р. наступила вследствие онкологического заболевания и не являлась скоропостижной. В своей объяснительной врач Е. указал, что по прибытии на вызов выяснил у мужа, что больная потеряла сознание за полтора часа до приезда доктора, перед потерей сознания никаких жалоб не предъявляла, страдает онкологическим заболеванием – рак матки. Врач расценил состояние больной как исход онкологического заболевания, осмотрел ее полностью в соответствии с объективным статусом, описанным в карте вызова. Больная находилась в терминальном состоянии, требующим в данной ситуации симптоматического лечения, которое и было проведено. По результатам заседания КЭК РО № 5 от 17апреля 2002 г. единогласно отмечено, что врач Е. состояние больной расценил верно, диагноз установил правильно, осмотр больной провел в должном объеме, терапию провел согласно установленного диагноза и в соответствии со Стандартами оказания медицинской помощи. Претензии, предъявленные в обращениях родственников и депутата СФ РФ Шашурина С.П. на ненадлежащее исполнение обязанностей сотрудником Станции, которые привели к смерти Р., единогласно признаны необоснованными. При этом члены КЭК отметили, что врач Е. не нашел должного подхода к родственникам больной и при возникновении конфликтной ситуации не сообщил о ней в соответствии со ст. 2.49 «Д и ФО» заведующему подстанцией (а в его отсутствие назначенному старшему должностному лицу). При экспертной оценке оформления карты вызова установлено, что в карте вызова нечетко отражен анамнез заболевания, не изложена суть конфликтной ситуации и не зафиксирован расход шприцов, перчаток, спиртовых салфеток. По мнению КЭК, названные недостатки, имевшие место при выполнении вызова врачом Е., не отразились на качестве оказания медицинской помощи Р. и не явились причиной ее смерти. 17 апреля 2002 г. приказом Комитета здравоохранения г. Москвы № 464 Е. – врачу СМП подстанции № 13 за нарушение должностных функциональных обязанностей (п.п. 2.48 и 2.49 «Д и ФО») объявлен выговор. Согласно заключения экспертизы № 256 от 12.11.2002 г. и дополнительной экспертизы № 302от 16.04.2003 г. «применение реанимационных мероприятий у больной не гарантировало спасение ее жизни с учетом тяжести основного заболевания, поэтому в данном случае прямая причинно-следственная связь между неоказанием возможной медицинской помощи и смертью Р. отсутствует. При этом скоропостижное наступление смерти (на фоне мнимо благополучного состояния здоровья) не противоречит данному выводу.

13.06.02г. Черемушкинской межрайонной прокуратурой г. Москвы было возбуждено уголовное дело в отношении Е. по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 124 УК РФ (неоказание помощи больному), которое, в связи с тем, что сроки давности привлечения к уголовной ответственности за совершение данного преступления истекли, уголовное дело № 219389 в отношении Е. 09.03.04г. прекращено по п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации.

Оценивая собранные доказательства в их совокупности, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что требования истца подлежат удовлетворению. При этом суд исходит из нижеследующего.

Как уже отмечалось выше, истцом оспаривается объем медицинской помощи, который должен был оказать врач Е. больной Р., руководствуясь при этом не только инструкцией Министерства здравоохранения РФ, но и в соответствии со ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, волеизъявлением супруга Р., находящейся в беспомощном состоянии.

Выводы экспертизы, имеющиеся в материалах дела, содержат в себе указание на отсутствие причинно-следственной связи между действиями работников СС и НМП г. Москвы и смертью Р., однако указывают также и на допущенные врачом Е. ряда ошибок, как-то: не нашел должного подхода к родственникам больной и при возникновении конфликтной ситуации не сообщил о ней в соответствии со ст. 2.49 «Д и ФО» заведующему подстанцией (а в его отсутствие назначенному старшему должностному лицу), в карте вызова не четко отражен анамнез заболевания, не изложена суть конфликтной ситуации и не зафиксирован расход шприцов, перчаток, спиртовых салфеток.

Вместе с тем, согласно ст. 8 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод врач Е. должен был, учитывая волю А. провести реанимационные мероприятия, даже если они не гарантировали спасение жизни и не являлись эффективными, в соответствии с волеизъявлением супруга больной и в пределах, максимально допустимых Стандартами оказания медицинской помощи.

Кроме того, согласно выводам экспертного заключения № 256 от 12.11.2002 г. и дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 302 от 16.04. 2003 г., проведенных в рамках уголовного дела, возбужденного по факту неоказания медицинской помощи Р. и приобщенным к материалам данного дела, врач скорой медицинской помощи должен был оказать первичную реанимационную помощь агонирующей пациентке (провести искусственную вентиляцию легких – ИВЛ), наладить внутривенное введение инфузионных медикаментозных средств, сообщить по инстанции о принятых мерах, объяснить родственникам реально сложившуюся ситуацию, а не просто быть безучастным регистратором процесса умирания. Вместе с тем, применение реанимационных мероприятий у данной больной не гарантировало спасение ее жизни. Рекомендуемое в таких случаях расширение объема по сути заведомо неэффективной медицинской помощи преследует скорее морально-этические (учитывающие присутствие родственников пациента), а не лечебные цели.

Также в выводах экспертизы указано, что упорство, проявляемое мужем умершей в вопросе, который рассматривался в рамках уголовного дела, не исключает серьезных изменений в состоянии его душевного здоровья, вызванных смертью жены и возможно требующих соответствующего лечения.

Обязанность врача оказать больному экстренную медицинскую помощь в максимально полном объеме закреплена в п. 1.7. Должностных и функциональных обязанностей врачей-специалистов выездных бригад ССиНМП им. А.С. Пучкова города Москвы.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что медицинская помощь работниками ССиНМП г. Москвы была оказана Р. не в полном объеме, следовательно, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать денежные средства в счет компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из вышеизложенного, а также учитывает то обстоятельство, что А. на протяжении всего времени с момента первого вызова скорой помощи находился со своей женой и наблюдал за действиями врачей, при этом видел недостатки в работе врачей, пытался сделать все возможное для того, чтобы его жене была оказана медицинская помощь в полном объеме, однако врач Е., с учетом конфликтной ситуации, сложившейся на вызове, медицинскую помощь в полном объеме Р. не оказал.

По мнению суда, все вышеизложенное не могло не причинять А. во время оказания его жене медицинской помощи определенных нравственных страданий в виде переживаний, связанных с дальнейшей судьбой самого близкого ему человека. То обстоятельство, что смерть Р. не состоит в причинно-следственной связи с действиями врачей ССиНМП г. Москвы и было установлено только заключением экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, и в момент оказания самой медицинской помощи говорить о том, что независимо от действий врачей в любом случае наступил бы летальный исход, нельзя. Таким образом, по мнению суда, работники ССиНМП г. Москвы должны были произвести все необходимые, возможные и предусмотренные в данном конкретном случае, в том числе и инструкцией, а также иными правовыми актами действия с целью спасения больной. Однако, данные действия были произведены работниками ССиНМП г. Москвы не в полном объеме, что не могло не оставить у А. ощущения того, что летального исхода возможно было избежать. При этом суд исходит также из того, что согласно п. 18 должностной инструкции выездного врача линейной бригады, при оказании медицинской помощи больному врачи ССиНМП г. Москвы должны проявлять внимание не только к больному, но также и к окружающим его лицам.

При таких обстоятельствах суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 30000 руб.00 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать со Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова в пользу А. компенсацию морального вреда в размере 30000 руб. (тридцать тысяч рублей).

Взыскать со Станции скорой и неотложной медицинской помощи им. А.С. Пучкова пошлину в доход государства в размере 100 руб. (сто рублей).

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение 10 дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья:

Приложение 18

Ходатайство Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в порядке ст. 20 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", направленное в Верховный Суд Российской Федерации, в результате рассмотрения жалобы адвоката в защиту прав гражданина Т.

Верховный Суд

Российской Федерации

103289, г. Москва,

ул. Ильинка, д.7/3

К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации поступила от адвоката Л. жалоба на имя Председателя Верховного Суда Российской Федерации и аналогичное обращение в адрес Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту прав и законных интересов Т., осужденного 21.12.2001г. Кировским районным судом г. Ростова-на-Дону.

Как следует из обращения, Т. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч. 3 УК РФ. Преступление совершено им при следующих обстоятельствах. К Т., являющемуся директором ООО «Титан-2000», обратился У., представившийся директором ООО «Трейд Системс ЛТД». У. пояснил, что ищет фирму, с которой возможно заключить договор на поставку зерна. При этом У. заявил, что расчет по договору он предполагает осуществлять посредством векселей. Однако у него имеется один вексель крупного номинала (на 5 млн. рублей) и для заключения договора данный вексель необходимо обменять на векселя с меньшим номиналом. Т. с целью заключения сделки с ООО «Трейд Системс ЛТД» на поставку зерна, не зная о поддельности векселя стоимостью 5 млн. рублей, выданного ОАО «Инвестиционная фирма «СахаИнвест» Республика Саха - Якутия», предложил У. оказать содействие в обмене векселя через ОАО КБ «ЦентрИнвест» при помощи ООО «Титан-2000». После того как вексель был продан ОАО КБ «ЦентрИнвест», на расчетный счет ООО «Титан-2000» были перечислены денежные средства 4825000 рублей, на которые были приобретены 3 векселя на общую сумму 1250000 рублей.

Данные действия были квалифицированы как сбыт поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации, в крупном размере. Определением кассационной инстанции приговор в отношении Т. оставлен без изменения. 25.06.2003г. судьей Ростовского областного суда вынесено постановление об отказе в удовлетворении надзорной жалобы адвоката Л. в интересах Т. 03.09.2002г. председатель Ростовского областного суда, рассмотрев в порядке, предусмотренном частью 4 статьи 406 УПК РФ жалобу адвоката Л., оставил указанное постановление в силе.

В настоящее время адвокатом Л. в интересах Т. подана надзорная жалоба в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

По поручению Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации доводы адвоката Л., изложенные в обращении к Уполномоченному, изучены. Представляется, что обстоятельства, указанные адвокатом, заслуживают внимания.

Конституция Российской Федерации, закрепив в статье 34 право индивида на экономическую деятельность как проявление его личной свободы в сфере предпринимательства, гарантирует гражданам государственную защиту этого права (статьи 45, 52). Свободное осуществление экономической деятельности должно надежно охраняться органами государственной власти от различного рода злоупотреблений и преступлений. На протяжении всей своей деятельности Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации неоднократно обращался к правоохранительным органам с ходатайствами о защите данного права, о более внимательном рассмотрении уголовных дел об экономических преступлениях, о недопущении регулирования уголовно-правовыми методами гражданско-правовых отношений.

Особое опасение вызывают случаи обвинения в соучастии в совершении преступлений экономической направленности лиц, фактически являющихся потерпевшими от данных преступлений. Реализуя свое конституционное право на свободное осуществление экономической деятельности такие лица, становясь жертвой обмана либо злоупотребления доверием, под воздействием заблуждения совершают действия, признаваемые впоследствии незаконными и даже преступными. В результате таким лицам не только причиняется ущерб по результатам частноправовых отношений, но, зачастую они обвиняются в совершении экономического преступления. Однако в каждом подобном случае необходимо устанавливать умысел данных лиц на совершение преступления. При недоказанности последнего, данные лица не могут признаваться виновными, поскольку в их действиях отсутствует состав уголовного преступления.

Как следует из представленных вместе с обращением материалов, Т. оказывал содействие в обмене векселя стоимостью 5 млн. рублей, выданного ОАО «Инвестиционная фирма «СахаИнвест» Республика Саха-Якутия», с целью заключения сделки с ООО «Трейд Системс ЛТД» на поставку зерна. В предполагаемой сделке расчет должен был осуществляться посредством векселей меньшего номинала, которые и полагал получить Т. Иной материальной выгоды, кроме возможности заключить сделку, у Т. не установлено. Вывод о том, что дополнительно обналиченные 10000 рублей присвоены Т., в приговоре от 21.12.2001г. ничем не подтверждается. Поддельность векселя принесла Т. не выгоду, а убыток в виде незаключенной сделки и моральный вред.

Как следует из указанных в приговоре экспертных заключений, поддельный вексель стоимостью 5 млн. рублей имеет существенное сходство с подлинными по размеру, форме, реквизитам и цвету красящего вещества. При таком условии утверждение об осведомленности Т. о поддельности векселя более, чем странно: на взгляд определив поддельность векселя, действуя заведомо себе в убыток, Т. соглашается на обмен данного векселя. Представляется, что доводы адвоката Л., действующего в интересах Т., о недоказанности соучастия последнего в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч. 3 УК РФ, заслуживают внимания.

На основании вышеизложенного, по поручению Уполномоченного, руководствуясь статьей 20 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", прошу рассмотреть по существу надзорную жалобу адвоката Л..

О принятом решении просьба сообщить заявителю и в Аппарат Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.

Приложение: на _ листах

Начальник отдела уголовного

и уголовно-процессуального права В.С. Мартинович

Приложение 19

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное Председателю Верховного Суда Российской Федерации в соответствии со ст. 21 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», в результате рассмотрения жалобы гражданина Т.

Председателю Верховного Суда

Российской Федерации

В.М. Лебедеву

Уважаемый Вячеслав Михайлович!

В соответствии со ст. 21 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» направляются для проверки жалоба на Ваше имя адвоката Л. и аналогичное обращение в мой адрес в защиту прав и законных интересов Т., осужденного по приговору Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года по ч. 2 ст. 186 УК Российской Федерации к 7 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Этим же приговором за аналогичное преступление осужден С.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 5 марта 2002 года приговор оставлен без изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения.

Постановлением судьи Ростовского областного суда от 25 июня 2003 года в удовлетворении надзорной жалобы адвоката в защиту Т. было отказано, с чем 3 сентября 2003 года согласился и председатель областного суда.

Согласно приговору, Т. и С. признаны виновными в совершении сбыта поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации, в крупном размере, при следующих обстоятельствах.

К Т., являвшемуся директором ООО «Титан-2000», обратился С., представившийся директором ООО «Трейд Системс ЛТД» У. и пояснивший, что ищет фирму, с которой можно заключить договор на поставку зерна. При этом он заявил, что расчет по договору он предполагает осуществить посредством векселей. Однако у него имеется один вексель крупного номинала (на 5 млн. рублей) и для заключения договора данный вексель необходимо обменять на векселя с меньшим номиналом. Т. с целью заключения сделки с ООО «Трейд Системс ЛТД» на поставку зерна, не зная о поддельности векселя стоимостью 5 млн. рублей, выданного ОАО «Инвестиционная фирма «СахаИнвест» Республика Саха-Якутия», предложил У. оказать содействие в обмене векселя через ОАО КБ «ЦентрИнвест» при помощи ООО «Титан-2000». После того, как вексель был продан ОАО КБ «ЦентрИнвест», на расчетный счет ООО «Титан-2000» были перечислены денежные средства в размере 4825000 рублей, на которые были приобретены 3 векселя на общую сумму 1250000 рублей, а также сняты денежные средства в сумме 10000 рублей и использованы на личные нужды. Как в ходе предварительного следствия, так и в суде Т. не признал себя виновным в совершении указанного преступления и утверждал, что не знал о поддельности векселя.

В декабре 2003 года ко мне обратился адвокат Л., приводя в обоснование невиновности Т. убедительные, на мой взгляд, доводы.

В частности, о том, что Т. оказывал содействие в обмене векселя номинальной стоимостью 5 млн. рублей через ОАО КБ «ЦентрИнвест», клиентом которого он был, с целью заключения сделки с ООО «Трейд Системс ЛТД» на поставку зерна. В предполагаемой сделке расчет должен был осуществляться посредством векселей меньшего номинала, которые и полагал получить Т. Иной материальной выгоды, кроме возможности заключить сделку, у Т. не установлено. Вывод суда о том, что дополнительно обналиченные 10000 рублей Т. присвоены, в приговоре ничем не подтвержден. Эти денежные средства были внесены им на счет в ОАО КБ «ЦентрИнвест». Поддельность векселя принесла Т. не выгоду, а убыток в виде незаключенной сделки и моральный вред.

Более того, как следовало из экспертных заключений, на которые суд сослался в приговоре, поддельный вексель стоимостью 5 млн. рублей имел существенное сходство с подлинными векселями по размеру, форме, реквизитам и цвету красящего вещества, что, вопреки выводу суда, подтверждало показания Т. о его неосведомленности в поддельности векселя.

Поскольку эти и другие доводы адвоката Л.. о недоказанности вины Т. заслуживали внимания и дополнительной проверки, 24 декабря 2003 года из аппарата Уполномоченного в Верховный Суд Российской Федерации было направлено обращение о проверке состоявшихся по делу судебных решений.

Проверив доводы обращения и жалобу адвоката по материалам уголовного дела, судья Верховного Суда Российской Федерации А. пришел к выводу о том, что выводы суда о виновности Т. в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 186 УК Российской Федерации, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, что в соответствии со ст.409 УПК Российской Федерации является основанием к отмене приговора и своим постановлением от 7 октября 2004 года возбудил надзорное производство по жалобе адвоката Л. о пересмотре приговора и других судебных решений в отношении Т., передав надзорную жалобу на рассмотрение президиума Ростовского областного суда.

Мотивируя такое решение, судья Верховного Суда Российской Федерации в постановлении указал, что судом первой инстанции не доказана осведомленность Т. в поддельности векселя, а, следственно, и наличие в его действиях прямого умысла, что является обязательным для субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 186 УК Российской Федерации; что ссылка суда в обоснование осведомленности Т. в поддельности векселя на то, что в период следствия и в судебном заседании он давал противоречивые показания, не оказывал следствию и суду активной помощи в установлении истины, является несостоятельной, поскольку в силу ч.2 ст. 49 Конституции Российской Федерации обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность.

Эти и другие важные доводы судьи Верховного Суда Российской Федерации были проигнорированы президиумом Ростовского областного судом при проверке надзорной жалобы адвоката, вынесшим 4 ноября 2004 года постановление об отказе в ее удовлетворении. При этом основания отказа в постановлении судьи практически не мотивированы. Веских аргументов в опровержение доводов надзорной жалобы в постановлении не приведено.

Уважаемый Вячеслав Михайлович! Не вмешиваясь в процессуальную деятельность Верховного Суда Российской Федерации, прошу Вас, с учетом изложенных выше обстоятельств, которые, на мой взгляд, заслуживают внимания и юридической оценки, дать указание о проверке состоявшихся по делу судебных решений с учетом доводов заявители и о принятых мерах проинформировать меня.

Приложение: на листах.

С уважением, В.П. Лукин

Приложение 20

Судебные постановления, принятые в результате рассмотрения ходатайства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе гражданина Т.

Уполномоченному по правам

человека в Российской Федерации

Лукину В.П.

Уважаемый Владимир Петрович!

В связи с Вашим обращением № ВЛ 2374-24 от 31 января 2005 г. сообщаю, что в Верховном Суде Российской Федерации с изучением материалов уголовного дела рассмотрена жалоба адвоката Л., поданная в защиту Т., осужденного Кировским районным судом г. Ростова-на-Дону 21 декабря 2001 года по ст. 186 ч. 2 УК РФ.

Постановлением судьи Верховного Суда РФ от 19 апреля 2005 года по жалобе адвоката Л. возбуждено надзорное производство Для сведения направляю в Ваш адрес копию указанного постановления.

Приложение: постановление на 8 листах.

Заместитель Председателя

Верховного Суда Российской Федерации В.П. Верин.

Приложение 21

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возбуждении надзорного производства

г. Москва «19» апреля 2005 года

Судья Верховного Суда Российской Федерации Колышницын А.С., изучив надзорную жалобу адвоката Л. о пересмотре приговора Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года, определения судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 5 марта 2002 года и постановления президиума Ростовского областного суда от 4 ноября 2004 года,

установил:

по приговору Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года, Т., родившийся 2 июня 1961 года в г. Новочеркасске Ростовской области, ранее не судимый, осужден по ст. 186 ч.2 УК РФ к 7 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Определением судебной коллегией по уголовным делам Ростовского областного суда от 5 марта 2002 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 7 октября 2004 года было возбуждено надзорное производство по надзорной жалобе адвоката Л. с передачей ее на рассмотрение президиума Ростовского областного суда.

Постановлением президиума Ростовского областного суда от 4 ноября 2004 года оставлена без удовлетворения надзорная жалоба адвоката Л.

По делу осужден также С., надзорной жалобы в отношении которого не имеется.

Н. оправдан по ст. 186 ч. З УК РФ за недоказанностью его участия в совершении преступления.

Т. признан виновным в сбыте поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации, совершенном в крупном размере.

Преступление совершено при следующих установленных судом обстоятельствах.

С., Т. и лицо, находящееся в розыске, по предварительному сговору между собой, 26 октября 2000 года совершили сбыт поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации, в крупном размере.

