АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР

# Уполномоченный

## по правам человека в Российской Федерации

### Аппарат

### Институт

### Документы

### Положения

### Правозащитные организации

### Архив материалов:

<< | < | Март 2011 | > | >>
Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | Вс
| 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6
7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13
14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20
21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27
28 | 29 | 30 | 31 |  |  |

### Найти на сайте

Искать...

### Жалоба получена

### Диалог с подразделениями Аппарата

### Противодействие коррупции

### СМИ об Уполномоченном

### Обращение в Европейский суд

### Обращение в ООН

### Представительства

# Главная

## АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР

  Опубликовано 03.03.2011 17:11

### проблем, связанных с жестоким, бесчеловечным обращением

### с гражданами в деятельности правоохранительных органов и пенитенциарных учреждений Российской Федерации

Мониторинговое исследование по проблеме пыток и жестокого, бесчеловечного или унижающего человеческое достоинство обращения с гражданами в деятельности правоохранительных органов и пенитенциарных учреждений в Российской Федерации обусловлено необходимостью установления соответствия условий содержания подозреваемых и обвиняемых в изоляторах временного содержания, спецприемниках, учреждениях исполнения наказаний требованиям общепризнанных норм международного права, в частности, требованиям статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, запрещающей пытки и бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание.

Результаты мониторинга выявили сложности в сборе и анализе информации для получения наиболее объективной картины с правами задержанных подозреваемых и арестованных обвиняемых в совершении преступлений.

Информация запрашивалась по конкретным вопросам, а именно по фактам: применения пыток, бесчеловечного или унижающего человеческое достоинство обращения с гражданами сотрудниками правоохранительных органов и учреждений исполнения наказаний; применения специальных средств к осужденным и арестованным; голодовок, иных протестных акций лиц, содержащихся в ИВС и учреждениях уголовно-исполнительной системы; условиям содержания задержанных, арестованных и осужденных лиц.

Из 44 уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации информацию по указанной проблеме представили 29 (66%). Несмотря на наличие в регионах этой серьезнейшей проблемы, некоторые уполномоченные (Республики Башкортостан, Ингушетия, Саха (Якутия) Астраханская, Курская области) ограничились формальными справками, некоторые представили ответы, полученные ими из УВД-ГУВД-МВД, прокуратуры и ГУФСИН регионов.

В связи с чем, при подготовке обзора использовались не только материалы, полученные из субъектов, но и данные ежегодных и специальных докладов Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, уполномоченных по правам человека в субъектах РФ, Координационного совета уполномоченных по правам человека субъектов Российской Федерации, сообщения средств массовой информации, имеющие отношение к проблеме защиты прав граждан, аналитические материалы неправительственных правозащитных организаций, обзоров деятельности Европейского Суда по правам человека.

Вместе с тем хотелось бы отметить, что уполномоченные по правам человека в Республиках Дагестан, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Алтайского, Краснодарского, Ставропольского, Приморского, Хабаровского краев, Волгоградской области проанализировали ситуацию с учетом обращений и жалоб граждан, поступивших в их адрес по данной проблематике.

Российская Федерация, являясь участником Конвенции ООН против пыток и Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод несет обязательства по предотвращению пыток и жестокого и унижающего достоинство обращения на своей территории, осуществлению эффективного расследования по жалобам на эти нарушения прав человека, уголовному преследованию виновных, а также предоставлению пострадавшим компенсации.