С. в неустановленные следствием время и месте, у неустановленного следствием лица, с целью последующего сбыта приобрел заведомо поддельный вексель серии ВП № 0807352, выпущенный якобы Сберегательным банком РФ, номинальной стоимостью 5000000 рублей, выданный якобы ОАО «Инвестиционная фирма «СахаИнвест» Республика Саха-Якутия. Реализуя преступный умысел, направленный на сбыт заведомо поддельного векселя, действуя согласно ранее распределенным ролям, С. и Т. 26 октября 2000 года, примерно в 15 часов, пришли в ОАО КБ «ЦентрИнвест», расположенный в г. Ростове-на-Дону, ул. Суворова, 62. Введя в заблуждение работников банка, С., представившись директором ООО «Трэйд Системс ЛТД» г. Москвы У., в присутствии директора ООО «Титан-2000» Т., являющегося клиентом Новочеркасского филиала ОАО КБ «ЦентрИнвест», заключил договор купли-продажи № 426101у векселя Сберегательного банка России серии ВП № 0807352 номинальной стоимостью 5000000 рублей, согласно которому в роли продавца выступило ООО «Трэйд Системс ЛТД» в лице У., а в роли покупателя - ОАО КБ «ЦентрИнвест» в лице заместителя председателя правления банка Ч., после чего передал указанный вексель работнику банка П. Таким образом, С., Т. и лицо, находящееся в розыске, сбыли поддельный вексель Сбербанка РФ номинальной стоимостью 5000000 рублей, то есть в крупном размере.

Согласно указанного договора купли-продажи и письма директора ООО «Трэйд Системс ЛТД» У., платежным поручением № 002 от 26 октября 2000 года, на расчетный счет ООО «Титан-2000» в Новочеркасский филиал ОАО КБ «ЦентрИнвест» были перечислены денежные средства в сумме 4825000 рублей, на которые Т. были приобретены в названном филиале банка 3 векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест» на общую сумму 1250000 рублей, а также сняты денежные средства в сумме 10000 рублей и использованы на личные нужды.

В надзорной жалобе адвокат Л. просит состоявшиеся по делу судебные решения в отношении Т. отменить, дело производством прекратить, указывая на то, что выводы суда о виновности Т. в сбыте поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в надзорной жалобе, полагаю необходимым возбудить надзорное производство и передать надзорную жалобу адвоката Л. на рассмотрение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по следующим основаниям.

В соответствии с законом суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности.

Одним из оснований отмены или изменения приговора является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

В обоснование доказанности вины Т. в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч.2 УК РФ, суд в приговоре сослался на показания представителя гражданского истца У., показания свидетелей П., С., Л., М., Д., С., Я., П., К., П., Т., А., а также на протоколы следственных действий, заключения экспертов.

Как следует из материалов дела, никто из вышеуказанных свидетелей не показывал о том, что Т. знал о поддельности векселя серии ВП № 0807352, номинальной стоимостью 5000000 рублей.

Осужденный Т. вину в сбыте поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации не признал и показал, что в начале октября 2000 года в г. Новочеркасске он встретил своего знакомого У., который проживает в Москве, точного адреса он не знает. У. сказал ему, что приехал закупать зерно, расплачиваться собирается векселем Сберегательного банка номинальной стоимостью 5000000 рублей, который хотел разменять на векселя меньшей стоимости и наличные деньги для расчета. Он предложил У. свои услуги по поставке зернопродуктов и в обмене векселя через ОАО КБ «ЦентрИнвест», так как был их клиентом. Он заключил с У. договор комиссии, по которому получил в собственность указанный вексель и обязался его оплатить. 26 октября 2000 года он и У. в банке составили и подписали необходимые документы. В этот же день на расчетный счет его фирмы были перечислены 4825000 рублей от реализованного накануне векселя. Часть перечисленной суммы была получена тремя векселями ОАО КБ «ЦентрИнвест» на сумму 1250000 рублей, которые он передал У., а также снял и передал ему 10000 рублей. На следующий день ему позвонил сотрудник банка и сообщил, что вексель, который они приобрели у У., фальшивый, выданные их банком векселя необходимо вернуть. Он передал этот разговор У., который сообщил, что векселями он уже расплатился за поставленное зерно. С векселями он работает 5-6 лет и проблем с банками у него никогда не было. Он не знал о том, что у У. вексель фальшивый. С С. он не знаком (т. 4, л.д. 309-311).

Осужденный С. показал, что Т. он не знает, в ОАО КБ «ЦентрИнвест» он не обращался. В начале ноября 2000 года к нему приехал П. и попросил проверить правильность оформления документов на вексель. Он согласился их посмотреть. П. обещал приехать за документами, но так и не приехал. Документы остались у него и впоследствии были изъяты сотрудниками милиции (т.4, л.д. 308-309).

Из показаний свидетеля П. видно, что перед составлением договора купли-продажи векселя он его проверил. Вексель сомнений в подлинности не вызвал (т. 4, л.д. 313-315).

Свидетель С. показала, что вместе с П. осмотрела вексель, сомнений в его подлинности не возникло (т.4. л.д. 318).

Согласно заключениям экспертов установить, кем – С. или другим лицом - выполнены подписи: от имени продавца в договоре купли-продажи № 426101 у от 26.10.2000г. между ОАО КБ «ЦентрИнвест» и ООО «Трэйд Системс ЛТД»; от имени продавца в акте приема-передачи ценных бумаг по договору купли-продажи № 426101у от 26.10.2000г; от имени продавца в дополнительном соглашении № 1 к договору купли-продажи № 426101у от 26.10.2000г; в письме на имя зам. Председателя Правления ОАО КБ «ЦентрИнвест» гр. Ч. от имени директора ООО «Трэйд Системс ЛТД», не представилось возможным; вексель СБ Российской Федерации ВП № 0807352 на сумму 5000000 рублей на ОАО Инвестиционная Фирма «Саха- Инвест» и образец векселя СБ РФ ВО № 0000000 имеют существенное сходство по размеру, форме, реквизитам и цвету красящего вещества (т. 3, л.д. 213-214, 241).

Распечатка телефонных звонков с телефона соседей С., домашнего и мобильного телефонов Т., с мобильного телефона Л., на которую суд ссылается в приговоре, не содержит сведений о содержании самих переговоров, в связи с чем не может быть признана доказательством, подтверждающим виновность Т. в сбыте поддельного векселя СБ РФ.

Ссылки суда на то, что об осведомленности Т. о поддельности векселя свидетельствует то, что: в судебном заседании установлено, что перечисление денежных средств на счет фирмы «Титан 2000» по векселю, предъявленному Т. и С., не были обусловлены хозяйственными отношениями, связанными с поставками зерна между этой фирмой и фирмой «Трэйд Системс ЛТД»; показания Петренко о том, что Т. и С. настаивали на реализации векселя СБ РФ именно 26.10.2000г, предлагая всем новые условия, увеличивая дисконт, соглашаясь получить взамен векселя СБ РФ векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест», что, в конечном итоге, и сыграло роль в том, что руководство Банка отнеслось к проверке векселя поверхностно; что Т. отказался возвратить сотрудникам Банка векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест», сославшись на то, что они уже использованы в качестве платежа за поставленное зерно, что не соответствовало действительности, так как из материалов дела усматривается, что эти векселя пытались реализовать в Батайском филиале КБ «Промстройбанк» С. и другие лица, следует признать несостоятельными по следующим основаниям:

Тот факт, что перечисленные денежные средства на счет фирмы «Титан- 2000» по векселю, предъявленному Т. и С., не были обусловлены хозяйственными отношениями, связанными с поставками зерна между этой фирмой и фирмой «Трэйд Системс ЛТД» и то, что Т. и С. настаивали на реализации векселя СБ РФ, увеличивая дисконт, в отсутствии других прямых доказательств об осведомленности Т. в поддельности векселя, не могут служить неопровержимыми доказательствами его виновности в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч.2 УК РФ.

Как следует из имеющейся в материалах дела справки ОАО КБ «ЦентрИнвест» от 4 мая 2001 года, что директором ООО «Титан-2000» Т. на счет в ОАО КБ «ЦентрИнвест» были внесены денежные средства в сумме 10000 рублей (т. 3, л.д. 246).

Свидетель У. подтвердил в судебном заседании, что причиненный банку ущерб возмещен (т.4. л.д. 318).

Не подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании, и вывод суда о том, что отказ Т. возвратить сотрудникам Банка векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест», поскольку они уже использованы в качестве платежа за поставленное зерно, не соответствует действительности, так как эти векселя пытались реализовать в Батайском филиале КБ «Промстройбанк» С. и другие лица.

Так, свидетель С. показала, что фамилия Т. ей не знакома (т.4, л.д.312).

Следует также признать несостоятельной и ссылку суда на то, что об осведомленности Т. о подложности векселя свидетельствует то обстоятельство, что в период предварительного следствия и в судебном заседании он давал противоречивые показания, не оказывал следствию и не оказывает суду активную помощь в установлении истины по делу, поскольку в силу ч.2 ст. 49 Конституции РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность.

Из рапорта оперуполномоченного УБЭП ГУВД Ростовской области видно, что установить источник изготовления и сбыта поддельного векселя номинальной стоимостью 5000000 рублей не представилось возможным (т. 3, л.д. 259).

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 186 УК РФ, выражается в прямом умысле.

При таких обстоятельствах следует признать, что выводы суда о виновности Т. в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч.2 УК РФ, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, что в соответствии со ст. 409 УПК РФ является основанием отмены приговора.

Судом также признаны несостоятельными доводы осужденного С. о наличии у него алиби. При этом суд сослался на показания свидетеля Петренко, который опознал С. как человека, который вместе с Т. приходил в банк и представился У.

При этом, как следует из показаний свидетеля П., С. в момент нахождения в банке имел другой цвет волос, чем в судебном заседании. Кроме того, П. пояснил в судебном заседании, что статисты при опознании были ростом ниже С., у них были темные волосы с залысинами, а у С. были рыжие волосы, борода (т.4, л.д. 314-315).

Из имеющегося в материалах дела рапорта следователя СЧ ГСУ при ГУВД Ростовской области усматривается, что он осуществлял выезд в ЦАБ ГУВД г. Москвы с целью установления места прописки У. Однако ввиду отсутствия более точных анкетных данных и с учетом того, что в учетах ЦАБ числится большое количество лиц с фамилией и инициалами «У.» (25 лиц), сведений о точном месте жительства указанного лица, предоставлено не было (т. 3, л.д. 152).

Таким образом, следует признать, что доводы осужденного С. о наличии у него алиби органами предварительного следствия до конца проверены не были.

Также следует признать несостоятельной и ссылку суда в приговоре на объяснения П., оглашенные судом в качестве иного документа, поскольку в силу ст. 88 УПК РФ под документами, исходящими от граждан, следует понимать дневники, письма и т.п.

В соответствии с ч.2 ст. 69 УПК РСФСР фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке суд устанавливает наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, устанавливаются показаниями свидетеля, показаниями потерпевшего, показаниями подозреваемого, показаниями обвиняемого.

На обстоятельство, опровергающее доводы осужденных С. и Т. об их невиновности, суд сослался в приговоре на видеозапись, произведенную охранной службой ОАО КБ «ЦентрИнвест», указав, что, обозрев указанную видеозапись, суд пришел к выводу о том, что внешность лица, зафиксированного на видеокассете и находившегося в банке совместно с Т. 26.10.2000г., не имеет значительных отличий от внешности С.

Однако данную ссылку суда следует признать неправомерной, поскольку далее в приговоре указано, что суд не может признать указанную видеозапись доказательством его вины, так как бесспорно не установлено, что на данной видеозаписи зафиксирован именно С.

Таким образом, приговор содержит противоречие: сначала суд ссылается на видеозапись как на подтверждение вины С., а затем указывает на то, что не может признать данную видеозапись доказательством его вины.

При таких обстоятельствах следует также признать, что в материалах дела отсутствует совокупность доказательств, подтверждающих вину осужденного С. в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч. 2 УК РФ.

Доводы, аналогичные изложенным в настоящей надзорной жалобе адвоката Л., были предметом рассмотрения президиума Ростовского областного суда. Однако, как видно из постановления от 4 ноября 2004 года, ответов на указанные доводы в нем не содержится. Президиум лишь ограничился перечислением доказательств, "подтверждающих факт участия Т. в продаже векселя серии ВП № 0807352, безмотивно признав доводы осужденного о его неосведомленности о подложности данного векселя несостоятельными.

При таких условиях изложенные в надзорной жалобе адвоката Л. доводы о недоказанности вины Т. в совершении вмененного ему преступления являются достаточными для ее рассмотрения судом надзорной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 406 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

Возбудить надзорное производство по жалобе адвоката Л. о пересмотре приговора Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года, определения судебной коллегии по уголовным делам Ростовского области суда от 5 марта 2002 года и постановления президиума Ростовского областного суда от 4 ноября 2004 года в отношении Т., осужденного за совершение преступления, предусмотренного ст. 186 ч.2 УК РФ.

Передать надзорную жалобу адвоката Л. на рассмотрение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации А.С. Колышницын

Приложение 22

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

суда надзорной инстанции

г. Москва 30 мая 2005 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Кочина В.В., судей Колышницына А.С., Каменева Н.Д., рассмотрела уголовное дело по надзорной жалобе адвоката Л. о пересмотре приговора Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года, определения судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 5 марта 2002 года и постановления президиума Ростовского областного суда от 4 ноября 2004 года.

По приговору Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года,

Т., родившийся 2 июня 1961 года

в г. Новочеркасске Ростовской области,

с высшим образованием, несудимый,

осужден по ст. 186 ч. 2 УК РФ к 7 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Определением судебной коллегией по уголовным делам Ростовского областного суда от 5 марта 2002 года приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 7 октября 2004 года было возбуждено надзорное производство по надзорной жалобе адвоката Л. с передачей ее на рассмотрение президиума Ростовского областного суда.

Постановлением президиума Ростовского областного суда от 4 ноября 2004 года оставлена без удовлетворения надзорная жалоба адвоката Л.

По делу осужден также С., надзорная жалоба в отношении которого не подана.

Этим же приговором Н. оправдан по ст. 186 ч. 3 УК РФ за недоказанностью его участия в совершении преступления.

Заслушав доклад судьи Колышницына А.С., объяснения адвоката Л., поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Горохова А.В., полагавшего отменить приговор и последующие судебные решения и прекратить производство по делу, судебная коллегия

установила:

приговором суда установлено, что С., Т. и лицо, находящееся в розыске, по предварительному сговору между собой, совершили сбыт поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации, в крупном размере при следующих обстоятельствах.

С. в не установленные следствием время и месте, у не установленного следствием лица, с целью последующего сбыта приобрел заведомо поддельный вексель серии ВП № 0807352, выпущенный якобы Сберегательным банком РФ, номинальной стоимостью 5000000 рублей, выданный якобы ОАО «Инвестиционная фирма «Саха-Инвест» Республика Саха-Якутия.

Реализуя преступный умысел, направленный на сбыт заведомо поддельного векселя, действуя согласно ранее распределенным ролям, С. и Т. 26 октября 2000 года, примерно в 15 часов, пришли в ОАО КБ «ЦентрИнвест», расположенный в г. Ростове-на-Дону, ул. Суворова, д. 62.

Введя в заблуждение работников банка, С., представившись директором 000 «Трэйд Системс ЛТД» г. Москвы У., в присутствии директора 000 «Титан-2000» Т., являющегося клиентом Новочеркасского филиала ОАО КБ «ЦентрИнвест», заключил договор купли-продажи № 426101 векселя Сберегательного банка России серии ВП № 0807352 номинальной стоимостью 5000000 рублей, согласно которому в роли продавца выступило ООО «Трэйд Системс ЛТД» в лице У., а в роли покупателя - ОАО КБ «ЦентрИнвест» в лице заместителя председателя правления банка Ч., после чего передал указанный вексель работнику банка П. Таким образом, С., Т. и лицо, находящееся в розыске, сбыли поддельный вексель Сбербанка РФ номинальной стоимостью 5000000 рублей, то есть в крупном размере.

Согласно указанного договора купли-продажи и письма директора ООО «Трэйд Системс ЛТД» У., платежным поручением № 002 от 26 октября 2000 года, на расчетный счет ООО «Титан-2000» в Новочеркасский филиал ОАО КБ «ЦентрИнвест» были перечислены денежные средства в сумме 4825000 рублей, на которые Т. были приобретены в названном филиале банка 3 векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест» на общую сумму 1250000 рублей, а также сняты денежные средства в сумме 10000 рублей и использованы на личные нужды.

В надзорной жалобе адвокат Л. просит состоявшиеся по делу судебные решения в отношении Т. отменить, дело производством прекратить, указывая на то, что выводы суда о виновности Т. в сбыте поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, судёбная коллегия пришла к следующему выводу.

Согласно ст. ст. 68, 71, 344 УПК РСФСР при производстве предварительного следствия и разбирательстве дела в суде подлежит доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности; основанием отмены или изменения приговора является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам дела, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Данные требования закона судом должным образом не выполнены.

Осужденный Т. вину в сбыте поддельных ценных бумаг в валюте Российской Федерации не признал и показал, что в начале октября 2000 года в г. Новочеркасске он встретил своего знакомого У., который проживает в Москве, точного адреса он не знает. У. сказал ему, что приехал закупать зерно, расплачиваться собирается векселем Сберегательного банка номинальной стоимостью 5000000 рублей, который хотел разменять на векселя меньшей стоимости и наличные деньги для расчета. Он предложил У. свои услуги по поставке зернопродуктов и в обмене векселя через ОАО КБ «ЦентрИнвест», так как был их клиентом. Он заключил с У. договор комиссии, по которому получил в собственность указанный вексель и обязался его оплатить. 26 октября 2000 года он и У. в банке составили и подписали необходимые документы. В этот же день на расчетный счет его фирмы были перечислены 4825000 рублей от реализованного накануне векселя. Часть перечисленной суммы была получена тремя векселями ОАО КБ «ЦентрИнвест» на сумму 1250000 рублей, которые он передал У., а также снял и передал ему 10000 рублей. На следующий день ему позвонил сотрудник банка и сообщил, что вексель, который они приобрели у У., фальшивый, и выданные их банком векселя необходимо вернуть. Он передал этот разговор У., который сообщил, что векселями он уже расплатился за поставленное зерно. Он не знал о том, что у У. вексель фальшивый.

В обоснование доказанности вины Т. в совершении преступления, предусмотренного ст. 186 ч.2 УК РФ, суд в приговоре сослался на показания представителя гражданского истца У., показания свидетелей П., С., Л., М., Д., С., Я., П., К., П., Т., А., а также на протоколы следственных действий, заключения экспертов.

Как следует из материалов дела, никто из вышеуказанных свидетелей не сообщил сведения о том, Т. знал о поддельности; векселя серии ВП № 0807352, за сбыт которого он осужден.

Не показали об этом и С., Н., обвиняемые в совершении преступления совместно с Т.

Кроме этого, из показаний свидетеля П. видно, что перед составлением договора купли-продажи векселя он его проверил. Вексель сомнений в подлинности не вызвал.

Свидетель С. показала, что вместе с П. осмотрела вексель, сомнений в его подлинности не возникло.

Согласно заключению эксперта вексель СБ Российской Федерации ВП № 0807352 на сумму 5000000 рублей на ОАО Инвестиционная Фирма «Саха-Инвест» и образец векселя СБ РФ ВО № 0000000 имеют существенное сходство по размеру, форме, реквизитам и цвету красящего вещества.

Распечатка телефонных звонков с телефона соседей С., домашнего и мобильного телефонов Т., с мобильного телефона Л., на которую суд ссылается в приговоре, не дает сведений о содержании самих переговоров, в связи с чем, не может быть признана доказательством, подтверждающим виновность Т. в сбыте поддельного векселя СБ РФ.

Ссылка суда на то, что перечисление денежных средств на счет фирмы «Титан 2000» по векселю, предъявленному Т. и С., не были обусловлены хозяйственными отношениями, связанными с поставками зерна между этой фирмой и фирмой «Трэйд Системс ЛТД»; показания П. о том, что Т. и С. настаивали на реализации векселя СБ РФ именно 26 октября 2000 года, предлагая всем новые условия, увеличивая дисконт, соглашаясь получить взамен векселя СБ РФ векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест», что, повлекло поверхностную проверку векселя; что Т. отказался возвратить сотрудникам Банка векселя ОАО КБ «ЦентрИнвест», сославшись на то, что они уже использованы в качестве платежа за поставленное зерно, что не соответствовало действительности, так как из материалов дела усматривается, что эти векселя пытались реализовать в Батайском филиале КБ «Промстройбанк» С. и другие лица, не являются доказательствами, бесспорно свидетельствующими о том, что Т. знал о поддельности векселя.

Других доказательств осведомленности Т. в поддельности векселя, представлено не было.

Что же касается утверждения суда, что об осведомленности Т. о подложности векселя свидетельствует то обстоятельство, что в период предварительного следствия и в судебном заседании он давал противоречивые показания, не оказывал следствию и не оказывает суду активную помощь в установлении истины по делу, то оно является несостоятельным, поскольку в силу ч.2 ст. 49 Конституции РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность.

На основании изложенного судебная коллегия считает, что вывод суда о том, что Т. имел умысел на сбыт именно поддельного векселя, не подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Более того, суд пришел к выводу о том, что у Т. и С. имелся умысел на сбыт поддельного векселя, у них было распределение ролей, однако в описательной части приговора роль Т., а также его конкретные действия, направленные на сбыт данного векселя, не указаны.

Доводы, аналогичные изложенным в настоящей надзорной жалобе адвоката Л., были предметом рассмотрения судебной коллегией Ростовского областного суда при кассационном рассмотрении дела и президиума Ростовского областного суда. Однако надлежащего разрешения не получили.

При таких обстоятельствах приговор суда и последующие судебные решения в отношении Т. подлежат отмене, а дело прекращению производством, ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 406 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 декабря 2001 года, определение судебной коллегии Ростовского областного суда от 5 марта 2002 года, постановление президиума Ростовского областного суда от 4 ноября 2004 года в отношении Т., осужденного по ст. 186 ч. 2 УК РФ, отменить и дело производством прекратить, в связи с отсутствием в его действиях состава этого преступления, на основании п. «2» ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Из-под стражи Т. освободить.

Председательствующий

Судьи

Справка: осужденный Т. содержится в учреждении УЧ-398/14 Ростовской области.

Приложение 23

Аппарат Уполномоченного по правам человека

в Российской Федерации

Начальнику отдела защиты прав человека

в уголовном судопроизводстве

В.С. Мартинович

На Ваш исх. 21098-24 сообщаю, что определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 мая 2005 года приговор Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону и последующие судебные решения в отношении Т. отменены, и дело производством прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Из-под стражи Т. освобожден.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации А.С. Колышницын

Приложение 24

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное Председателю Верховного Суда Российской Федерации в соответствии с п.п. 3 п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», в результате рассмотрения жалобы гражданина П.

Председателю Верховного Суда

Российской Федерации

Лебедеву В.М.

Уважаемый Вячеслав Михайлович!

Ко мне повторно обратился П. с жалобой на приговор Майкопского районного суда от 19.05.2003 г., по которому он осужден за нарушение правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности гибель человека, по ч. 2 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 2 года (с учетом внесенных изменений).

Как следует из приговора, П. признан виновным в том, что 7 сентября 2001 г. около 21 часа 30 мин., управляя автомобилем «ВАЗ»-21099, двигаясь по автодороге г. Майкоп - п. Тульский, в п. Удобном Майкопского района на ул. Советской в нарушение требований п.п. 10.1, 19.2 Правил дорожного движения, будучи ослепленным светом фар встречного автомобиля, не принял мер предосторожности - не снизил скорость вплоть до полной остановки транспортного средства, продолжил движение и допустил наезд на лежавшего на проезжей части дороги М., 40 лет, причинив последнему тяжкий вред здоровью в виде сочетанной тупой травмы головы, шеи, грудной клетки, поясничной области, конечностей, осложненной травматическим шоком, от чего потерпевший в тот же день в 21 час.45 мин. скончался в больнице.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Адыгея от 19.09.2003 г. приговор оставлен по существу без изменения (исключена только дополнительная мера наказания в виде лишения права управлять транспортными средствами на срок в 2 года).

Надзорными инстанциями Верховного суда Республики Адыгея нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену состоявшихся по настоящему делу судебных решений, не установлено (постановление судьи от 26.11.2003 г., письмо председателя Верховного суда Республики Адыгея от 30.12.2003 г.).

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации Хинкина В.С. от 16 августа 2004 г. по результатам рассмотрения надзорной жалобы осужденного с проверкой материалов уголовного дела отказано в возбуждении надзорного производства (24-Д04-7).

Оснований для отмены этого постановления Заместителем Председателя Верховного Суда Российской Федерации В.П. Вериным не усмотрено (письмо от 28.09.04 г.).

П. не согласен с состоявшимися по делу решениями, считает, что он ошибочно признан судом виновным.

Как показал П. на предварительном следствии и в суде, проезжая в пос. Удобном, он двигался со скоростью не более 60 км в час. За 30-40 м до наезда был частично ослеплен проезжавшим встречным автотранспортом, но мог контролировать ситуацию. Снизив скорость движения, он неожиданно на расстоянии около 10 м впереди своего автомобиля увидел лежащего на проезжей части человека (М.), резко затормозил, но не смог избежать наезда и переехал лежавшего. Объехать М. он не имел возможности, т.к. справа по ходу его движения стоял автомобиль и люди. По его мнению, тяжкий вред здоровью потерпевшего был причинен в результате наезда на него неустановленного автомобиля, а он переехал уже труп.

Суд не согласился с доводами П. и в обоснование его виновности в данном дорожно-транспортном происшествии в приговоре сослался на показания свидетелей Г. и Г., очевидцев наезда, пояснивших, что автомобиль П. начал тормозить на расстоянии не более 3-4 м, непосредственно перед лежащим человеком. На основании показаний этих свидетелей и с учетом описанных П. дорожных условий был сделан вывод, что он не принял мер предосторожности, хотя имел такие возможности для избежания наезда на человека.

Версия осужденного о том, что он переехал уже смертельно травмированного М. не принята во внимание. Суд признал допустимыми заключение судебно-медицинской экспертизы, проведенной в ходе следствия, и заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы, назначенной судом, которыми установлено, что обнаруженный комплекс повреждений на одежде и трупе М. возник в условиях ДТП в результате полного однократного переезда через туловище колесами легкового автомобиля, когда потерпевший находился в горизонтальном положении на животе. Другой вариант образования повреждений, в частности от столкновения легкового автомобиля с вертикально расположенным пешеходом исключается, поскольку отсутствуют сколько-нибудь значимые повреждения в области нижних конечностей и таза от непосредственно удара выступающими частями легкового автомобиля, отсутствуют какие-либо повреждения, обусловленные опосредованным действием удара.

Обратившись к Уполномоченному и одновременно представив Председателю Верховного Суда Российской Федерации надзорную жалобу на состоявшиеся по делу решения, П. указал, что выводы, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Аварийная обстановка была создана потерпевшим, находившимся в состоянии алкогольного опьянения, который лежал на проезжей части дороги в темное время суток в условиях слабой освещенности трассы. Как водитель он (П.) не допустил нарушений Правил дорожного движения и не имел технической возможности предотвратить наезд.

По результатам ознакомления с материалами уголовного дела в отношении П. в порядке п.п. 6 п.1 ст.23 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», полагаю, что доводы осужденного являются убедительными и по существу надзорными инстанциями не рассмотрены.

Судом бесспорно установлено только то, что автомобиль П. переехал лежавшего на проезжей части М., находившегося в состоянии алкогольного опьянения.

Между тем, по делам данной категории первостепенное значение имеет установление и доказывание факта нарушения водителем Правил дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, а также наличие причинной связи между допущенными нарушениями и наступившими вредными последствиями, влекущими ответственность по УК РФ. Однако, в нарушение п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской федерации «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения (ст.211, 211-2, 148-1 УК РСФСР» [ст.264, 266, 166 УК РФ] от 22 октября 1969 г. № 50 (в редакции постановлений Пленума от 23.12.1970г. № 56, 24.12.1985 г. № 10, 27.08.1986 г. № 2, 21.12.1993 г. № 11, 25.10.1996 г. № 10) фактическая обстановка дорожно-транспортного происшествия и другие обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, полно и всесторонне судом не выяснены.

Место переезда М., автомашиной П. не установлено и не конкретизировано. Сразу же после наезда П. вместе с Ч. на автомобиле «Газель» доставили травмированного М. в близлежащую Майкопскую ЦРБ. Осмотр места происшествия проводился спустя два часа в ночное время суток (23 часа) при пасмурной дождливой погоде, в условиях слабого освещения, без участия П. и очевидцев происшествия. В протоколе осмотра зафиксировано только расположение на проезжей части двух больших пятен крови - на расстоянии 14,4 м от знака «Главная дорога» в районе остановки МДРСУ на двойной разделительной полосе пятно крови размером 1,5 х 0,8 м, и 8,8 м от него - второе пятно размером 0,9 х 0,4 м, а рядом со вторым пятном в 40 см - ключ от квартиры М. на веревке с пятнами крови. Расположение автомашины П. на проезжей части возле остановки МДРСУ не отражено. Отмечено только, что следов торможения на проезжей части не имеется, данный участок дороги слабо освещен фонарями, расположенными возле здания МДРСУ, «предположительное место обнаружения тела человека находится между вторым пятном и обнаруженным ключом на полосе движения автотранспорта, ближе к сплошной разделительной полосе».

В дальнейшем ни П., ни очевидцы происшествия супруги Г., ни Ч., перевозивший пострадавшего, ни другие лица, видевшие аварию, к следственным действиям по восстановлению обстановки на месте происшествия привлечены не были. Хотя П. заявлял такое ходатайство, следствием в его удовлетворении было отказано в нарушение права обвиняемого на защиту.

Дело рассмотрено без заключения специалиста в области эксплуатации автотранспорта и поэтому не проверенными остались показания П. и не выясненными юридически значимые обстоятельства - в каком месте П. был частично ослеплен фарами встречной машины; имел ли он техническую возможность при данных погодных и дорожных условиях остановить свою машину до места, где лежал М., либо совершить маневр, необходимый для избежания наезда; какую связь имеют с данным дорожно-транспортным происшествием два больших пятна крови, зафиксированные в протоколе осмотра, механизм их образования.

Таким образом, суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы о виновности П. в инкриминируемом преступлении.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 3 п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», прошу одновременно с надзорной жалобой осужденного П. и его доводами об ошибочном осуждении рассмотреть мое ходатайство о проверке обоснованности и законности приговора Майкопского районного суда от 19.05.2003 г. в отношении П. и других состоявшихся решений с истребованием материалов уголовного дела.

О результатах рассмотрения ходатайства прошу меня уведомить.

С уважением, В.П. Лукин

Приложение 25

Судебные постановления, принятые в результате рассмотрения

ходатайства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе гражданина П.

П.

П.

385783, Республика Адыгея,

Майкопский район,

ст. Дагестанская

Копия: Уполномоченному по правам человека

в Российской Федерации Лукину В.П.

107084, г. Москва, ул. Мясницкая, 47

Сообщаю, что по жалобе П., Заместителем Председателя Верховного суда РФ принесено постановление в Президиум Верховного Суда Республики Адыгея.

Результат рассмотрения постановления Вам будет сообщен судом, рассмотревшим постановление.

Приложение: на 3 листах.

Ответственный Секретарь судебной коллегии

по уголовным делам Верховного суда

Приложение 26

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об отмене постановления судьи об отказе

в удовлетворении надзорной жалобы

г. Москва «31 » мая 2006 г.

Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации Верин В.П., проверив постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 августа 2004 года об отказе в удовлетворении надзорной жалобы осужденного П.,

установил:

По приговору Майкопского районного суда Республики Адыгея от 19 мая 2003 года, П., 6 октября 1977 года рождения, уроженец г. Краснозаводска, Московской области, не судимый,

осужден по ст. 264 ч.2 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с лишением права управлять транспортными средствами на 2 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное осужденному наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 2 года.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Адыгея от 19 сентября 2003 года приговор в отношении П. изменен. Исключено указание о применении дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортными средствами на срок 2 года. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 августа 2004 года осужденному П. отказано в удовлетворении надзорной жалобы.

По приговору суда П. признан виновным в том, что, управляя автомобилем ВАЗ-21099, нарушил правила дорожного движения, в результате чего совершил наезд на лежащего на проезжей части потерпевшего М., повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление П. совершено 7 сентября 2001 года в п. Удобном Майкопского района при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В надзорной жалобе П. оспаривает обоснованность осуждения, указывая, что правил дорожного движения он не нарушал, поздно заметил лежащего на дороге потерпевшего и не имел технической возможности предотвратить наезд, а также ссылается на отсутствие доказательств, подтверждающих, что смерть потерпевшего М. наступила от телесных повреждений, полученных при переезде именно его, П., автомашиной.

Изучив надзорную жалобу осужденного П., постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации и проверив материалы уголовного дела, полагаю, что постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации подлежит отмене по следующим основаниям.

Судья Верховного Суда Российской Федерации, отказывая осужденному П. в удовлетворении надзорной жалобы, указал в своем постановлении на отсутствие оснований для отмены или изменения состоявшихся по делу судебных решений.

Вместе с тем, как видно из материалов дела, осужденный П., как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании не признал вину в нарушении им правил дорожного движения, повлекших неосторожное причинение смерти потерпевшему М. и показал, что 7.09.2001 года около 21 часа 20 минут, он, управляя автомобилем ВАЗ-21099, двигался в сторону г. Майкопа со скоростью 60 км/ час. Перед ДРСУ он увидел на обочине дороги стоявший автомобиль и людей. В это время он частично был ослеплен проезжавшей встречной автомашиной, но мог контролировать ситуацию. Снизив скорость, он внезапно, на расстоянии около 10 метров впереди своего автомобиля увидел лежащего на проезжей части дороги человека. Он резко затормозил, однако не смог избежать наезда, а также не имел возможности объехать препятствие, поскольку справа по ходу его движения стоял автомобиль, и около него находились люди. При этом П. показал, что двигался в темное время суток, по своей полосе движения, соблюдая скоростной режим, при ослеплении его встречной автомашиной снизил скорость, контролируя ситуацию, однако не мог предположить, что на проезжей части лежит человек.

Указанные доводы осужденного П. о том, что он поздно заметил потерпевшего и не имел технической возможности предотвратить наезд, судом опровергнуты не были.

Вопросы, касающиеся определения технической возможности водителя П. предотвратить наезд на потерпевшего, после его обнаружения, разрешаются лицом, обладающим специальными познаниями, в рамках проведения им автотехнической экспертизы, назначенной в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Однако из материалов дела усматривается, что данная экспертиза не назначалась ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании и соответственно не была проведена.

Кроме того, не проводился по делу и следственный эксперимент для определения расстояния, с которого П., двигаясь по дороге в темное время суток, мог заметить лежащего на проезжей части потерпевшего.

Таким образом, полагаю, что доводы надзорной жалобы осужденного П. о необходимости пересмотра состоявшихся в отношении него судебных решений заслуживают внимания и дают основание для возбуждения

надзорного производства и передачи надзорной жалобы на рассмотрение президиума Верховного Суда Республики Адыгея.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 406 УПК РФ, постановил:

Отменить постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 августа 2004 года и возбудить надзорное производство.

Передать надзорную жалобу осужденного П. вместе с уголовным делом на рассмотрение президиума Верховного Суда Республики Адыгея.

Заместитель Председателя

Верховного Суда Российской Федерации В.П. Верин

Приложение 27

Заместителю начальника отдела

защиты прав человека

в уголовном судопроизводстве

Аппарата Уполномоченного

по правам человека

в Российской Федерации

В.П. Титову

107084, г. Москва, ул. Мясницкая, д. 47

Направляется для сведения копия постановления Президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 12.07.2006 года в отношении П., осужденного 19.05.2003 года Майкопским районным судом по ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Приложение: на 2-х листах.

Консультант Верховного Суда

Республики Адыгея

Приложение 28

П О С Т А Н ОВ Л Е Н И Е

Президиума Верховного Суда Республики Адыгея

г. Майкоп 12 июля 2006 г.

Президиум в составе:

председательствующего – А.И. Трахова,

членов президиума: Н.А. Алибердовой, А.М. Хакуя, С.Т. Чич

рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе осужденного П. на приговор Майкопского районного суда Республики Адыгея от 19 мая 2003 года, которым он осужден.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Адыгея от 19 сентября 2003 года приговор суда в отношении П. изменен: исключено из приговора указание о назначении дополнительной меры наказания в виде лишения права управлять транспортным средством на 2 года; в остальной части приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 16 августа 2004 года П. отказано в удовлетворении надзорной жалобы на указанные судебные решения.

31 мая 2006 года Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации вынес постановление об отмене постановления судьи от 16 августа 2004 года и возбудил надзорное производство по надзорной жалобе П., в которой оспариваются судебные решения в его виновности, то есть приговор Майкопского районного суда от 19.05.2003 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Адыгея от 19 сентября 2003 года.

Заслушав доклад судьи Хакуя А.М., мнение прокурора, полагавшего оставить судебные решения по делу без изменения, и защитников – адвоката Ш. и П., полагавших отменить судебные решения и дело прекратить за отсутствием вины осужденного, Президиум

У С Т А Н О В И Л:

приговором от 19.05.2003 года П. признан виновным в том, что 7 сентября 2001 года в 21 час 30 минут в пос. Удобном Майкопского района в нарушение Правил дорожного движения (п.п. 19.2, 10.1) не остановился, снизив скорость при ослеплении, и вел транспортное средство (легковой автомобиль), которым управлял на повышенной скорости без учета ограниченной видимости в направлении движения. В результате не снизил скорость и не остановился полностью и совершил наезд на лежащего на полосе его движения М.

При этом причинен тяжкий вред здоровью М., от которого он скончался.

В надзорной жалобе П. оспаривает обоснованность осуждения, указывая, что правил дорожного движения он не нарушал, поздно заметил лежащего на дороге потерпевшего и не имел технической возможности предотвратить наезд, а также ссылается на отсутствие доказательств, подтверждающих, что смерть потерпевшего М. наступила от телесных повреждений, полученных при переезде именно его, П., автомашиной.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы надзорной жалобы осужденного П., Президиум считает, что приговор Майкопского районного суда от 19.05.2003 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Адыгея от 19.09.2003 года подлежат отмене по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, осужденный П., как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании не признавал вину в нарушении им правил дорожного движения, повлекших неосторожное причинение смерти потерпевшему М., и показал, что 7.09.2001 года около 21 часа 20 минут, он, управляя автомобилем ВАЗ-21099, двигался в сторону г. Майкопа со скоростью 60 км/час. Перед ДРСУ он увидел на обочине дороги стоявший автомобиль и людей. В это время он частично был ослеплен проезжавшей встречной автомашиной, но мог контролировать ситуацию. Снизив скорость, он внезапно, на расстоянии около 10 метров впереди своего автомобиля увидел лежащего на проезжей части дороги человека. Он резко затормозил, однако не смог избежать наезда, а также не имел возможности объехать препятствие, поскольку справа по ходу его движения стоял автомобиль, и около него находились люди. При этом П. показал, что двигался в темное время суток, по своей полосе движения, соблюдая скоростной режим, при ослеплении его встречной автомашиной снизил скорость, контролируя ситуацию, однако не мог предположить, что на проезжей части лежит человек. Указанные доводы осужденного П. о том, что он поздно заметил потерпевшего и не имел технической возможности предотвратить наезд, судом опровергнуты не были.

Вопросы, касающиеся определения технической возможности водителя П. предотвратить наезд на потерпевшего, после его обнаружения, разрешаются лицом, обладающим специальными познаниями, в рамках проведения им автотехнической экспертизы, назначенной в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Однако из материалов дела усматривается, что данная экспертиза не назначалась ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании и соответственно не была проведена.

Кроме того, не проводился по делу и следственный эксперимент для определения расстояния, с которого П., двигаясь по дороге в темное время суток, мог заметить лежащего на проезжей части потерпевшего.

При таких обстоятельствах Президиум считает, что оспариваемые приговор суда и определение судебной коллегии подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение.

Доводы осужденного и защитников о прекращении производства в отношении П. не могут быть удовлетворены без полного исследования данных, имеющихся в деле и выполнения выше указанных действий.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 407, 408 УПК РФ, Президиум

П О С Т А Н О В И Л:

1. Надзорную жалобу осужденного П. удовлетворить частично.

2. Приговор Майкопского районного суда от 19.05.2003 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Адыгея от 19 сентября 2003 года в отношении П. отменить и дело направить на новое рассмотрение в тот же суд со стадии назначения судебного заседания.

3. В части прекращения уголовного дела в отношении П. надзорную жалобу оставить без удовлетворения.

Председательствующий А.И. Трахов

Приложение 29

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в Верховный Суд Российской Федерации, в результате рассмотрения жалобы гражданина Ш.

В Судебную коллегию по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

103289, г. Москва, ул. Ильинка, д. 7/3

ХОДАТАЙСТВО

в порядке п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона

«Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации»

В мой адрес поступило обращение адвоката А. в защиту интересов Ш., осужденного по приговору Лотошинского районного суда Московской области от 06.07.01г., по которому он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК Российской Федерации, и осужден к лишению свободы сроком па 9 лет.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Московскою областного суда от 09.11.01г. приговор оставлен без изменения.

Постановлением судьи Московского областного суда от 20.02.04г. в удовлетворении надзорной жалобы о пересмотре приговора отказано. Данное постановление, согласно решению председателя Московского областного суда от 25.05.04г., признано законным и обоснованным.

По мнению адвоката А., при рассмотрении данного уголовного дела суд первой инстанции неправильно квалифицировал действия Ш. по ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации, то есть как умышленное причинение смерти другому человеку, необоснованно отклонив его доводы о совершении убийства в состоянии аффекта, и проигнорировал имеющиеся в деле доказательства, подтверждающие наличие длительной психотравмирующей ситуации, вызванной постоянными конфликтами с потерпевшим и его противоправным поведением в день убийства (потерпевший принимал непосредственное участие в групповом избиении Ш., в результате которого последний получил множественные телесные повреждения).

Сторона защиты также считает, что положенные в основу приговора экспертные заключения являются неполными и необъективными. Так, в постановлении следователя о назначении амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы не был поставлен вопрос о возможности совершения противоправных действий Ш. ввиду длительной психотравмирующей ситуации, не были отражены события, подтверждающие наличие длительной конфликтной ситуации между ним и потерпевшим.

В подтверждение своих доводов о наличии существенных недостатков в заключениях амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № 719 от 26.03.2001г. в отношении Ш., судебно-медицинской экспертизы по трупу К. № 144 от 04.12.2000г. адвокат А. представила полученные ею в соответствии с п. 4 ч. 3 ст. 6 «Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и п. 2, 3 ч. 1 ст. 53, ч. 3 ст. 80 УПК РФ заключения специалистов по указанным экспертизам.

Согласно заключению специалиста-психиатра Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского от 30.11.2004г. заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы и отношении Ш. признано неполным и научно необоснованным, и связи с чем целесообразно проведение повторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы. В заключении судебного медика Российского центра судебно-медицинской экспертизы Минздрава РФ от 14.12.2004г. также содержится рекомендация о проведении повторной судебно-медицинской экспертизы по трупу К. в связи с выявленными нарушениями в заключении эксперта № 144.