Общий запрет пыток содержится в действующем российском законодательстве в п. 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации, статье 9 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и статье 117 Уголовного кодекса Российской Федерации. Статья 117 Уголовного кодекса РФ определяет, что: «под пыткой в настоящей статье и других статьях настоящего Кодекса понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях». Несмотря на то, что российское законодательство содержит специальные нормы, предусматривающие наказание за принуждение к даче показаний, соединенное с применением насилия, издевательства или пытки (ч. 2 статьи 302 УК РФ), совершенные представителем государства – должностным лицом, такие преступления в наиболее типичных и распространенных случаях подпадают под состав статьи 286 УК РФ (превышение должностных полномочий), а также составы иных должностных преступлений (злоупотребление служебными полномочиями, должностной подлог) и преступлений против личности. Например, в Кабардино-Балкарской Республике в 2007 году возбуждено 21 уголовное дело указанной категории, из них 20 уголовных дел – по ч. 3 ст. 286 УК РФ (4 из которых с обвинительными заключениями направлены в суд), и лишь одно – по ч.2 ст. 302 УК РФ (направлено в суд с обвинительным заключением в порядке ст. 222 УПК РФ). Также законодательством предусмотрена возможность получения из государственной казны компенсации материального и морального вреда пострадавшими от пыток и жестокого обращения со стороны должностных лиц.

Как свидетельствует практика, соблюдение прав человека в местах принудительного содержания является одной из наиболее четко регламентированных, но одновременно и запущенных правозащитных проблем. С одной стороны, эти права в полном объеме гарантированы Конституцией Российской Федерации и действующим уголовно-исполнительным законодательством, с другой стороны – права лиц в местах принудительного содержания часто нарушаются.

Согласно статистических данных, в 2007 году в адрес Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации поступило около 3 тыс. письменных обращений лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания (ИВС) органов внутренних дел, следственных изоляторах (СИЗО), тюрьмах и других исправительных учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН России), медицинских учреждениях закрытого типа. Свыше трети поступивших обращений содержали жалобы на незаконные действия сотрудников исправительных учреждений, такие как избиения, пытки, необоснованное применение специальных средств и методов и др. Жалобы на условия содержания, а также на нарушение прав на охрану здоровья и медико-санитарное обеспечение составили чуть менее 20% от всех поступивших обращений. Больше всего обращений поступило от лиц, содержащихся в исправительных учреждениях Архангельской и Самарской областей.

Результаты анализа представленной информации показывают, что жалобы о применении пыток, физического и психологического насилия региональными уполномоченными по правам человека в соответствии с их компетенцией направляются для проверки в органы прокуратуры либо службу собственной безопасности МВД-ГУВД-УВД. В большинстве случаев, отмечают региональные уполномоченные, органы прокуратуры принимают по заявлениям о совершенных сотрудниками правоохранительных органов преступных действий незаконные процессуальные решения об отказе в возбуждении уголовных дел, которые впоследствии по их ходатайствам отменяются вышестоящими прокурорами или судом. Не редки случаи, когда такая цепочка повторяется по нескольку раз прежде, чем уголовное дело все-таки возбуждается, что приводит к затягиванию расследования и утере важных доказательств.

Например, в 2007 году в Пермский региональный правозащитный центр с жалобами на недопустимое обращение в виде применения грубой физической силы и (или) спецсредств со стороны сотрудников правоохранительных органов поступило 21 обращение. Из них 12 обращений в отношении сотрудников милиции, 9 обращений в отношении сотрудников ГУФСИН по Пермскому краю, по результатам проверок возбуждено только 2 уголовных дела.[1]

В течение 2007 года в адрес Уполномоченного по правам человека в Пермском крае поступило 30 обращений от граждан по фактам пыток, избиений, жестокого обращения со стороны сотрудников правоохранительных органов. Из них 16 обращений в отношении сотрудников ГУФСИН России по Пермскому краю, 14 обращений в отношении сотрудников милиции. При этом возбуждено только 1 уголовное дело, а по остальным заявлениям прокуратурой отказано в возбуждении уголовных дел. Правда следует учесть, что в 8 случаях постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по ходатайству Уполномоченного были отменены, как незаконные и необоснованные, но после дополнительной проверки вновь вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовных дел. Имеются случаи, когда граждане безрезультатно на протяжении нескольких лет пытаются добиться справедливости, но безрезультатно.

И это связано не только с проблемой латентности и труднодоказуемости подобных деяний, но и с нежеланием сотрудников правоохранительных органов признавать собственные ошибки. Анализ представленных материалов показывает, что отсутствие эффективного расследования по жалобам на пытки и жестокое и унижающее обращение на сегодня составляет одну из серьезных проблем в борьбе с этими грубыми нарушениями прав человека.