Кроме того, следует отметить, что суд при вынесении приговора указал лишь на наличие одного смягчающего наказание обстоятельства - совершение противоправного деяния впервые, но не учел наличие иных смягчающих наказание обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства: наличие у Ш. несовершеннолетнего ребенка и противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Согласно пунктам 1 (абзац 4), 3 (абзац 3) и 30 (абзац 1) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999г. № 40 «О практике назначения судами уголовного наказания» в приговоре следует указывать, какие обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также иные обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, доказаны при разбирательстве уголовного дела, а также, в силу части третьей статьи 60 УК РФ следует учитывать, какое влияние окажет назначаемое наказание на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. В этих целях для правильного выбора вида и размера наказания надлежит выяснять, является ли подсудимый единственным кормильцем в семье, находятся ли на его иждивении несовершеннолетние дети.

Таким образом, суд, не отразив в приговоре все обстоятельства, смягчающие наказание, которые были установлены при разбирательстве дела, допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона, что на наш взгляд, должно послужить основанием для отмены приговора Лотошинского районного суда Московской области от 06.07.01г.

Руководствуясь пп. 3 п. 1 ст. 20 и пп. 3 п. 1 ст. 29 Федеральною конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", ст. 406 УПК Российской Федерации, направляю надзорную жалобу адвоката А. для разрешения по существу и прошу проверить обоснованность приговора в отношении Ш., и других состоявшихся по делу решений с учетом доводов защиты и положений, изложенных в настоящем обращении.

О принятом решении прошу меня уведомить.

Приложение: на 70 листах.

С уважением,

Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации В.П. Лукин

Приложение 30

Судебные постановления, принятые в результате рассмотрения ходатайства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе гражданина Ш.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о возбуждении надзорного производства

г. Москва 29 июля 2005г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации Шишлянников В. Ф., рассмотрев надзорную жалобу адвоката А. о пересмотре приговора Лотошинского районного суда Московской области от 6 июля 2001 года и определения судебной коллегии но уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001 года,

УСТАНОВИЛ:

По приговору Лотошинского районного суда от 6 июля 2001 года Ш., 1964 года рождения, русский, с незаконченным высшим образованием, женатый, имеющий на иждивении ребёнка в возрасте 11 лет, не судимый, осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001 года приговор оставлен без изменения.

Ш. признан виновным в умышленном убийстве К., совершенном, как указано в приговоре, при следующих обстоятельствах.

3 декабря 2000 года, примерно в 19 часов, Ш. на территории строительной площадки, расположенной в д. Владимировка Лотошинского района на почве личных неприязненных отношений, умышленно нанёс К. 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, в том числе и в места расположения жизненно важных органов, в результате чего К. были причинены телесные повреждения, в том числе колото-резаное ранение шеи с повреждением общей сонной артерии и яремной вены, вызвавшее острую кровопотерю, от которой наступила смерть К.

В надзорной жалобе, поданной в интересах осуждённого Ш., адвокат А. оспаривает законность приговора и кассационного определения, утверждает, что при постановлении приговора суд не дал оценки действиям потерпевшего К., подвергшего избиению Ш., вследствие чего последний, находясь в состоянии аффекта, совершил убийство К., просит переквалифицировать действия Ш. на ч. 1 ст. 107 УК РФ; указывает на то, что судом не были изучены личностные особенности Ш., выяснение которых имело немаловажное значение для квалификации его действий, что ссылка суда и судебной коллегии на заключение экспертизы о том, что Ш. не находился в состоянии физиологического аффекта, «не может в конкретном случае быть решающей, так как правовую оценку душевного состояния осуждённого в момент совершения преступления даёт суд» и что положенные судом в основу обвинения - показания потерпевшей К. существенно искажены.

Проверив материалы дела, нахожу доводы, изложенные в надзорной жалобе, заслуживающими внимания.

Так, согласно ч. 1 ст. 314 УПК РСФСР, действовавшей во время постановления приговора, «описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, характера вины, мотивов и последствий преступления...». Суд, постановляя обвинительный приговор в отношении Ш., указанные требования закона не выполнил.

Как следует из описательной части приговора, Ш. признан виновным в том, что «после ссоры и драки с К., на почве личных неприязненных отношений умышленно нанёс К. 16 ударов ножом в различные части тела, в результате чего К. были причинены телесные повреждения, в том числе колото-резаное ранение с повреждением общей сонной артерии и яремной вены, вызвавшее острую кровопотерю, от которой наступила смерть К.». Таким образом, в описательной части приговора не указано, что, нанося К. удары ножом, Ш. действовал с умыслом на убийство потерпевшего.

Кроме того, как правильно отмечается в надзорной жалобе, судом не был проведён анализ событий, предшествующих совершению преступления Ш., тем самым, судом не установлен повод, послуживший основанием для совершения преступления Ш.. Также судом не было дано должной оценки действиям потерпевшего К., который, как видно из материалов дела, подверг избиению Ш., причинив последнему телесные повреждения. Действия потерпевшего не учтены и при назначении наказания Ш., также как не учтено наличие у осуждённого малолетнего ребёнка.

Ссылаясь на выводы экспертов, как на одно из доказательств виновности Ш., суд в приговоре указал следующее: «проведённой по делу комплексной психолого-психиатрической экспертизой установлено, что Ш. следует считать вменяемым, в момент совершения инкриминируемого ему деяния Ш. не находился в состоянии физиологического аффекта». Сославшись на выводы экспертов, суд оценки этим выводам, как того требует уголовно-процессуальное законодательство не дал, в то время, как справедливо отмечается в жалобе, «правовую оценку душевного состояния осуждённого в момент совершения преступления даёт суд».

Учитывая изложенные выше обстоятельства, считаю, что доводы жалобы адвоката подлежат проверке судом надзорной инстанции.

На основании изложенного и, руководствуясь п. 2 ч. 3 ст. 406 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

1. Возбудить надзорное производство по жалобе адвоката А. о пересмотре приговора Лотошинского районного суда от 6 июля 2001 года и определения судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001 года в отношении Ш., осуждённого за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

2. Передать надзорную жалобу адвоката А. вместе с уголовным делом на рассмотрение президиума Московского областного суда.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации В.Ф.Шишлянников

Приложение 31

Дело № 44у-284/05

Судья: Козлов С.И.

Члены коллегии: Коваленко Т.П., Пешкова О.В.

Докладчик: Самохина Л.И.

II О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 490

президиума Московского областного суда

г. Москва 14 сентября 2005г.

Президиум Московского областного суда в составе: Председательствующего Зотина К.А., членов президиума Омельченко Т.А., Борисенковой В.Н., Николаевой О.В., Романовского С.В., при участии заместителя прокурора Московской области Шульги В.И., рассмотрел уголовное дело по жалобе адвоката А. на приговор Лотошинского городского суда Московской области от 6 июля 2001 года, которым Ш., 1964 года рождения, женатый, имеющий на иждивении ребенка в возрасте 11 лет, несудимый, осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001 года приговор оставлен без изменения.

В надзорной жалобе, поданной в интересах осуждённого Ш., адвокат А. оспаривает законность приговора и кассационного определения, утверждает, что при постановлении приговора суд не дал оценки действиям потерпевшего К., подвергшего избиению Ш., вследствие чего последний, находясь в состоянии аффекта, совершил убийство К., просит переквалифицировать действия Ш. на ч. 1 ст. 107 УК РФ; указывает на то, что судом не были изучены личностные особенности Ш., выяснение которых имело немаловажное значение для квалификации его действий, что ссылка суда и судебной коллегии на заключение экспертизы о том, что Ш. не находился в состоянии физиологического аффекта, «не может в конкретном случае быть решающей, так как правовую оценку душевного состояния осуждённого в момент совершения преступления даёт суд» и что положенные судом в основу обвинения показания потерпевшей К. существенно искажены.

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Патовой Т.Н., мнение заместителя прокурора Московской области Шульги В.И., адвоката А., Президиум

УСТАНОВИЛ:

Как было указано в приговоре, преступление было совершено при следующих обстоятельствах.

3 декабря 2000 года, примерно в 19 часов, Ш. на территории строительной площадки, расположенной в д. Владимировка Лотошинского района на почве личных неприязненных отношений, умышленно нанес К. 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, в том числе и в места расположения жизненно важных органов, в результате чего К. были причинены телесные повреждения, в том числе колоторезаное ранение шеи с повреждением общей сонной артерии и яремной вены, вызвавшее острую кровопотерю, от которой наступила смерть К.

Проверив материалы дела и доводы надзорной жалобы, Президиум считает необходимым приговор суда и кассационное определение изменить по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 314 УПК РСФСР, действовавшей во время постановления приговора, описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, мотивов, целей и последствий преступления. Суд, постановляя обвинительный приговор в отношении Ш., указанные требования закона не выполнил.

Органами предварительного следствия Ш. обвинялся в том, что, находясь в нетрезвом состоянии, после ссоры и драки с К. на почве личных неприязненных отношений, умышленно, с целью лишения жизни, нанес К. 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, в том числе колото-резаное ранение шеи слева с повреждением общей сонной артерии и яремной вены, н результате чего потерпевший скончался от острой кровопотери.

Ш. последовательно утверждал, что, нанося К. удары ножом, он не желал возможности наступления смерти потерпевшего.

Суд при описании фактических обстоятельств дела, признанных доказанными, указал в приговоре, что Ш. нанес ножевые удары в жизненно важные органы потерпевшего, однако не установил, что он действовал с целью лишения жизни К. Поскольку описательной частью приговора не установлено, что Ш. действовал в отношении потерпевшего К. с целью лишения его жизни, то квалификация его действий по ст. 105 ч. 1 УК РФ нельзя признать правильной.

Между тем, по смыслу закона и разъяснений, содержащихся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999г. «О судебной практике по делам об убийстве» при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности.

Поскольку судом не установлено, что Ш. действовал с целью лишения жизни К., его действия следует переквалифицировать на ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

При этом президиум не находит оснований для удовлетворения доводов жалобы о совершении осужденным преступления в состоянии аффекта, поскольку они судом проверялись и правильно были признаны необоснованными, т.к. решение суда было основано не только на выводах проведенной по делу комплексной судебно-психиатрической экспертизы, установивших, что Ш. не находился в состоянии физиологического аффекта, но и на показаниях в суде потерпевшей К. и свидетелей - очевидцев происшедшего, что подробно изложено в приговоре.

При назначении наказания Ш. президиум в соответствии со ст. 60 УК РФ, при назначении наказания учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, ранее он не был судим, характеризуется положительно, имеет несовершеннолетнего ребенка.

Исходя из вышеизложенного и, руководствуясь ст. ст. 407, 408 УПК РФ, Президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Надзорную жалобу адвоката А. удовлетворить частично. Приговор Лотошинского городского суда Московской области от 6 июля 2001 года и определение судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001 года в отношении Ш. изменить, действия его переквалифицировать с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Назначить Ш. по ч. 4 ст. 111 УК РФ наказание семь лет лишения свободы.

В остальном приговор суда и определение судебной коллегии по уголовным делам оставить без изменения.

Председательствующий

Приложение 32

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в Верховный Суд Российской Федерации, в результате рассмотрения жалобы гражданина Ш.

В Судебную коллегию по уголовным делам

Верховного Суда Российской Федерации

103289, г. Москва, ул. Ильинка, д. 7/3

ХОДАТАЙСТВО

в порядке п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона

«Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации»

В мой адрес поступило повторное обращение адвоката А. в защиту интересов Ш., осужденного по приговору Лотошинского районного суда Московской области от 06.07.01г. за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы (с учетом изменений, внесенных постановлением президиума Московского областного суда от 14.09.05г.).

Хотя президиум Московского городского суда по надзорной жалобе адвоката изменил квалификацию содеянного Ш. и снизил ему срок наказания, А. не согласна с принятым решением. По ее мнению, надзорной инстанцией не проведен анализ событий, предшествующих совершению преступления Ш., не установлен повод, послуживший основанием для совершения преступления Ш., не дано должной оценки действиям потерпевшего К., который, как видно из материалов дела, подверг избиению Ш., причинив последнему телесные повреждения. Вопрос о противоправном поведении потерпевшего К. не исследовался и его действия не учтены при назначении наказания Ш.

Сославшись на показания потерпевшей и очевидцев преступления, суд надзорной инстанции не изложил их в постановлении, тем самым, нарушив ч. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре» от 29.04.1996г., и поэтому осталась без исследования версия о возможном совершении Ш. преступления в состоянии аффекта, этому обстоятельству не дана правовая оценка.

По мнению А., президиум Московского областного суда ошибочно переквалифицировал действия Ш. на ч. 4 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего), в то время как содеянное им следует квалифицировать по ст. 113 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего).

Анализ представленных документов позволяет прийти к выводу об обоснованности доводов защиты об имевших место упущениях, допущенных президиумом Московского областного суда при рассмотрении в порядке надзора уголовного дела в отношении Ш.

Руководствуясь пп. 3 п. 1 ст. 20 и пп. 3 п. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона "Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации", ст. 406 УПК Российской Федерации, направляю надзорную жалобу адвоката А. для разрешения по существу и прошу проверить обоснованность приговора в отношении Ш. с учетом внесенных в него изменений.

О принятом решении прошу меня уведомить.

С уважением,

Уполномоченный по правам человека

в Российской Федерации В.П. Лукин

Приложение 33

Судебные постановления, принятые в результате рассмотрения ходатайства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе гражданина Ш. Верховным Судом Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возбуждении надзорного производства

г. Москва 7 апреля 2006г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации В.В. Кочин изучил надзорную жалобу адвоката А. в защиту осужденного Ш. на приговор Лотошинского районного суда Московской области от 6 июля 2001г., которым

Ш., 6 марта 1964 г. рождения, уроженец Рязанской области Скопинского района ст. Повелец-1, ранее не судимый, осужден по ст. 105 ч.1 УК РФ к 9 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001г. приговор оставлен без изменения.

Постановлением президиума Московского областного суда от 14 сентября 2005г. приговор и кассационное определение в отношении Ш. изменены, его действия переквалифицированы на ст. 111 ч. 4 УК РФ, по которой назначено 7 лет лишения свободы. В остальной части приговор и кассационное определение оставлены без изменения.

В надзорной жалобе адвокат А. просит об отмене приговора как незаконного и необоснованного и направлении дела на новое судебное рассмотрение. По мнению заявителя, суд не принял во внимание ряд обстоятельств, имевших существенное значение для правильного разрешения дела - суд не исследовал сложившиеся взаимоотношения между К. и Ш., обстоятельства и причины конфликтов между ними 2 и 3 декабря 2000г., не принял во внимание противоправное поведение потерпевшего К. и его родственников в отношении осужденного 3 декабря 2000г., степень тяжести причиненных ими осужденному телесных повреждений, надлежаще не проверил заключение комплексной психолого-психиатрической экспертизы в отношении Ш. о невозможности совершения им убийства в состоянии аффекта.

Проверив по материалам уголовного дела доводы
надзорной жалобы,

УСТАНОВИЛ:

По приговору с учетом внесенных изменений Ш. признан виновным в умышленном причинении К. тяжкого вреда здоровью, вследствие которого он скончался, при следующих обстоятельствах.

3 декабря 2000г. примерно в 19 часов Ш., находясь в состоянии алкогольного опьянения, на территорий строительной площадки, расположенной в д. Владимировка Лотошинского района Московской области, после ссоры и драки с К., на почве личных неприязненных отношений, умышленно нанес ему 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, причинив тяжкий вред здоровью, вследствие которого тот скончался.

Полагаю, что надзорная жалоба подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона (ст. 314 УПК РСФСР, действовавшей на момент вынесения приговора, ст. 307 УПК РФ) описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием времени, места, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

По настоящему делу данные требования закона не выполнены в полной мере, в связи с чем, обвинительный приговор в отношении Ш. не может быть признан законным и обоснованным.

В описательной части приговора суд установил, что Ш. умышленно причинил 16 ножевых ранений К. после происшедших между ними ссоры и драки на почве личных неприязненных отношений. Однако исследованные в судебном заседании и приведенные в приговоре доказательства - показания потерпевшей К., свидетелей Г., Ш., С., Ш., Ш., протокол осмотра места происшествия, заключения судебно-медицинского эксперта по результатам обследования Ш. и исследования трупа К., акт комплексной психолого-психиатрической экспертизы Ш. - не подтверждают выводы суда об имевшей между Ш. и К. обоюдной драке, по окончании которой Ш. умышленно причинил потерпевшему ножевые ранения, повлекшие его смерть.

Как видно из протокола судебного заседания, суд в ходе допроса вышеперечисленных свидетелей и потерпевшей К. надлежаще не выяснил сложившиеся взаимоотношения между К. и Ш., причину и продолжительность конфликтной ситуации, возникшей на строительной площадке между ними, правомерность поведения К., отказавшего рабочим, в том числе и Ш., в возможности пользоваться душевыми кабинками.

Между тем, осужденный Ш. показал, что страдает заболеванием кожи (хроническим аллергодерматозом), в связи с чем, нуждался в приеме душа и поэтому при поступлении на работу одним из его условий была возможность пользоваться душем по окончании рабочего дня. К., сторож строящегося объекта, категорически и неоднократно отказывал ему в этом. Именно поэтому между ними возникали ссоры, в том числе 2 и 3 декабря 2000г. Причем 2 декабря 2000г. во время такой ссоры К. применил к Ш. насилие в области гениталий, в силу чего последний был вынужден надавить ему на глаза. 3 декабря 2000г., когда аналогичная ссора между Ш. и К. переросла в драку, в нее включились родственники потерпевшего, которые совместно с К. подвергли Ш. избиению, причинив последнему по заключению эксперта легкий вред здоровью.

Согласно протоколам допросов осужденного Ш. на предварительном следствии и в судебном заседании неприязненные отношения с К. у него (Ш.) сложились ввиду лишения его потерпевшим возможности пользоваться душем после работы. На этой почве между ними регулярно происходили ссоры, в ходе которых К. на просьбы о допуске в душевые кабины отвечал отказом в грубой и оскорбительной форме. 2 декабря 2000г. во время такой ссоры К. применил к нему (Ш.) насилие, но в этот раз ссора не переросла в драку. 3 декабря 2000г. к К. приехали родственниками, с которыми он во время очередной ссоры с ним (Ш.) подверг последнего избиению, в том числе, с применением деревянного бруска. Во время избиения он (Ш.) периодически терял сознание. После последнего удара, нанесенного К. ему (Ш.) по лицу, в результате чего образовалась скальпированная рана носа, осужденный запомнил только, что бил К., сидящего в автомашине, в бедро, по-видимому, ножом. Где он взял этот нож, сколько и куда нанес им ударов, куда затем положил этот нож, не помнит, как и последующие события 3 декабря 2000г.

Данные показания осужденного надлежаще, всесторонне не проверены и не проанализированы в совокупности с другими доказательствами по делу.

Свидетель Ш., брат осужденного, показал, что, действуя от имени работодателя Л., нанял Ш. на работу и подтвердил показания осужденного о достигнутой договоренности по поводу приема душа после работы. Однако показания данного свидетеля не были учтены судом.

В судебном заседании свидетели Г. и Ш. полностью подтвердили показания осужденного Ш. о причине возникшего конфликта между ним и К., о неправомерном поведении К. до 3 декабря 2000г. и непосредственно 3 декабря 2000г., когда потерпевший со своими родственниками избивал Ш., в том числе металлическим котелком по голове.

Несмотря на то, что показания Г. и Ш. на предварительном следствии противоречат показаниям, данным ими в ходе судебного разбирательства, суд не огласил их и не дал соответствующей оценки в приговоре. Кроме того, в приговоре показания указанных свидетелей приведены не полно и в искаженном виде.

В ходе судебного заседания не были надлежаще проверены и не оценены в приговоре показания потерпевшей К., свидетелей С., Ш., родственников потерпевшего К., об агрессивном поведении осужденного Ш. 3 декабря 2000г. Они отрицали совместное избиение Ш. и ссылались на его противоправное поведение в отношении К. 3 декабря 2000г. Однако показания данных родственников потерпевшего К. противоречат друг другу о последовательности событий 3 декабря 2000г. и конкретных действиях, высказываниях Ш., а также противоречат показаниям других очевидцев преступления - свидетелей Г. и Ш., показания которых не признаны не достоверными.

Кроме того, судом не был надлежаще проверен акт психолого-психиатрической экспертизы Ш., хотя никакие доказательства для суда не имеют заранее установленной силы. Суд не проанализировал полноту исходных материалов, предоставленных экспертам, анамнестическую часть экспертного заключения, примененные методики психологического обследования осужденного, характер поставленных перед экспертами вопросов, в том числе, о психологических особенностях осужденного, о природе имеющегося у него кожного заболевания, причинах и условиях его возникновения и развития, его проявлениях и взаимосвязи с центральной нервной системой, не проанализировано судом и соответствие выводов экспертов проведенным исследованиям с точки зрения их обоснованности. При комплексных экспертизах исследовательской части заключений отдельно излагается каждый вид исследования, методы и результаты их применения, которые легли в основу заключения. Между тем, результаты психологического обследования Ш. экспертов недостаточно обоснованны данными, приведенными в исследовательской части заключения экспертов, как и вывод о том, что в момент совершения инкриминируемого деяния Ш. не находился в состоянии физиологического аффекта. Кроме того, перед экспертами не ставился вопрос о возможности совершения Ш. инкриминируемого ему деяния при длительной психотравмирующей ситуации, обусловленной конфликтом с Козловым и проявлением имеющегося у осужденного заболевания, и вследствие причинения потерпевшим Ш. сильной физической боли в результате удара деревянным бруском по лицу.

При наличии таких данных следует признать, что обвинительный приговор в отношении Ш. основан на противоречивых, не проверенных и не оцененных доказательствах, а поэтому не может быть признан законным и обоснованным.

В связи с этим, доводы адвоката А. в надзорной жалобе о необоснованности осуждения Ш. заслуживают внимания и являются достаточным основанием для рассмотрения их по материалам уголовного дела Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 406 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

1. Возбудить надзорное производство по надзорной жалобе адвоката А. в защиту осужденного Ш. о пересмотре приговора Лотошинского районного суда Московской области от 6 июля 2001г., определения судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001г., постановления президиума Московского областного суда от 14 сентября 2005г.

2. Передать надзорную жалобу адвоката А. вместе с уголовным делом на рассмотрение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации В.В. Кочин

Приложение 34

Уполномоченному по правам человека

в Российской Федерации

В.П. Лукину

103084 г. Москва, ул. Мясницкая, д. 47

Уважаемый Владимир Петрович!

В связи с Вашим обращением сообщаю, что в Верховном Суде РФ по материалам уголовного дела проверены доводы надзорной жалобы адвоката А. в защиту осужденного Ш. По результатам проверки вынесено постановление о возбуждении надзорного производства и надзорная жалоба адвоката А. вместе с уголовным делом направлена на рассмотрение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ.

Судья Верховного Суда РФ В.В. Кочин

Приложение 35

Уполномоченному по правам человека

в Российской Федерации

В.П. Лукину

103084, г. Москва, ул. Мясницкая, д. 47

Уважаемый Владимир Петрович!

В связи с Вашим обращением сообщаю, что в Верховном Суде РФ рассмотрено уголовное дело по надзорной жалобе адвоката А. в защиту осужденного Ш. Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 мая 2006 года приговор Лотошинского районного суда Московской области от 6 июля 2001 года, определение судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 9 ноября 2001 года, постановление президиума Московского областного суда от 14 сентября 2005 года в отношении Ш. отменены, дело направлено па новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.

Судья Верховного Суда РФ В.В. Микрюков

Приложение 36

В Аппарат Уполномоченного

по правам человека в Российской Федерации

107084, г. Москва, Мясницкая ул., д. 47

Лотошинский районный суд Московской области на Ваш запрос от 29.01.2007 г. за исх. № 3127-24 сообщает, что уголовное дело по обвинению Ш. в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ, поступило на новое рассмотрение в Лотошинский районный суд Московской области согласно решения суда надзорной инстанции 03 ноября 2006 года, так до этого вновь находилось на рассмотрении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по кассационной жалобе обвиняемого Ш. на постановление заместителя председателя Московского областного суда от 23 июня 2006 года об отказе в удовлетворении ходатайства об изменении территориальной подсудности уголовного дела.

03 ноября 2006 года дело было принято к производству Лотошинским районным судом и 15 ноября 2006 года по уголовному делу было проведено слушание, по итогам которого на 11 декабря 2006 года было назначено судебное заседание. Затем 11-12 декабря 2006года, 12 января 2007 года, 30 января 2007 года и 09 февраля 2007 года по делу проводились судебные заседания, в ходе которых исследовались доказательства, представленные сторонами защиты и обвинения, после чего 09 февраля 2007 года постановлением Лотошинского районного суда по ходатайству стороны защиты по делу была назначена повторная амбулаторная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза с привлечением специалистов медиков, проведение экспертизы было поручено экспертам 111-го Главного Государственного Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Министерства обороны РФ г. Москвы, а судебное разбирательство по уголовному делу было отложено до получения результатов назначенной экспертизы.

В настоящее время материалы уголовного дела в отношении Ш. направлены в адрес указанного выше экспертного учреждения для проведения экспертизы.

И.о. председателя Лотошинского

районного суда Т.В. Грицкевич

Приложение 37

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Лотошино «20» сентября 2007 года.

Московской области.

Судья Лотошинского районного суда Московской области Т., с участием государственного обвинителя Лотошинской районной прокуратуры Московской области Ч., подсудимого Ш., защитника А., представившего удостоверение и ордер, при секретаре С., а также потерпевшей К., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

Ш., 06 марта 1964 года рождения, уроженца ст. Павелец - 1 Скопинского района Рязанской области, русского, гражданина РФ, образование неоконченное высшее, разведенного, имеющего на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, военнообязанного, не работающего, проживающего по адресу: Московская область, Подольский район, п. Знамя Октября, дом № 16, квартира № 48, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

03 декабря 2000 года подсудимый Ш. совершил причинение тяжкого вреда здоровью в состоянии аффекта, то есть в состоянии внезапно возникшего сильного душевною волнения, вызванного насилием со стороны потерпевшего, а также длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным поведением потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

03 декабря 2000 года, примерно в 19.00 часов, у Ш., находящегося в состоянии простого алкогольного опьянения на территории строительной площадки, расположенной в д. Владимировка Лотошинского района Московской области, внезапно возникло сильное душевное волнение, вызванное как применением насилия со стороны К. и других лиц, в результате которого ему был причинен вред здоровью средней тяжести, так и предыдущей длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным поведением К., отказывавшего Ш. в элементарных потребностях гигиены, при том, что у последнего обострилось имеющееся у него кожное заболевание, а поведение и высказывания К. в адрес Ш. задели его личностно - значимые сферы и нанесли ему серьезное словесное и физическое оскорбление, унизили его человеческое достоинство, после чего он, находясь в состоянии аффекта, умышленно, с целью причинения телесных повреждений, безразлично относясь к возможным последствиям, нанес К. 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, в результате чего К. были причинены колото-резанное ранение грудной клетки слева, проникающее в левую плевральную полость, без повреждения внутренних органов, колото-резанные ранения левой голени без повреждения крупных сосудов, резанные раны лица и левого предплечья, а также колото-резанное ранение шеи слева с повреждением общей сонной артерии и яремной вены, последнее телесное повреждение повлекло за собой, по неосторожности, через несколько минут, смерть потерпевшего от острой кровопотери и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Органами предварительного расследования Ш. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ, то есть в умышленном причинении смерти другому человеку.

Подсудимый Ш. виновным себя в совершении убийства не признал.

Ш. показал, что он с 28 ноября 2000 года стал работать на строящемся объекте, расположенном в д. Владимировка Лотошинского района Московской

области, а именно на монтаже лестницы в строящемся доме, там же сторожем работал К. Через два или три дня после приезда, из-за характера выполняемых работ, у него обострилось кожное заболевание в форме экземы, которой он страдал на тот период времени, появился острый зуд, в связи с чем, он обратился к К. с просьбой помыться, так как в строящемся доме имелись исправные душевые кабины, ключи от которых имелись у сторожа, однако в ответ К. оскорбил его и предложил мыться в луже. Далее 02 декабря 2000 года, примерно в 11.00 часов, он вновь обратился к К. с просьбой помыться, но в ответ последний выразился в его адрес нецензурной бранью, отнесся к нему крайне пренебрежительно, унизил его, в результате чего между ними произошла ссора, которая продолжилась во второй половине того же дня в присутствии его брата Ш.С., когда К. вновь подтвердил свой отказ предоставить для помывки душевые кабинки, в связи с чем, он и другие работники были вынуждены мыться на улице, при минусовой температуре. Вечером того же дня конфликт между ним и К. продолжился, а именно, когда он проходил по строительной площадке, последний вновь оскорбил его, он в ответ также высказал в его адрес оскорбительную фразу, после чего между ними произошла драка, в результате которой они причинили друг другу физическую боль.

03 декабря 2000 года, днем, он совместно с другими рабочими Г. и Ш., употребил незначительное количество спиртных напитков, примерно в 18.00 часов, находился в бытовом вагончике, когда услышал голос К., который вызывал его выйти на улицу. После того как он вышел из вагончика, между ним и К. вновь произошел конфликт из-за отказа предоставить условия для помывки, в ходе которого К. нанес ему удар ногой в промежность, затем нанес ему не менее 10 ударов деревянным бруском по телу и голове, в том числе и в область носа, кроме К., присутствующий здесь Ш. также нанес ему несколько ударов тяжелым металлическим котлом по голове, а К-ва ударила его несколько раз палкой по телу, в результате действий К. ему была причинена,

помимо прочего, скальпированная рана носа, он сам кому-либо, на тот период времени, ударов не наносил. Далее произошедшие события практически не осознавал и помнит фрагментарно, а именно помнит, что нанес несколько ударов каким-то предметом в область левого бедра сидящему в машине К., каким образом он оказался около машины и с каким предметом не помнит.

Умысла на причинение смерти К. не имел, признает причинную связь между своими действиями и наступившей смертью К., допуская, что именно он нанес последнему 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, в том числе в область шеи, однако указанные действия совершал в неадекватном психическом состоянии, вызванном применением насилия со стороны К. и других лиц, предыдущим длительным, систематическим и противоправным поведением последнего, осложненным обострившимся кожным заболеванием.

Виновность подсудимого Ш. в причинении тяжкого вреда здоровью, совершенном в состоянии аффекта, подтверждается следующими доказательствами: показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий и иными документами.

Потерпевшая К-ва показала, что ее муж К. работал сторожем на строящемся объекте, расположенном в д. Владимировка Лотошинского района и 28 ноября 2000 года на объект, в качестве рабочего, приехал Ш., который со следующего дня после приезда стал просить у мужа разрешения помыться в строящемся доме, однако К. не давал ему разрешения на это, в связи с чем, между ними сложились неприязненные отношения. 02 декабря 2000 года, в вечернее время, выйдя на улицу, наблюдала, как Ш. лежит на земле поверх ее мужа, поняла, что между ними произошел конфликт, причину которого не знает, после чего конфликт прекратился.

03 декабря 2000 года, в вечернее время, она, К-ва, ее сестра С. и сожитель сестры Ш-в, а также ее несовершеннолетний внук находились в сторожевом домике, где употребили небольшое количество спиртного, после чего К. и Ш-в вышли на улицу, а через некоторое время ее внук сообщил ей, что кто-то

дерется с ее мужем. Выйдя на улицу вместе с С., наблюдала, что между Ш. и К. вновь происходит конфликт, подробностей произошедшего не разглядела, причину конфликта не знает, однако видела, что Ш. лежит на гравии и в области лица у него была кровь, допускает, что у ее мужа при этом в руках был деревянный брусок или палка, сама лишь один раз ударила Ш. метлой по туловищу, так как он был практически голый и ее возмутил его внешний вид. Далее конфликт прекратился, она, К. и остальные их гости сели в автомобиль, стоявший рядом с въездными воротами, сама она находилась в салоне на заднем пассажирском сидении и за происходящим не наблюдала, а лишь услышав просьбу мужа, обращенную к кому-то убрать Ш., так как у последнего имеется нож, подняла голову и увидела Ш., стоящего рядом с мужем, который сидел на водительском сидении, при этом ножа в руках последнего не видела, но наблюдала, как Ш. делает в сторону мужа какие-то движения правой рукой в область ноги, после того как Ш. оттащили другие ребята, им удалось отъехать на незначительной расстояние, не более 200 метров от строительной площадки, где муж уже не мог вести машину и от полученных ножевых ранений практически сразу скончался.

Могли ли рабочие пользоваться душем, не знает, от начала конфликта между Ш. и К. до причинения ножевых ранений последнему прошло не более 5-7 минут, внешний вид у Ш. при нанесении ножевых ударов К. был неадекватный.

Свидетель Ш-в показал, что он в начале декабря 2000 года совместно с Ш. и Г. работал на строящемся объекте, расположенном в д. Владимировка Лотошинского района и между Ш. и сторожем объекта К. сложились неприязненные отношения из-за отказов последнего дать возможность помыться, при том, что Ш. испытывал физические страдания без приема душа, так как у него имелось кожное заболевание, вызывающее сильный зуд. Свои отказы дать возможность помыться К. высказывал Ш. в оскорбительной и унижающей человеческое достоинство форме, в связи с чем, Ш. находился в

подавленном и угнетенном состоянии. 02 декабря 2000 года, днем, он наблюдал словесный конфликт между Ш. и К., как он понял опять из-за отказа помыться. 03 декабря 2000 года, примерно в 16.00 часов, он, Ш. и Г. употребили спиртное, далее К., выражаясь нецензурной бранью, вызвал Ш. на улицу, после чего через несколько минут он наблюдал, как на строительной площадке Ш. подвергли избиению, а именно: К. ударил его ногой в промежность, отчего Ш. упал на землю, далее К. стал бить Ш. деревянным бруском по голове и туловищу, кроме него Ш. нанесла несколько ударов палкой жена К. - К-ва, а также присутствующий здесь же Ш-в нанес Ш. несколько ударов металлическим котлом по голове и ногами по телу. Кроме этого, Ш-в нанес и ему несколько ударов ногами по туловищу. Далее конфликт прекратился и он ушел в бытовой вагончик, туда же практически сразу забежал Ш., который затем сразу же выбежал на улицу, после чего через некоторое время его вновь привел в вагончик Г., на лице Ш. была видна рана в области носа.

Свидетель С. показала, что 03 декабря 2000 года она со своим сожителем Ш-вым приехала в гости к своей матери, проживающей в д. Якутино Калининского района Тверской области, где встретилась со своей сестрой К-вой и ее мужем К., с которыми также был их несовершеннолетний внук, здесь же наблюдала у К. кровоподтек под глазом, который, как пояснил последний, он получил при конфликте с каким-то рабочим. Далее в тот же день, вечером они все вместе приехали на строительную площадку, расположенную в д. Владимирова Лотошинского района, где К. работал сторожем и в его сторожевом домике все вместе употребили спиртное. После этого К. и Ш-ов вышли на улицу, а через некоторое время прибежал несовершеннолетний внук К-вых, который сообщил, что К. с кем-то дерется. Выйдя на строительную площадку, наблюдала конфликт, происходящий между Ш., одетым лишь в одну майку, и К., в ходе которого К. нанес Ш. несколько ударов деревянной доской по телу, куда именно, не видела. Далее они все вместе после

прекращения конфликта сели в автомобиль К., она находилась на заднем пассажирском сидении и видела только голову Ш. рядом с водительским сиденьем, где находился К., действий Ш. не наблюдала. Далее К. выехал через ворота со строительной площадки на расстояние не более 180 метров, после чего не смог управлять автомобилем из-за причиненных ранений и практически сразу скончался. Времени с момента окончания конфликта до момента, когда она увидела Ш. около автомобиля, прошло не более 5 минут, причину конфликта не знает.

Свидетель Ш-ов показал, что 03 декабря 2000 года он со своей сожительницей С. приехал в гости к ее матери, проживающей в д. Якутино Калининского района Тверской области, где встретился с ее сестрой К-вой и мужем сестры К., с которыми также был их несовершеннолетний внук, здесь же наблюдал у К. кровоподтек под глазом, который, как пояснил последний, он получил при конфликте с каким-то рабочим из-за его отказа дать рабочему возможность помыться. Далее в тот же день, вечером, они все вместе приехали на строительную площадку, расположенную в д. Владимировка Лотошинского района, где К. работал сторожем и в его сторожевом домике все вместе употребили спиртное. Далее он с К. вышли на улицу, где он наблюдал как между К. и Ш. произошел конфликт, он видел, что у К. в руках имеется деревянная палка, но не видел, что конкретно происходило между К. и Ш., сам в это время дрался с двумя другими мужчинами, которые пришли вместе с Ш. Допускает, что он нанес несколько ударов по голове Ш. металлическим котлом. После прекращения конфликта К. сел на водительское сиденье своей автомашины, он на переднее пассажирское сиденье, а С-ва и К-ва с внуком на задние пассажирские сиденья, после чего к машине подбежал Ш. и нанес К. несколько ударов ножом в область ноги, куда еще наносил удары ножом Ш., он не разглядел, после этого К. отъехал от строительной площадки не более чем на 200 метров, после чего уже не смог управлять автомобилем, они поместили его в салон для пассажиров, где он практически сразу скончался.

В период времени от момента окончания конфликта до нанесения ударов ножом Ш. составил не более 5 минут, причину конфликта не знает.

Свидетель Ш-н показал, что Ш. является его родным братом, он по состоянию на декабрь 2000 года являлся индивидуальным предпринимателем и изготавливал различные деревянные изделия, в том числе организовывал изготовление и монтаж деревянных конструкций на строительном объекте, расположенном в д. Владимировка Лотошинского района. 28 ноября 2000 года он доставил на указанный строительный объект Ш. и Ш-ва для ускорения монтажа деревянных конструкций к строящемся доме, при этом с заказчиком Л. у него была предварительная договоренность о предоставлении рабочим условий для помывки, при том, что браг согласился на его предложение работать на монтаже деревянных конструкций только при условии регулярной помывки, так как у него имелось на тот период времени кожное заболевание. 02 декабря 2000 года он вновь приехал в д. Владимировка Лотошинского района, где к нему подошел К. и, выражаясь в адрес его брата нецензурной бранью, высказал претензии, что Ш. требует от него создания условий для помывки. В этот же день, вечером, по телефону К. сообщил ему, что у него с Ш. произошел конфликт, в ходе которого последний порвал ему куртку. Позже он узнал, что К. убит.

Ш. при разговоре с ним 02 декабря 2000 года пояснял ему, что К. обращается с ним оскорбительно, поведение К. унижает его человеческое достоинство, считает, что К. не вправе был отказывать рабочим в принятии душа, при том, что К. имел все возможности для этого.

Свидетели Б., Г. и Ш. дали суду аналогичные показания, что 03 декабря 2000 года, в вечернее время, они в составе следственно-оперативной группы ОВД Лотошинского района выехали в д. Владимировка Лотошинского района по сообщению о произошедшем убийстве.

Кроме того, свидетели Б. и Г. показали, что на момент задержания Ш. находился в бытовом вагончике в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, свидетели Б. и Ш. показали, что нож, которым было совершено преступление, был обнаружен впоследствии на крыше бытового вагончика.

Кроме того, свидетель Г. показал, что на момент задержания одежда и лицо Ш. были в крови, и он не отрицал, что нанес ножевые ранения К.

Свидетель П. показал, что в декабре 2000 года он работал электромонтажником на строящемся объекте, расположенном в д. Владимировка Лотошинского района, вместе с ним работали другие рабочие, которые имели возможность регулярно принимать душ и пользовались этой возможностью вплоть до 28 ноября 2000 года, вплоть до своего уезда. 03 декабря 2000 года выйдя на улицу, увидел Ш. с топором в руках, Ш. был весь в крови, у него имелась рана в области носа, последний производил впечатление невменяемого человека, взгляд у него был бессмысленный, но на его просьбу отдать топор, он отдал его без сопротивления. Далее он пошел обратно в строящийся дом и затем через окно дома увидел, как Ш. подошел к водительской двери автомобиля, где сидел К., после этого машина К. уехала, телесных повреждений у самого К., перед тем, как последний сел в машину, не наблюдал.

Самих конфликтов, которые происходили между Ш. и К. не видел, причину их не знает, считает, что между последними сложились неприязненные отношения, так как К. ранее жаловался ему на Ш.

Телефонным сообщением (т.1 л.д.9) подтверждается, что 03 декабря 2000 года, в 18 часов 50 минут, в дежурную часть ОВД Лотошинского района поступило телефонное сообщение о том, что в с. Микулино Лотошинского района находится К., получивший ножевое ранение.

Протоколами осмотра места происшествия (т.1 л.д. 10-11, 20-23) и фототаблицами к ним (т.1 л.д. 12-13, 24-25) детально зафиксирована обстановка на территории строительной площадки, расположенной в д. Владимировка Лотошинского района Московской области и прилегающей к ней территории,

на крыше бытового вагончика обнаружен и изъят нож с пятнами бурой жидкости, похожей на кровь, обнаружены множественные пятна бурой жидкости, похожей на кровь, на территории строительной площадки и на расстоянии 180 метров от строительной площадки, обнаружены и изъяты предметы одежды и куски деревянных досок со следами бурой жидкости, похожей на кровь.

Проведенным по делу медицинским освидетельствованием (т.1 л.д. 14) установлено, что по состоянию на 03 декабря 2000 года Ш. находился в состоянии алкогольного опьянения.

Справкой (т.1 л.д. 15) и проведенными по делу судебно-медицинскими экспертизами (т.1 л.д. 117-120, 124-126) установлено, что у Ш. имели место скальпированная рана носа, резанные раны правой кисти 3-5 пальцев, резанная рана головы, ссадины на лице, ушной раковине, ссадины на правой кисти, ссадины на передней поверхности груди в проекции мечевидного отростка, ссадины на задней поверхности левого плечевого сустава и спине, кровоподтек в области лонного сочленения, ссадина на внутренней поверхности правого бедра.

Все повреждения причинены тупыми твердыми предметами, за исключением резанных ран пальцев правой кисти, которые причинены, возможно, ножом. Рана в области носа причинена, возможно, деревянным бруском, рана на голове могла быть причинена котлом, ссадины на груди, левом плечевом суставе и спине, возможно, причинены концом деревянного бруска.

Кроме того, установлено, что после заживления раны в области носа Ш. образовался неизгладимый рубец, для удаления которого требуется косметическая операция.

При осмотре автомобиля (т.1 л.д. 21-28), которым управлял К. 03 декабря 2000 года, в салоне автомобиля, в районе водительского сиденья, в районе задних пассажирских сидений, а также на кузове автомобиля в районе водительской двери, правой задней двери автомобиля обнаружены множественные пятна бурой жидкости, похожей на кровь, кроме того, обнаружен и изъят кусок доски, имеющий пятна бурой жидкости, похожей на кровь.

Протоколом выемки (т.1 л.д. 97) подтверждается, что у Ш. изъята одежда, в которой он находился 03 декабря 2000 года.

Проведенной по делу судебно-медицинской экспертизой (т. 1 л.д. 101-113) установлено, что у трупа К. имели место: колото-резанное ранение шеи слева с повреждением обшей сонной артерии и яремной вены, колото-резанное ранение грудной клетки слева, проникающее в левую плевральную полость без повреждения внутренних органов, резанные раны лица и левого предплечья, колото-резанное ранение левой голени без повреждения крупных сосудов, кровоподтеки на лице, при этом колото-резанные ранения могли быть причинены ножом, изъятым на месте происшествия, кровоподтеки на лице причинены тупыми твердыми предметами.

Проникающее колото-резанное ранение грудной клетки квалифицируется как тяжкий вред здоровью, но в причинной связи со смертью не состоит. Колото-резанное ранение шеи с повреждением общей сонной артерии и яремной вены также квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и вызвало смерть К. от острой кровопотери в течение нескольких минут после причинения указанного ранения, то есть имеется прямая причинная связь между тяжким вредом здоровью и наступлением смерти.

Колото-резанные ранения на левой голени соответствуют повреждениям на левой брючине брюк, в которые был одет К. по состоянию на 03 декабря 2000 года, при этом все ранения сопровождались кровотечением, а ранение с повреждением общей сонной артерии могло сопровождаться фонтанированием, всего К. было причинено 16 колото-резанных ранений и 2 кровоподтека на лице.

На веках обоих глаз К. располагались темно-синюшные кровоподтеки, давность их возникновения в пределах суток к моменту наступления смерти, которые не оценивались как вред здоровью, в крови трупа К. обнаружен алкоголь.

Проведенными по делу криминалистическими экспертизами (т.1 л.д. 131-138, 146-147) установлено, что на ноже, изъятом при осмотре места происшествия, смывах с почвы, двух фрагментах досок обнаружена кровь, которая могла произойти от потерпевшего К., сам нож к холодному оружию не относится, а представляет собой нож хозяйственно-бытового назначения.

Из заключения специалистов психиатров (т.3 л.д. 10-31, 198-210) явствует, что, по их мнению, первичная амбулаторная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении Ш. проведена неполно, выводы экспертизы не в достаточной мере научно обоснованы, целесообразно проведение повторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Из заключения специалиста - судебного медика (т.3 л.д. 32-40) явствует, что скальпированная рана носа, причиненная Ш, должна квалифицироваться как средний вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья.

Допрошенный в ходе судебного заседания с целью разъяснения данного им ранее заключения специалист - судебный медик Р. показал, что заживление скальпированных ран носа с отслойкой мягких тканей, подобных той, которая была причинена Ш., происходит крайне медленно и время заживления, как правило, составляет срок более 1 месяца, в связи с чем, данную рану необходимо расценивать как причинение среднего вреда здоровью и таким образом, по его мнению, заключение судебно-медицинской экспертизы. проведенной в отношении Ш. в ходе предварительного расследования по делу, безосновательно расценило указанное телесное повреждение как легкий вред здоровью.

Из заключения проведенной по делу повторной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы с участием

судебно-медицинского эксперта, других медицинских специалистов - невропатолога и дерматолога (т.3 л.д. 238-283) явствует, что у Ш. по состоянию на 03 декабря 2000 года имело место кожное заболевание в виде хронической распространенной экземы, осложненной вторичной инфекцией, которая обострилась как под влиянием внешних раздражителей, так и комплекса нейрогенных переживаний, что при указанных условиях подразумевает взаимосвязь кожного заболевания с центральной нервной системой, а клинические проявления кожного заболевания характеризуются: местные проявления - полиморфной зудящей сыпью с очагами слияния, а общие проявления - комплексом различных нейрогенно-невротических проявлений.

Медицинские данные о имеющихся у Ш. телесных повреждениях позволяют предполагать наличие у него закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга, кроме того повреждения, имевшиеся у Ш. на момент проведения первоначальной судебно-медицинской экспертизы обычно вызывают длительное расстройство здоровья на срок более 3 недель, что является квалифицирующим признаком вреда здоровью средней тяжести.

Кроме того установлено, что в момент совершения инкриминируемого ему деяния Ш. находился в состоянии аффекта кумулятивного генеза на фоне простого алкогольного опьянения, вызванного, помимо прочего, обострением имеющегося у него кожного заболевания, длительной психотравмирующей ситуацией в связи с систематическим противоправным поведением К., отказывавшего Ш. в элементарных потребностях гигиены, при том что поведение и высказывания К. в адрес Ш. задели его личностно-значимые сферы и нанесли ему серьезное словесное и физическое оскорбление, что далее, в конечном итоге, при применении насилия со стороны К. вызвало у Ш. аффективный взрыв, как субъективно единственный выход из психотравмирующей ситуации. Постаффективная фаза характеризовалась у Ш.

физической и психической астенией, наступивших непосредственно сразу после совершения им инкриминируемого ему деяния.

Суд считает вину Ш. в совершении причинения тяжкого вреда здоровью в состоянии аффекта, то есть в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного насилием со стороны потерпевшего, а также длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным поведением потерпевшего, полностью установленной и доказанной совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, изложенных выше.

Судом установлено, что у Ш., находящегося в состоянии простого алкогольного опьянения, внезапно возникло сильное душевное волнение , вызванное как применением насилия со стороны потерпевшего К. и других лиц. в результате которого ему был причинен вред здоровью средней тяжести, так и предыдущей длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным поведением К., осложненной обострением имеющегося у него кожного заболевания, после чего он, находясь в состоянии аффекта, умышленно, с целью причинения телесных повреждений, безразлично относясь к возможным последствиям, нанес К. 16 ударов кухонным ножом в различные части тела, в результате чего К. были причинены колото-резанные ранения, в том числе колото-резанное ранение шеи слева с повреждением общей сонной артерии и яремной вены, вызвавшее острую кровопотерю, от которой, но неосторожности, наступила смерть К. в течение нескольких минут.

Суд приходит к убеждению, что органы предварительного расследования дали действиям Ш. неверную юридическую оценку, квалифицировав его действия по ст. 105 ч.1 УК РФ, то есть как умышленное причинение смерти другому человеку, в то время как его действия подлежат квалификации по ст.113 УК РФ, то есть как причинение тяжкого вреда здоровью совершенное в состоянии аффекта, при том, что при предыдущем

рассмотрении уголовного дела в отношении Ш. в порядке надзора, по жалобе его адвоката, действия Ш. были переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, при этом изменение приговора суда первой инстанции не было связано с какими-либо процессуальными нарушениями и таким образом, какого-либо ухудшения положения Ш., с учетом предыдущего рассмотрения дела в судах первой, кассационной и надзорной инстанции, при постановлении нового приговора, допущено быть не может.

Суд не считает возможным принять во внимание и полагает несостоятельными выводы первоначальной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы (т.1 л.д. 156-158) в части того, что в момент совершения инкриминируемого ему деяния Ш. не находился в состоянии физиологического аффекта, а также выводы первоначальной судебно-медицинской экспертизы в отношении Ш. (т.1 л.д. 117-120), в части того, что причиненные ему телесные повреждения квалифицируются как легкий вред здоровью, так как приведенные выводы полностью опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе выводами проведенной по делу повторной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, исследованными в судебном заседании заключениями специалистов психиатров и специалиста судебного медика, которые являются последовательными, не противоречивыми и не доверять которым у суда оснований не имеется, при том, что, помимо прочего, выводы первоначальной психолого-психиатрической экспертизы в части, касающейся отсутствия аффекта у Ш., по мнению суда, были недостаточно обоснованны данными, приведенными в исследовательской части заключения экспертов, эксперты делали вывод об отсутствии аффекта у Ш. без учета длительной психотравмирующей ситуации, обусловленной конфликтом с К., без учета

наличия у последнего кожного заболевания, а также без учета применения насилия в отношении Ш. со стороны потерпевшего К., временного промежутка между конфликтом и нанесением ножевых ранений К., других важных обстоятельств, имеющих значение при проведении экспертизы.

Кроме того, суд считает необходимым принять во внимание и полагает состоятельными показания свидетеля Ш-ва, данные им в ходе судебного разбирательства по делу, а не его показания, данные им в ходе предварительного расследования, так как показания Ш-ва, данные им в суде, полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не опровергаются какими-либо другими доказательствами, в том числе показаниями потерпевшей, свидетелей, а также не противоречат им.

В соответствии с заключениями судебно-психиатрических экспертиз (т.1 л.д. 156-158, т. 3 л.д. 238-283) Ш. каким-либо хроническим психическим расстройством не страдал и не страдает, он мог и может в период совершения инкриминируемого ему деяния и в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Не было в этот период у него и какого-либо временного расстройства психической деятельности. В момент совершения инкриминируемого ему деяния Ш. находился в состоянии простого, а не патологического опьянения, в том числе связанного с применением антигистаминных препаратов. С учетом изложенного и материалов дела, касающихся личности Ш., обстоятельств совершенного им преступления, суд считает необходимым признать его вменяемым в отношении инкриминированного ему деяния.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного Ш. преступления, данные о личности, обстоятельства, смягчающие его наказание, обстоятельств, отягчающих наказание Ш., предусмотренных уголовным законом, суд не усматривает.

Как обстоятельства, смягчающие наказание Ш., суд учитывает совершение им противоправного деяния впервые, наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного Ш. преступления, фактических обстоятельств дела, мнения потерпевшей, влияния назначенного наказания на исправление, суд приходит к убеждению, что цели наказания могут быть достигнуты исключительно при условии назначения Ш. наказания в виде лишения свободы, в пределах санкции ст. 113 УК РФ, предусмотренной для данного вида наказания.

При этом, так как преступление, предусмотренное ст. 113 УК РФ, отнесено уголовным законом к категории преступлений небольшой тяжести, то в настоящее время истек срок давности привлечения Ш. к уголовной ответственности за содеянное, в связи с чем, в соответствии с положениями ст. 78 УК РФ, он подлежит освобождению от назначенного судом наказания в виде лишения свободы.

Потерпевшей К-вой. к Ш., в возмещение причинённого преступлением материального ущерба и компенсации морального вреда, заявлен гражданский иск на общую сумму 189078 рублей из расчёта: 150000 рублей, как компенсация морального вреда, + 39078 рублей в возмещение материального ущерба, причиненного расходами на погребение.

Ш. и его представитель А. исковые требования К-вой не признали, указав, что исковые требования заявлены по истечении срока исковой давности, кроме того, их удовлетворение повлечет за собой ухудшение положения Ш., что недопустимо, как следует из толкований уголовно-процессуального закона.

В соответствии с положениями ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, в связи с чем, суд, учитывая то обстоятельство, что на исковые требования К-вой о возмещении ей материального ущерба, причиненного расходами па погребение ее мужа К., распространяется общий срок исковой давности, составляющий три года, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований К-вой в части заявленных требований о возмещении материального ущерба.

В то же время, в соответствии с положениями ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав, а также требований о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в связи с чем, доводы Ш. и его представителя со ссылкой на истечение срока исковой давности при разрешении исковых требований К-вой о компенсации морального вреда, не могут быть приняты судом во внимание.

Суд также не может принять во внимание и считает несостоятельными доводы Ш. и его представителя в части того, что заявленные исковые требования К-вой не могут быть удовлетворены, так как это повлечет за собой ухудшение положение Ш., что недопустимо, как следует из толкований уголовно-процессуального закона, так как при разрешении гражданского иска при рассмотрении уголовного дела, суд, помимо прочего, руководствуется нормами Гражданского кодекса РФ, а нормы уголовно-процессуального закона, не допускающие поворот к худшему положения осужденного при новом рассмотрении дела после отмены предыдущих решений по делу, касаются лишь вопросов квалификации преступления, назначения наказания, других положений, связанных с применением уголовного закона, при том при первоначальном рассмотрении уголовного дела гражданский иск заявлен не был и вопросы, связанные с ним, не являлись предметом обсуждения судов кассационных и надзорных инстанций.

Таким образом, суд приходит к выводу, что преступлением, совершённым Ш., К-вой, причинены нравственные и физические страдания, связанные со смертью ее мужа К., то есть в соответствии со ст. 151 ГК РФ, моральный вред, который, как следует из положений ст. 1064 ГК РФ, подлежит компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда К-вой, суд, в соответствии со ст. 1101 ГК РФ, учитывает характер и степень причинённых ей нравственных и физических страданий, степень вины Ш., фактические обстоятельства дела и, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, считает необходимым определить размер такой компенсации в сумме 50000 рублей, в остальной части суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований К-вой.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИ Л:

Признать Ш. виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 113 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении, освободив его от отбывания наказания в связи с истечением срока давности.

Гражданский иск удовлетворить частично.

Взыскать с Ш. в пользу К-вой компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей (пятьдесят тысяч) рублей, в остальной части исковые требования К-вой оставить без удовлетворения.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Московский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы, принесении кассационного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Приложение 38

Обращение Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации к председателю Ростовского областного суда в порядке п. 4 ч. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации, в защиту гражданина К.

Председателю

Ростовского областного суда

Ткачеву В.Н.

344021, г. Ростов-на-Дону,

ул. Социалистическая, д. 164/35

Уважаемый Виктор Николаевич!

Ко мне обратился основной учредитель ООО «Бит-Ост» (ранее АОЗТ) К. с жалобой на нарушение права частой собственности, предусмотренного ст. 35 Конституции Российской Федерации, и необеспечение юридических гарантий этого права судом.

Как следует из представленных материалов, 4 августа 1995 года АОЗТ «Бит-Ост» в лице президента компании К. заключило с Государственным машиностроительным предприятием «Звездочка» (г. Северодвинск) договор 7897/530 о передаче серийного грузового судна проекта 16900А (в дальнейшем теплоход «Канин») в счет погашения задолженности по АО «Архэнерго» на сумму 7504543 тысяч рублей.

По акту приемки от 5 сентября 1995 года теплоход был принят заказчиком, но до 1998 года не эксплуатировался, т.к. в порядке гарантийного обслуживания устранялись выявленные дефекты.

После этого 3 декабря 1998 года государственной администрацией Таганрогского морского порта на основании данных, внесенных в государственный судовой реестр порта, было выдано свидетельство о праве собственности на судно. На момент регистрации теплохода «Канин» учредителям и АОЗТ «Бит-Ост» являлись 7 граждан и товарищество с ограниченной ответственностью «Прогноз», при этом К. принадлежало 50% уставного фонда АО «Бит-Ост».

По договору фрахта от 11.01.01 года ЗЛО «Бит-Ост» передало теплоход «Канин» во фрахт (аренду) сроком на 3 месяца капитану судна Л. и членам его команды для совершения каботажного плавания из г. Ростова-иа-Дону в Турцию.

24 января 2001 года управлением ФСБ России по Ростовской области в отношении Л. и членов его команды Б., Т., Т. и Н. было возбуждено уголовное дело по факту контрабанды по ч. 4 ст.188 УК РФ. Постановлением следователя 25 мая 2001 года теплоход «Канин» признан вещественным доказательством и передан на ответственное хранение ОАО «Донинтурфлот» со стоянкой в порту г. Ростова-на-Дону.

В нарушение принципов полноты и объективности при сборе и оценке доказательств, орган предварительного следствия не предпринял надлежащих мер по установлению обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, в частности определения собственника судна.

В результате неправильного толкования понятий «собственник» и «судовладелец» Л. ошибочно признан органом предварительного следствия собственником теплохода «Канин», хотя фактически он являлся лишь фрахтователем (арендатором), временно эксплуатирующим судно на основании договора с его владельцем.

В результате этого представитель ЗАО «Бит-Ост» не был признан заинтересованной стороной, чьи имущественные интересы затронуты в связи с изъятием имущества из оборота, и не допущен в качестве участника уголовного судопроизводства, в связи с чем, не имел возможности представить документы, подтверждающие право собственности на теплоход «Канин», и заявить до суда ходатайство о снятии с него ареста или возврате имущества. По этой же причине ЗАО «Бит-Ост» было лишено возможности обжаловать в суд в порядке ст. 125 УПК РФ решение органа предварительного следствия, ущемляющее его процессуальные и имущественные права.

В нарушение указаний п. 6 постановления Пленума Верховного Суда СССР № 7 от 29 сентября 1953 года (в редакции от 29.08.80 года) «О судебной практике по применению конфискации имущества» при судебном рассмотрении дела судьей не проводилась проверка принадлежности теплохода «Канин» Л. на праве личной собственности, хотя в приговоре указано, что Л. заключил договор фрахта с собственником теплохода «Канин» - ЗАО «Бит-Ост».

Приговором Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 31 декабря 2002 года Л. и другие обвиняемые осуждены по ч. 1 ст. 188 УК РФ. Однако в нарушение требований ст. ст. 81, 299 и 309 УПК РФ судьба вещественных доказательств, в том числе теплохода «Канин» в приговоре судом решена не была.

Вопреки требованиям уголовно-процессуального законодательства, за пределами постановленного приговора, судья Кировского районною суда г. Ростова-на-Дону Маргарян А.Р. 20 марта 2003 года вынес постановление по материалам уголовного дела о конфискации сухогрузного теплохода «Канин» в доход государства как орудия преступления, не приняв во внимание, что этим решением наносится ущерб законным владельцам судна.

Одновременно этим же постановлением суд отменил арест на личное имущество (автомобиль и др.) осужденного за контрабанду Л., обосновав это тем, что санкция ч. 1 ст. 188 и ч. 1 ст. 222 УК РФ не предусматривает в качестве дополнительного наказания конфискацию имущества, и возвратил его по принадлежности владельцу.

После этого конфискованное судно - теплоход «Канин» было продано 11.08.03г. ЮМО РФФИ на публичных торгах победителю аукциона ООО «Концепт» за 510000 рублей при фактической ею стоимости 33000000 рублей (по оценке, произведенной АНО «Союзэкспертиза» ТПП РФ).

Жалобы представителей собственника судна ООО «Бит-Ост» в прокуратуру Ростовской области и Ростовский областной суд оставлены без рассмотрения со ссылкой на ч. 4 ст. 354 УПК РФ, так как ООО «Бит-Ост» и его представители не были признаны участником уголовного судопроизводства на стадии предварительного следствия. По этим же основаниям 18 октября 2004 года заместителем председателя Ростовского областного суда отказано К. в рассмотрении надзорной жалобы на постановление судьи от 20 марта 2003 года.

Данная позиция судебных органов не соответствует определениям Конституционного суда Российской Федерации от 18.12.03 года № 501- О и от 22.01.04 года № 119 - О, согласно которым действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

С учетом анализа представленных материалов и доводов заявителя представляется, что оспариваемое решение о конфискации теплохода «Канин» вынесено судьей с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального и гражданского права, а отказ заместителя председателя Ростовского областного суда в рассмотрении надзорной жалобы принят по формальным основаниям.

Подобные ошибки встречаются в судебной практике, но, как правило, кассационные и надзорные инстанции устраняют их.

Так, определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12 августа 1992 года по делу О. из приговора Волгоградского областного суда исключено указание о конфискации автомашины, на которой осужденные перевозили похищенное, признанной орудием преступления, поскольку автомашина принадлежала не О., а его отчиму К., а он только пользовался ею по доверенности.

Таким образом, вывод судьи Маргаряна А.Р. в оспариваемом заявителем постановлении от 20 марта 2003 года о том, что теплоход «Канин» на момент совершения преступления находился в правомерном владении осужденных, т.к. был зафрахтован в установленном законом порядке, нельзя признать обоснованным, поскольку это не соответствует фактическим обстоятельствам. Ни органом предварительного следствия, ни судом не установлено, что собственник (ЗАО «Бит-Ост») знал о противоправной деятельности фрахтователя. Действия Л. носят характер так называемого «эксцесса исполнителя», за который владелец судна не может нести ответственность.

Нуждается в правовой оценке и соблюдение требований законодательства при реализации конфискованного имущества теплохода «Канин»

Владелец имущества располагал и готов был представить следствию или суду документы, подтверждающие реальную стоимость судна. Однако эти документы не были истребованы для осмотра, оценки и решения вопроса о приобщении к материалам уголовного дела в качестве документов или вещественных доказательств. В результате при вынесении решения о конфискации имущества в нарушение п. 5 «Положения об учете, оценке и распоряжении имуществом, обращенным в собственность государства», утвержденною Постановлением Правительства РФ № 311 от 29.05.03 года, учетная стоимость конфискованного имущества не была определена и оно передано для реализации без установленной учетной стоимости. Поэтому, при проведении торгов реальная стоимость судна была неправомерно занижена более чем в пятьдесят раз.

Поддерживая ходатайство о рассмотрении надзорной жалобы К., обращаю внимание, что согласно статье 1 протокола № 1 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод «Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права».

По сообщению заместителя председателя Верховного Суда Российской Федерации жалоба К., направленная с моим ходатайством о проверке состоявшихся судебных решений в порядке надзора в его адрес, направлена для рассмотрения в Ростовский областной суд.

Поэтому, руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», прошу Вас, уважаемый Виктор Николаевич, рассмотреть мое обращение в защиту прав К., а также его жалобу на постановление судьи Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года по делу Л. и других с учетом доводов заявителя и вышеизложенных обстоятельств.

О принятом решении прошу меня проинформировать.

С уважением, В. П. Лукин

Приложение 39

Решение, принятое председателем Ростовского областного суда по обращению Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в защиту гражданина К.

Лукину В.П.

Уполномоченному по правам человека

в Российской Федерации

103084, Москва, ул. Мясницкая, 47

Уважаемый Владимир Петрович!

Сообщаю, что в Ростовском областном суде рассмотрено Ваше обращение в защиту прав К. по уголовному делу в отношении Л. и других, осужденных приговором Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 31 декабря 2002 г.

При рассмотрении дела Л. и других установлено, что в апреле 2001 г. Л., Б., Н., Т. и Т. в составе группы лиц, по предварительному сговору между собой, с обманным использованием документов и недостоверным декларированием, на сухогрузном теплоходе «Канин», зафрахтованном по договору чартера с представителем судовладельца АОЗТ «Бит-Ост» в лице К., совершили контрабанду, то есть перемещение в крупном размере через таможенную границу Российской Федерации товаров на общую сумму 13794657руб. 35 коп.

Кроме того, Л. признан виновным в незаконном приобретении и хранении боеприпаса.

Действия Л. квалифицированы по ч. 1 ст. 188 УК РФ, по которой назначено 5 лет лишения свободы и по ч. 1 ст. 222 УК РФ, по которой назначено 2 года лишения свободы, а окончательно на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - 6 лет лишения свободы.

Действия Б., Н., Т. и Т., каждого в отдельности, квалифицированы по ч.1 ст. 188 УК РФ, по которой каждому назначено 4 года лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ наказание всем осужденным постановлено считать условным с испытательным сроком Л. - 4 года, остальным - 3 года.

Приговор вступил в законную силу 13 января 2003г. как необжалованный.

Постановлением судьи Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 г. разрешена судьба вещественных доказательств, в том числе теплохода «Канин», который признан орудием преступления и конфискован в доход государства.

Данное постановление в кассационном порядке также не обжаловалось.

В связи с надзорной жалобой К. на постановление судьи Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 г., направленной в наш адрес Верховным Судом РФ, уголовное дело по обвинению Л. и других было проверено судьей Ростовского областного суда в соответствии с положениями главы 48 УПК РФ.

В жалобе К. ставился вопрос о незаконности конфискации теплохода «Канин» в доход государства, поскольку осужденный Л. не являлся собственником этого судна, а был его арендатором по договору с собственником теплохода ЗАО «Бит-Ост».

Постановлением судьи Ростовского областного суда от 1 июня 2005 г. в удовлетворении надзорной жалобы К. отказано, а постановление суда первой инстанции признано законным и обоснованным.

В связи с Вашим обращением в защиту прав К. уголовное дело отношении Л.. и других еще раз проверено в порядке надзора.

В ходе проведенной проверки установлено, что принятое судьей областного суда решение об отказе в удовлетворении надзорной жалобы К. и возбуждении надзорного производства должным образом мотивировано, основания отказа, изложенные в постановлении, убедительны. Нарушений уголовно-процессуального закона по делу не установлено.

Каких-либо новых обстоятельств, свидетельствующих о незаконности постановления Кировского районного суда от 20 марта 2003 г., не усматривается.

О принятом судьей Ростовского областного суда решении заявитель К. уведомлен. Копия постановления об отказе в удовлетворении надзорной жалобы ему направлена 1.06.05 г. за № 4-у-2748.

О результатах рассмотрения Вашего обращения К. не информируется в связи с тем, что такой просьбы в Вашем письме не содержится.

Председатель

Ростовского областного суда В.Н. Ткачев

Приложение 40

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное Председателю Верховного Суда Российской Федерации в порядке

п. 4 ч. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» по результатам рассмотрения жалобы гражданина К.

Председателю Верховного Суда Российской Федерации

Лебедеву В.М.

103289, г. Москва,

ул. Ильинка, д. 7/3

Уважаемый Вячеслав Михайлович!

Ко мне повторно обратился основной учредитель ООО «Бит-Ост» (ранее АОЗТ) К. с жалобой на отказ Ростовского областного суда (судья Титова Н.Н. и председатель суда Ткачев В.Н.) в удовлетворении его надзорных жалоб на нарушение права частной собственности, предусмотренного ст. 35 Конституции Российской Федерации и не обеспечение юридических гарантий этого права судом.

Ранее, в связи с жалобами К., я обращался к председателю Ростовского областного суда с ходатайством об объективной проверке доводов его жалобы. Более того, в моем обращении приводились конкретные ссылки на судебные решения по аналогичным вопросам, с учетом которых я просил проверить доводы заявителя.

Ответ председателя Ростовского областного суда на моё обращение практически не содержит мотивированных аргументов и ответов по существу приведенных в нём доводов.

Заявитель не обжалует приговор Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 31 декабря 2002 года, поскольку вина Л. и других лиц, осужденных данным приговором за контрабанду, не затрагивает его имущественных интересов.

Им обжалуется постановление судьи Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года о решении судьбы вещественных доказательств по делу, которое в нарушение требований ст. ст. 81, 299 и 309 УПК РФ вынесено вне процедуры судебного разбирательства.

Положение п. 15 ст. 397 УПК РФ, которой руководствовался при вынесении постановления от 20 марта 2003 года судья Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону Маргарян А.Р. и применение которого признано обоснованным надзорными инстанциями Ростовского областного суда позволяет исправлять ошибки, допущенные судом при постановлении приговора, но не отменяет действие норм ч. 3 ст. 81, п. 12 ч.1 ст. 299 и п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ, регламентирующих порядок его постановления.

К. не имел возможности обжаловать указанное постановление в кассационном порядке, поскольку ранее ходатайства о признании его участником судебного разбирательства в качестве заинтересованного (третьего) лица следствием и судом были отклонены. 16 мая 2003 года Ростовским областным судом направлялось в адрес ЗАО «Бит-Ост» разъяснение о причинах отказа в приеме надзорной жалобы по этим основаниям. Аналогичное разъяснение дано Ростовским областным судом и моему аппарату (исх. № 04-е-3767 от 18.10.04 года) в связи с направлением надзорной жалобы К. в его адрес для рассмотрения по существу. Поэтому ссылка надзорной инстанции Ростовского областного суда на это обстоятельство не относится к предмету обращения.

Вопросы установления права собственности на морские суда (как недвижимого имущества) регламентируются нормами гражданского (глав 13-16 ГК РФ) и специальных видов права (ст. 33, 39, 40 «Кодекса торгового мореплавания РФ»). Эти обстоятельства также были подробно аргументированы в моем обращении. В соответствии с положениями ч. 1 ст. 130 ГК РФ морские суда относятся к недвижимым вещам, подлежащим обязательной государственной регистрации.

В соответствии с ч. 3 ст. 33 «Кодекса торгового мореплавания РФ» «регистрация судна в государственном судовом реестре или судовой книге, права собственности и иных вещных прав на судно является единственным доказательством существования зарегистрированного права, которое может быть оспорено только в судебном порядке».

Это требование закона выполнено заявителем. В частности, указывалось, что 3 декабря 1998 года государственной администрацией Таганрогского морского порта АОЗТ «Бит-Ост» было выдано свидетельство о праве собственности на судно - теплоход «Канин». Копия указанного свидетельства направлялась в качестве приложения к моему обращению.

Статья 13 «Кодекса торгового мореплавания РФ» однозначно разъясняет, что собственник судна вправе передавать другим лицам права владения, пользования и распоряжения судном, оставаясь, тем не менее, его собственником.

Часть 2 статьи 39 «Кодекса торгового мореплавания РФ» регламентирует перечень сведений, подлежащих внесению в Государственный судовой реестр или судовую книгу. При этом в ней также четко прослеживается градация между понятиями собственник (владелец) и судовладелец, не являющийся собственником судна, данные о которых вносятся в сведения судового реестра раздельно.

По договору фрахта от 11.01.01 года ЗАО «Бит-Ост» передало теплоход «Канин» во фрахт (аренду) сроком на 3 месяца капитану судна Л. и членам его команды для совершения каботажного плавания из г. Ростова-на-Дону в Турцию.

Поэтому в результате ошибочного толкования понятий владелец и судовладелец (ст. ст. 8, 13, 33 «Кодекса торгового мореплавания РФ) Л. необоснованно был признан органом предварительного следствия собственником теплохода «Канин», хотя фактически являлся лишь фрахтователем, временно эксплуатирующим судно на основании договора с его владельцем.

В описательной части постановления Пленума Верховного Суда СССР № 7 от 29 сентября 1953 года (в редакции от 29.08.80 года) «О судебной практике по применению конфискации имущества» отмечено, что «при рассмотрении уголовных дел суды не проверяют, является ли описанное имущество действительно личной собственностью подсудимого или его долей в общей собственности. Имеют место и такие случаи, когда описывается имущество лиц, не привлекаемых к уголовной ответственности по данному делу и не имеющих к нему никакого отношения». В нарушение указаний п. 6 резолютивной части указанного постановления при судебном рассмотрении дела судьей Маргаряном А.Р. не проведена надлежащая проверка наличия права собственности на теплоход «Канин» у Л. и, при фактическом наличии спора о праве собственности на указанное имущество, им не был решен вопрос об исключении указанного имущества из описи и возврате его законному владельцу.

В оспариваемом постановлении судья ссылается на то, что теплоход «Канин» был зафрахтован Л. в установленном законом порядке и находился в правомерном владении осужденных, поэтому в связи с признанием его судом орудием преступления, он подлежит конфискации.

Как представитель правосудия, судья районного суда должен знать, что договор аренды (фрахта) предоставляет арендатору право пользования арендованным имуществом на срок действия договора аренды, после чего арендатор обязан возвратить указанное имущество владельцу (собственнику) (ст. 606, 622 ГК РФ, 198, 204 «Кодекса торгового мореплавания РФ).

Ни тот, ни другой нормативный акт не предусматривает возможности перехода права собственности на имущество от арендодателя к арендатору.

Тем более, это должны знать представители надзорной судебной инстанции.

Аналогичные доводы неоднократно приводились заявителем в своих надзорных жалобах, однако судья Титова Н.Н. в своем ответе на жалобу ООО «Бит-Ост» (исх. № 04-е-2169 от 10.05.03 года) пояснила, что жалоба не может быть принята к рассмотрению, поскольку из копии постановления Кировского районного суда от 20 марта 2003 года нельзя сделать вывод о том, что данное юридическое лицо было признано потерпевшим по данному уголовному делу и в соответствии с положениями ч. 1 ст. 402 УПК РФ не обладает правом надзорного обжалования.

Данная позиция судебных органов не соответствует определениям Конституционного суда Российской Федерации от 18.12.03 года № 501-О и от 22.01.04 года № 119-О, согласно которым действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

С учетом анализа представленных материалов и доводов заявителя представляется, что оспариваемое решение о конфискации теплохода «Канин» постановлено с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального и гражданского права, а отказ надзорных инстанций Ростовского областного суда в удовлетворении надзорной жалобы не основан на законе.

Признанный обоснованным председателем областного суда вывод судьи Титовой Н.Н. о том, что в статье 81 УПК РФ «...законодатель прямо не закрепляет, что орудие преступления должно принадлежать обвиняемому на праве собственности...» противоречит позиции Верховного Суда Российской Федерации.

В моем обращении приводилась конкретная ссылка на решение надзорной инстанции по абсолютно аналогичной ситуации, однако мотивированного обоснования невозможности её применения в данном случае надзорной инстанцией Ростовского областного суда не дано.

Так, определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 12 августа 1992 года по делу О. из приговора Волгоградского областного суда исключено указание о конфискации признанной орудием преступления автомашины, на которой осужденные перевозили похищенное, поскольку осужденный О. пользовался ею по доверенности, выданной владельцем - его отчимом К.

Поддерживая ходатайство о рассмотрении надзорной жалобы К., обращаю внимание, что согласно статье 1 протокола № 1 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод «Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права».

На основании изложенного, руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», прошу Вас, уважаемый Вячеслав Михайлович, с учетом изложенных обстоятельств, рассмотреть жалобу К. на постановление судьи Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года по делу Л. и других, а также на отказ председателя Ростовского областного суда в удовлетворении надзорной жалобы с учетом доводов заявителя и вышеизложенными обстоятельствами.

О принятом решении прошу меня проинформировать.

С уважением, В.П. Лукин

Приложение 41

Судебные постановления, принятые в результате рассмотрения ходатайства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе гражданина К.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возбуждении надзорного производства

г. Москва «07» декабря 2005 г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации Степалин В.П., изучив надзорную жалобу К. о пересмотре постановления Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 г.,

УСТАНОВИЛ:

По приговору Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 31 декабря 2002 г. осуждены Л. по ст. ст. 188 ч. 1, 222 ч.1 УК РФ на 6 лет лишения свободы, условно с испытательным сроком 4 года, Б., Н., Т., Т. на 4 года лишения свободы, условно с испытательным сроком 3 года.

Постановлением Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003г. в порядке ст. ст. 396, 397, 399 УПК РФ решена судьба вещественных доказательств по делу.

В кассационном порядке постановление не обжаловалось.

Постановлением судьи Ростовского областного суда от 1 июня 2005 г. и Председателем Ростовского областного суда 20 июля 2003г. К. отказано в удовлетворении надзорных жалоб.

Вещественное доказательство по делу - сухогрузный теплоход «Канин» - признан орудием преступления и конфискован в доход государства.

В надзорной жалобе К. содержатся доводы о незаконности и необоснованности постановления суда от 20 марта 2003 г.

Изучив надзорную жалобу К., проверив материалы дела, полагаю, что имеются основания для возбуждения надзорного производства.

Л., Б., Н., Т., Т. признаны виновными в том, что по предварительному сговору между собой с обманным использованием документов, недостоверным декларированием совершили перемещение в крупном размере товаров, который был погружен на теплоход «Канин», через таможенную границу Российской Федерации.

По смыслу закона под орудиями преступления понимаются предметы, непосредственно использованные в процессе посягательства в целях достижения преступного результата, при условии, что их использование имело непосредственное отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления.

В данном случае, как установил суд, теплоход «Канин» был использован в качестве транспорта для перевозки контрабандного товара.

На основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат конфискации орудия преступления, принадлежавшие осужденным.

Однако суд не дал никакой оценки тому обстоятельству, что согласно материалам дела конфискованный теплоход «Канин» принадлежал не осужденному Л., а на основании свидетельства о праве собственности на судно № 674 - нефтегазовой компании ЗАО «Бит-Ост».

На основании изложенного и руководствуясь ст. 406 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

1. Возбудить надзорное производство о пересмотре постановления Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 г.

2. Передать надзорную жалобу Кириллова Олега Ивановича вместе с материалами дела на рассмотрение президиума Ростовского областного суда.

Судья В.П. Степалин

Приложение 42

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда надзорной инстанции

г. Ростов-на-Дону «12» января 2006 года

Президиум Ростовского областного суда в составе: председательствующего Ткачева В.Н. и членов президиума Золотых В.В., Лебедевой Л.Ф., Огульчанского М.И., Удовенко А.М., Золотаревой Е.А., Нарежного В.И., Рафаэлова Л.М. рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе К. на постановление Кировского районного суда гор. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года, которым разрешена судьба вещественных доказательств по делу в отношении Л., Б., Н., Т. и Т. и постановлено:

- освободить от уплаты процессуальных издержек Б., Н., Т., Т. - полностью, Л. - частично;

- отменить арест, наложенный на изъятые у Л. денежные средства в сумме 2765 немецких марок, хранящиеся в ФО УФСБ РФ по РО (т.4 л.д.12), и обратить их в доход государства в счёт частичного возмещения процессуальных издержек по данному делу;

- вещественное доказательство по делу - теплоход «Канин» (т. 12 л.д.62), находящийся в порту гор. Ростова-на-Дону, признать орудием преступления и конфисковать в доход государства;

- средства от реализации вещественного доказательства - теплохода «Канин» обратить в доход государства и перечислить в доход федерального бюджета, за вычетом денежных сумм в размере 2349252 рублей, перечислив их на расчётный счёт ОАО «Донинтурфлот» в счёт возмещения затрат, связанных с хранением теплохода «Канин» в качестве вещественного доказательства;

- из денежных средств в сумме 4918136,5 рублей, хранящихся на депозитном счете Управления ФСБ РФ по РО - р/с 40302810100002000012 ГРКЦ ГУ Банка России по Ростовской области гор. Ростова-на-Дону БИК 046015001, ИНН 6164048316, перечислить: 791610 рублей - на расчетный счет ООО «ТехОригонРесурс», адрес: 125252, гор. Москва, Чапаевский переулок, 16, р/с № 40702810600000010186 в Банке ООО КБ «Судостроительный банк», корсчет 30101810600000000918, ИНН 7743035567, БИК 044579918, в счет возврата фирме «Nоrd Тгеding INC» денежных средств, полученных от реализации аккумуляторных батарей «Мутлу»; 1719729 рублей - на р/с 40502810952000100025 в Юго-Западный Банк Сбербанка РФ гор. Ростова-на-Дону, корсчет 30101810600000000602, БИК 046015602, ИНН 6167036100, в счет возмещения затрат за хранение и реализацию вещественных доказательств. В части взыскания в пользу ДГУП «РОСТЭК-ДОН» денежных средств в сумме 343946 рублей - отказать; остальную сумму - 2406797,5 рублей - обратить в доход государства, перечислив ее в доход федерального бюджета;

- товар на сумму 584805 рублей, признанный вещественными доказательствами, находящийся на хранении в ДГУП «РОСТЭК-ДОН» и нереализованный до настоящего времени, - конфисковать в доход государства, а средства от реализации перечислить в доход федерального бюджета;

- вещественные доказательства, переданные на ответственное хранение С. (т.10 л.д.61-63) и С., (т. 10 л.д.40-42), считать возвращенными по принадлежности С. и С., обязав их уплатить необходимые таможенные платежи за ввоз указанного товара на территорию Российской Федерации;

- вещественные доказательства, указанные в постановлениях следователя (т.10 л.д.99-100, 123-124), а именно: джинсы в количестве 700 штук, переданные на ответственное хранение С.; пищевую добавку «Лемагин датем» - 54 мешка, 20 рулонов ткани, 23 пакета с бумажными мешками, бочку с броматом калия, 3 коробки с запасными частями для хлебопекарной печи, переданные на ответственное хранение Т. - конфисковать в доход государства;

- вещественные доказательства, указанные в постановлениях следователя (т. 12 л.д. 64-70), а именно: видеокассеты «LG-180», «LG-240», «TDK НS», фотоаппарат «Саnon» с фотопленкой, мобильную телефонную трубку «Еricsson» модели А1018S, печатную форму - прямоугольный штамп «Plastab», гибкие магнитные диски №№ 3280401В, FS 128980ОЗ, FS 128980ВЗ, компьютерные системные блоки №№ 288780317, 328181105, клавиатуры FCCID: Е 5 ХКВМ 1041410 VC и 50 KFKEA 4 ХА 87 V 402837819, аудиокассету «RONEeS СD-60», 16 патронов калибра 5,45 мм к пистолету ПСМ, патрон калибра 14 мм, 50 спортивно-охотничьих патронов калибра 5,6 мм, 6 патронов калибра 5,45 мм к автомату АК-74, 12 трассирующих патронов калибра 7,62 мм, 14 патронов калибра 7,62 мм к автомату АК-47, героин в количестве 951,45 гр. - уничтожить;

- отменить арест, наложенный постановлениями следователя (т. 4 л.д. 21, 9, т. 6 л.д. 130) на имущество, принадлежащее Л., а также на автомобиль «Фольксваген - Vento», госномер С 111 АН. Перечисленное в протоколах о наложении ареста (т. 4 л.д. 13-15, 22-23) имущество - возвратить Л.;

- автомобиль «Фольксваген - Vento», госномер С 111 АН (т. 6 л.д. 131-132), не признанный вещественным доказательством, в силу ч. 4 ст. 81 УПК РФ возвратить лицу, у которого он был изъят, то есть Н.

В кассационном порядке постановление не обжаловалось.

В надзорной жалобе К. ставит вопрос об отмене судебного постановления в части решения о конфискации в доход государства теплохода «Канин» как орудия преступления.

Заслушав доклад судьи Ростовского областного суда Ходакова А.В., мнение заместителя прокурора Ростовской области Кебекова Т.М., полагавшего необходимым постановление в части разрешения судьбы вещественного доказательства - теплохода «Канин» отменить и дело в этой части передать на новое рассмотрение, представителей ЗАО (ООО) «Бит-Ост» адвоката З., С., Н., К., С., Б., поддержавших доводы жалобы, президиум

УСТАНОВИЛ:

Приговором Кировского районного суда гор. Ростова-на-Дону от 31 декабря 2002 года:

Л., родившийся 4 июля 1957 года в с. Чистополье Родионово-Несветайского района Ростовской области, ранее не судимый, - осуждён по ч. 1 ст. 188 УК РФ к 5 годам лишения свободы; по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 2 годам лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний окончательно к 6 годам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 4 года;

Б., родившийся 2 января 1949 года в гор. Осинники Кемеровской области, ранее не судимый, - осуждён по ч. 1 ст. 188 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

Н., родившийся 27 сентября 1971 года в с-зе Койсугском Азовского района Ростовской области, ранее не судимый, - осуждён по ч. 1 ст. 188 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

Т., родившийся 15 февраля 1945 года в с. Шаликово Можайского района Московской области, ранее не судимый, - осуждён по ч. 1 ст. 188 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года;

Т., родившийся 27 августа 1973 года в гор. Ростове-на-Дону, ранее не судимый, - осуждён по ч. 1 ст. 188 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года.

По приговору постановлено вещественные доказательства, приобщенные к материалам дела, хранить при деле.

Судьба вещественных доказательств в последующем разрешена в порядке ст. ст. 396, 397, 399 УПК РФ постановлением этого же суда от 20 марта 2003 года.

В надзорной жалобе К. указывается, что суд вынес незаконное и необоснованное решение о конфискации в доход государства в качестве орудия преступления теплохода «Канин», принадлежащего на праве собственности юридическому лицу ООО «Бит-Ост».

Постановление Кировского районного суда гор. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года в части разрешения судьбы вещественного доказательства - теплохода «Канин» подлежит отмене с учётом следующего.

Как следует из материалов дела Л., Б., Н., Т. и Т. осуждены за то, что они по предварительному сговору между собой с обманным использованием документов, недостоверным декларированием совершили контрабанду, то есть перемещение через таможенную границу Российской Федерации товаров в крупном размере, которые были погружены на теплоход «Канин».

Судом разрешена судьба вещественных доказательств по делу. В частности, вещественное доказательство - теплоход «Канин», находящийся в порту гор. Ростова-на-Дону, признан орудием преступления и конфискован в доход государства.

По смыслу закона под орудиями преступления понимаются предметы, непосредственно используемые в процессе посягательства в целях достижения преступного результата, при условии, что их использование имело непосредственное отношение к исполнению действий, образующих объективную сторону состава преступления.

В данном случае, как установил суд, теплоход «Канин» использовался в качестве транспорта для перевозки контрабандного товара.

На основании п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ конфискации в доход государства подлежат орудия преступления, принадлежавшие осуждённым.

Однако, решая вопрос о судьбе вещественных доказательств, в постановлении суд не дал оценки тому обстоятельству, что согласно материалам дела конфискованный теплоход «Канин» принадлежал не осуждённому Л., а на основании свидетельства о праве собственности на судно № 674 от 3 декабря 1998 года - нефтегазовой компании АОЗТ «Бит-Ост» (т. 16 л.д.267).

При таких обстоятельствах, в силу ст.409 УПК РФ постановление Кировского районного суда гор. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года в части разрешения судьбы вещественного доказательства - теплохода «Канин» подлежит отмене, а дело в этой части - передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но другим судьей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 407, 408 УПК РФ, президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Кировского районного суда гор. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 года в части разрешения судьбы вещественного доказательства по уголовному делу в отношении Л., Б., Н., Т. и Т. - теплохода «Канин» отменить и дело в этой части передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но другим судьей.

В остальном постановление оставить без изменения.

Председательствующий

Приложение 43

Обращение Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное председателю Кировского районного суда города Ростова-на-Дону, в результате рассмотрения жалобы гражданина К.

Председателю

Кировского районного суда

г. Ростова-на-Дону

Бороховой О.Д.

344007, г. Ростов-на Дону,

пер. Газетный, д. 36

Уважаемая Ольга Дмитриевна!

По результатам рассмотрения надзорной жалобы К., являющегося учредителем ЗАО «Бит-Ост» (в настоящее время ООО «Бит-Ост»), постановлением президиума Ростовского областного суда от 12 января 2006 года отменено постановление судьи Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону Маргаряна А.Р. от 20 марта 2003 года в части разрешения судьбы вещественного доказательства по уголовному делу в отношении Л., Б. и других лиц - теплохода «Канин» и дело передано на новое рассмотрение в тот же суд, но другим судьей.

В ходатайствах, направлявшихся мною в адрес Ростовского областного суда и Верховного Суда Российской Федерации в связи с жалобами К. о проверке состоявшихся судебных решений в порядке надзора, неоднократно указывалось па ошибочность оценки и трактовки судом понятий судовладелец и собственник, послуживших основанием для принятия решения, противоречащего действующему законодательству.

Арендатор (фрахтователь), получивший от собственника судно во временное пользование на основании договора фрахта, хоть и именуется судовладельцем, но не становится на основании данного договора собственником указанного судна, так как по истечении срока аренды (фрахта) обязан возвратить судно владельцу.

Осужденный по данному деду капитан Л. на момент совершения преступления являлся только фрахтователем (арендатором), а не собственником теплохода «Канин».

В этой связи достаточным подтверждением правомочности требований К. можно считать постановление Европейского суда по правам человека от 9 июня 2005 года по делу «Бакланов против Российской Федерации» (жалоба № 68443/01), опубликованное в журнале "Российская юстиция» № 11 за 2005 год (стр. 66-74), из которого усматривается, что даже предмет контрабанды - валюта не подлежит конфискации, если её фактический собственник не причастен к совершению контрабанды.

Не вмешиваясь в деятельность суда при отправлении им правосудия, в соответствии с положениями п.п. 1 ч. 1 ст. 29 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», прошу в холе повторного судебного разбирательства по уголовному делу обеспечить контроль по обеспечению защиты гражданских прав и имущественных интересов одного из собственников теплохода «Канин» - К.

Буду признателен за информацию о результатах рассмотрения
обращения.

С уважением В.П. Лукин

Приложение 44

Судебное постановление, принятое в результате рассмотрения обращения Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации

по жалобе гражданина К.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 февраля 2006 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону Бондаренко Г.Г., с участием пом. прокурора Кировского района г. Ростова-на-Дону Меркулова И.А., представителей ООО «БИТ-ОСТ» С. и Б., действующих на основании доверенности, адвоката Заборина С.Н., представившего ордер № ; и удостоверение № 3175, при секретарях: Бычковой И.Н., Гапоновой Е.А., рассмотрев единолично в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Л., Б., Н., Т., Т., осужденных приговором Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону 31.12.2002 г.,

УСТАНОВИЛ:

Л., Б., Н., Т., Т. осуждены приговором Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 31.12.2002 г. по ст. ст. 188 ч. 1, 222 ч. 1 УК РФ, однако указанным приговором не была разрешена судьба вещественных доказательств по делу, в связи с чем, 20 марта 2003 г. было по итогам самостоятельного судебного заседания вынесено постановление, которым была разрешена судьба вещественных доказательств по данному делу, в том числе и теплохода «КАНИН», на котором, как установлено указанным приговором, перевозился контрабандный товар, и который на 20 марта 2003 г. находился в порту г. Ростова-на-Дону. Именно данный теплоход, как орудие преступления, и был конфискован в доход государства.

Указанное судебное решение в части разрешения судьбы вещественного доказательства - теплохода «КАНИН» было отменено постановлением суда надзорной инстанции от 12 января 2006 г. с направлением на новое рассмотрение в этой части. При этом в указанном постановлении надзорной инстанции отмечено, что, решая вопрос о судьбе вещественного доказательства - теплохода «КАНИН», суд первой инстанции не дал оценки тому обстоятельству, что согласно материалам дела (т. 16, л.д. 267) теплоход принадлежал не осужденному Л., а на основании свидетельства о праве собственности № 674 от 3 декабря 1998 г. - нефтегазовой компании АОЗТ «БИТ-ОСТ».

В ходе настоящего судебного разбирательства были исследованы материалы уголовного дела, в том числе и указанные судебные решения, исследованы приобщенные по ходатайству представителей ООО «БИТ-ОСТ» судебные решения, в частности арбитражного суда г. Москвы от 24 мая 2004г., признавшего недействительным договор стандартного бэрбоутного чартера
кодовое название «БЭРКОН», заключенный в 1999г. между АОЗТ «БИТ-ОСТ», ООО «МИР ШИН» и ОАО «Судостроительный судоремонтный завод «МИДЕЛЬ» сухогруза «КАНИН», аналогичное по сути решение арбитражного суда Челябинской области, решение Арбитражного суда Ростовской области, (вступившее в законную силу) от 17 февраля 2005г., которым было отказано в иске ООО «МИР ШИН» о признании права собственности указанной организации на теплоход «КАНИН», с мотивировкой о том, что состоявшимися ранее судебными решениями был признан не действительным изначальный договор передачи теплохода указанной организации, выслушаны представители ООО «БИТ-ОСТ», пояснившие, что исследованными в заседании и вступившими в силу судебными решениями были признаны неправомерными притязания ООО «МИР ШИН» на указанный теплоход, и подтверждено правопреемство ООО «БИТ-ОСТ», 50 процентами уставного капитала которого владеет К., в связи с чем, они просили в заседании признать ООО «БИТ-ОСТ» гражданским истцом и потерпевшим, так как данной компании был причинен в результате состоявшейся неправомерной конфискации теплохода значительный ущерб, а также просили признать незаконной конфискацию теплохода. Представитель ООО «БИТ-ОСТ» показал, что ему не известно место нахождения теплохода «КАНИН». В заседании также были исследованы: заявление К., просившего признать конфискацию теплохода «КАНИН» незаконной, а также признать его (К.) и ООО «БИТ-ОСТ» гражданским истцом и потерпевшей стороной, письмо из Таганрогского морского порта, в котором отражены факты изменения права владения и собственности на теплоход «КАНИН», а также указано, что в соответствии с постановлением Кировского райсуда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 г. теплоход «КАНИН» реализован фирме «КОНЦЕПТ», за которой и было зарегистрировано право собственности на указанный теплоход под новым названием «ГЕЛИОС». Прокурор, выступая в заседании, показал, что на данный момент, учитывая исследованные в заседании судебные решения, действительно есть основания для того, чтобы считать притязания ООО «БИТ-ОСТ» на данный теплоход достаточно обоснованными, вместе с тем, не представлено суду и никаких объективных данных, которые указывали на то, что была незаконной регистрация прав собственности на теплоход за фирмой «КОНЦЕПТ», после покупки ею с торгов теплохода, как не представлено объективных данных, подтверждающих недобросовестность указанного приобретателя, купившего теплоход на платной основе. Прокурор указал, что в связи с этим, а также, учитывая неизвестность конкретного местонахождения теплохода на данный момент, невозможно принять и решение по разрешению судьбы данного вещественного доказательства, поэтому необходимо оставить этот вопрос без разрешения по существу в данном заседании, до разрешения в порядке арбитражного судопроизводства вопроса о праве собственности на этот теплоход.

По итогам разбирательства суд признает высказанные прокурором доводы достаточно убедительными и также считает, что на данный момент суд не в состоянии разрешить судьбу указанного вещественного доказательства — теплохода «КАНИН» не только потому, что на данный момент не известно его точное местонахождение, но и потому, что на данный момент имеется объективное противоречие между интересами ООО «КОНЦЕПТ», которое на законных основаниях, а именно на основании вступившего на тот момент в законную силу постановления Кировского райсуда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2003 г., приобрело данный теплоход на платной основе (и никаких данных, указывающих на недобросовестность данного приобретателя суду не представлено), и интересами ООО «БИТ-ОСТ», изначально являвшегося собственником данного судна, которое вправе также претендовать на него после отмены состоявшихся ранее судебных решений и отказа в иске ООО «МИР ШИН» о признании права собственности на этот теплоход. Суд считает, что разрешение указанных объективных противоречий возможно в порядке арбитражного судопроизводства, инициированного по инициативе какого-либо из указанных предприятий, и до разрешения данных противоречий разрешение судьбы теплохода, как вещественного доказательства по уголовному делу, не представляется возможным, так как в соответствии со ст. 81 ч. 3 п. 6 УПК РФ вещественные доказательства, принадлежащие на праве собственности обвиняемым (а указанный теплоход, как установлено, никому из осужденных по данному уголовному делу, в том числе и Л., не принадлежал), передаются законным владельцам. Вместе с тем, определенные титульные основания для владения данным теплоходом на данный момент объективно имеются, с учетом изложенного, как у ООО «Концепт», так и у ООО «БИТ-ОСТ». Данную неопределенность суд расценивает как объективное основание для спора указанных организаций о принадлежности теплохода, который может быть разрешен лишь в порядке гражданского (арбитражного) судопроизводства. И лишь после этого у суда появятся основания для уголовно-процессуального возврата указанного вещественного доказательства в порядке ст. 81 УПК РФ конкретной организации, приоритетность прав которой будет признана арбитражным судом.

Не находит суд объективных оснований и для того, чтобы признать ООО «БИТ-ОСТ» гражданским истцом и потерпевшим по уголовному делу, в связи с ущербом, причиненным, как пояснили представители, конфискацией теплохода «КАНИН», так как истцом и потерпевшим в уголовно-процессуальном порядке может быть признано лишь лицо, которому данный ущерб причинен преступлением. Основания же иска, о которых указывали в настоящем заседании представители ООО «БИТ-ОСТ», под такую категорию не подпадают. Более того, признание гражданским истцом или потерпевшим того или иного лица может иметь место при разбирательстве по первой инстанции, но не является предметом настоящего разбирательства, который ограничен как требованиями ст. ст. 396-399 УПК РФ, так и содержанием постановления от 12 января 2006г. Не является предметом настоящего разбирательства и факт признания или непризнания по его итогам незаконности конфискации теплохода «КАНИН», о чем отдельно просили представители, учитывая, что решением вышестоящей судебной инстанции от 12 января 2006г. постановление от 20 марта 2003 г. уже было отменено в части конфискации теплохода «КАНИН». По итогам настоящего разбирательства суд также считает, соглашаясь с доводами постановления от 12 января 2006 г., что теплоход «КАНИН» не принадлежал на праве собственности осужденному Л.

С учетом изложенного, суд считает необходимым оставить без рассмотрения по существу по итогам настоящего разбирательства вопрос о разрешении судьбы вещественного доказательства по настоящему уголовному делу, а именно теплохода «КАНИН».

На основании изложенного, принимая во внимание ст. 81 ч. 3 п. 6 УПК РФ, руководствуясь ст. ст. 396-399 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

1. Оставить без рассмотрения по существу по итогам настоящего разбирательства вопрос о разрешении судьбы вещественного доказательства - теплохода «КАНИН» по указанным в мотивировочной части настоящего постановления причинам.

2. Настоящее постановление может быть обжаловано в Ростоблсуд через Кировский райсуд г. Ростова-на-Дону в течение 10 суток со дня провозглашения.

Постановление составлено и отпечатано в совещательной комнате.

Судья: Г.Г. Бондаренко

Приложение 45

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленное в Благовещенский городской суд Амурской области, по результатам рассмотрения жалобы гражданина Д.

Председателю Благовещенского городского суда

Белоусову П.В.

Уважаемый Павел Владимирович!

К Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации обратился адвокат в защиту Д., уголовное дело по обвинению которого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, д» ч.2 ст. 127 и ч. 2 ст. 330 УК РФ, в настоящее время направлено для рассмотрения в Благовещенский городской суд.

Постановлением судьи Благовещенского городского суда Коноваловой Т.Н. от 9 декабря 2005 г. по ходатайству заместителя прокурора Амурской области срок содержания под стражей Д. продлен до 1 января 2006 г.

Защита неоднократно обжаловала избрание Д. меры пресечения в виде заключения под стражу, мотивируя тем, что он обвиняется в совершении преступлений средней тяжести, имеет постоянное место проживания с семьей в г. Благовещенске, на его иждивении находятся два сына-студента и жена, инвалид, страдающая тяжелыми заболеваниями. Однако суд не принял во внимание эти доводы и оставил меру пресечения Д. в виде заключения под стражу без изменения на том основании, что он, зная о возбуждении уголовного дела, самовольно выехал за пределы Амурской области, был объявлен в розыск и возвращен из г. Сочи сотрудниками УБОП КМ УВД Амурской области.

Не вмешиваясь в оценку доводов, данных судом в обоснование необходимости продления Д. сроков содержания под стражей, обращаю внимание, что в соответствии с уголовным законодательством Д. подлежит освобождению от уголовной ответственности.

Незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, по предварительному сговору группой лиц в отношении заведомо несовершеннолетнего (п.п. «а, д» ч.2 ст. 127 УК РФ) и самоуправство, (ч.2 ст. 330 УК РФ), инкриминируемые Д., совершенные им согласно предъявленному обвинению в первых числах января 2000 года, относятся к преступлениям средней тяжести, т.к. максимальное наказание, предусмотренное УК РФ за их совершение, не превышает пяти лет лишения свободы (ч. 3 ст. 15 УК РФ). В соответствии с п. «б» ч. 2 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли шесть лет после совершения преступления средней тяжести.

Таким образом, в первых числах января 2006 года истекает срок давности привлечения Д. к уголовной ответственности. Поскольку с учетом праздничных дней до 10 января 2006 года уголовное дело по обвинению Д. не может быть рассмотрено судом, прошу незамедлительно рассмотреть вопрос об изменении ему меры пресечения на не связанную с лишением свободы, чтобы не допустить незаконного содержания лица под стражей.

О принятом решении прошу меня проинформировать.

С уважением,

В.П. Лукин

Приложение 46

Решение, принятое в результате рассмотрения ходатайства Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации по жалобе

гражданина Д.

Уполномоченному по правам человека

в Российской Федерации

Лукину В.П.

г. Москва, ул. Мясницкая, 47

Уважаемый Владимир Петрович!

Ваше обращение, поступившее в Благовещенский городской суд 10 января 2006 года, сообщаю, что приговором Благовещенского городского суда Амурском области от 12 января 2006 года Д. признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ к 2 голам исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства.

В соответствии со ст. 78 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, Д. от отбывания назначенного наказания освобождён.

Уголовное преследование по обвинению Д. по ч. 2 ст. 127 УК РФ прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от уголовного преследования.

Д. освобожден из-под стражи в зале суда 12 января 2006 года.

Председатель Благовещенского

городского суда Амурской области П.В. Белоусов

Приложение 47

Ходатайства Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленные в прокуратуру Республики Северная Осетия-Алания, в результате рассмотрения жалобы гражданина О.

Прокуратура Республики

Северная Осетия-Алания

362019, г. Владикавказ,

ул. Пушкинская, дом 8

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 20 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» по поручению Уполномоченного направляется жалоба О. на необоснованное привлечение к уголовной ответственности.

Из жалобы усматривается, что управлением ФСБ Российской Федерации по РСО-А возбуждено уголовное дело в отношении жителей п. Карца г. Владикавказ по ст. ст. 205, 222 УК Российской Федерации.

Заявитель утверждает, что сотрудники УБОП МВД РСО-А необоснованно возбудили против него уголовное дело, с целью получения нужных показаний его неоднократно избивали, издевались над ним. В результате избиения у него сломаны два ребра и повреждены легкие, однако ему отказано в предоставлении квалифицированной медицинской помощи.

Прошу рассмотреть жалобу О. и о результатах ему сообщить, а также проинформировать Уполномоченного.

Приложение: на 7 листах.

Начальник отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве В.С. Мартинович

Прокуратура Республики

Северная Осетия-Алания

362019, г. Владикавказ,

ул. Пушкинская, дом 8

28 сентября 2006 года в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 20 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» по поручению Уполномоченного в Ваш адрес направлена для разрешения жалоба О. на необоснованное привлечение к уголовной ответственности и нанесение телесных повреждений сотрудниками УБОП МВД РСО-А.

Согласно Вашего ответа от 20 октября 2006 года за исх. № 15-300-06, 19 октября 2006 года прокурором Промышленного МО г. Владикавказа по факту причинения О. телесных повреждений возбуждено уголовное дело по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК Российской Федерации.

Прошу проинформировать Уполномоченного о результатах расследования уголовного дела.

Заместитель начальника отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве В.П. Титов

Приложение 48

Решения, принятые по результатам рассмотрения ходатайств Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, направленных в прокуратуру Республики Северная Осетия-Алания, по жалобе гражданина О.

Аппарат Уполномоченного по правам человека

в Российской Федерации

Начальнику отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве

Мартинович В.С.

Сообщаю, что по жалобе О. о применении к нему физического насилия сотрудниками УБОП при МВД Республики Северная Осетия-Алания прокуратурой Промышленного МО г. Владикавказа в порядке ст. ст. 144-145 УПКРФ проведена проверка.

По факту причинения О. телесных повреждений прокурором Промышленного МО г. Владикавказа 19 октября 2006 г. возбуждено уголовное дело по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Гр. О. дан ответ.

Первый заместитель прокурора

Республики Северная Осетия-Алания

старший советник юстиции А.Г. Панов

Аппарат Уполномоченного по правам человека

в Российской Федерации

Заместителю начальника отдела защиты прав

человека в уголовном судопроизводстве

В.П. Титову

Сообщаю, что по уголовному делу № 13/1547, по факту причинения О. телесных повреждений – п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ в связи с большим объемом следственной работы срок предварительного следствия продлен прокурором Промышленного МО г. Владикавказа РСО-Алания до 19марта 2007 года.

По уголовному делу допрошены О., Х. и Ц.

Допрошены сотрудники УБОП МВД РСО-Алания; сотрудники ОУР ОВД Промышленного МО г. Владикавказа и сотрудники ОВД Промышленного МО г. Владикавказа, задержавшие указанных лиц.

С уважением,

Первый заместитель прокурора

Республики Северная Осетия-Алания

старший советник юстиции А.Г. Панов

### Связанные материалы

©2009-2012
Официальный сайт Уполномоченного по правам человека в РФ
Электронная приемная
Наш адрес: 101000, г. Москва, ул. Мясницкая, 47
При полном или частичном копировании материалов с сайта ссылка на ombudsmanrf.ru обязательна.

### Вернуться на новую версию сайта