Несмотря на то, что прошедший год оказался особо "богат" на факты вопиющего и массового нарушения прав арестованных и осужденных, привлечение к уголовной ответственности сотрудников правоохранительных органов остается скорее редким исключением, и, как правило, заканчивается условной мерой наказания.

Большая группа из 275 совершивших акт членовредительства (2005 год) осужденных, содержащихся в исправительном учреждении ОХ-30/3 (г. Льгов, Курская область), обратилась к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации с жалобой на нарушение условий отбывания наказания и применение недозволенных методов воздействия. Заявители сообщали об условиях содержания в карантинном помещении, о дикой практике водворения в изолированный бокс на 12-13 часов без предоставления пищи и возможности отправления естественных надобностей, а также о необоснованном применении к ним физического воздействия за отказ от вступления в "секцию дисциплины и порядка".

После вмешательства Уполномоченного (рассмотрение жалобы контролируется по настоящее время) из прокуратуры Курской области были получены промежуточные ответы с информацией о возбуждении уголовного дела в отношении заместителя начальника ФГУ ИК-3 УФСИН России по Курской области по безопасности и оперативной работе и старшего инспектора отдела безопасности ФГУ ИК-3 по признакам состава преступления, предусмотренного пп. "а" и "б" ч. 3 статьи 286 УК РФ (превышение должностных полномочий).

16 февраля 2007 года из прокуратуры Курской области поступила информация, что 7 ноября 2006 года Льговский районный суд признал одного из обвиняемых виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. "а" и "б" ч.3 ст. 286 УК РФ и назначил ему наказание в виде трех лет шести месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком на два года. Другой обвиняемый был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. "а" ч. 3 статьи 286 УК РФ. Ему назначено наказание в виде трех лет лишения свободы условно с испытательным сроком два года, с лишением права занимать должности в УИС и МВД сроком на два года.

В 2007 году Пятигорским городским судом Ставропольского края осужден участковый уполномоченный городского УВД. Задержав и поместив в специально оборудованную комнату в участковом пункте милиции мужчину, с целью получить признательные показания в совершении кражи, которой тот не совершал, он продержал потерпевшего сутки без воды и пищи, сильно избил его. Затем, оформив протокол явки с повинной, сотрудник милиции положил в карман брюк потерпевшего сверток с марихуаной, чтобы возбудить в отношении потерпевшего уголовное дело о незаконном приобретении и хранении наркотических средств. При этом сверток с марихуаной участковый уполномоченный сам незаконно хранил в помещении пункта милиции.

Судом сотрудник милиции за незаконное лишение свободы человека, превышение должностных полномочий с применением насилия, с причинением тяжких последствий, в хранении наркотических средств в крупном размере приговорен к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком три года, с лишением права занимать должности в органах государственной власти и управления сроком на два года. Но в данном случае имеет место прямое нарушение сотрудником милиции Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов наказания, его действия подпадают под понятие «пытки».

Помимо этого, налицо имеется нарушение ч. 2 ст. 21 «Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию и заключению в какой бы то ни было форме», в которой говорится, что «ни одно лицо не должно подвергаться во время допроса насилию, угрозам или таким методам дознания, которые нарушают его способность принимать решения или выносить суждения».

В некоторых случаях сотрудники правоохранительных органов применяют чрезмерное психическое, а также и физическое воздействие даже в отношении несовершеннолетних, женщин и пожилых людей, то есть тех, кто в силу естественных причин не в состоянии оказывать серьезное сопротивление или представлять угрозу жизни или здоровью сотрудников правоохранительных органов.

Все без исключения заявления о применении физического, либо психического насилия, совершенного в отношении несовершеннолетнего, должны расцениваться как вопиющие факты нарушения статьи 37, 40 Конвенции о правах ребенка, принятой 20.11.1989 года.

В соответствии со статьёй 37 Конвенции:

- ни один ребенок не должен быть подвергнут пыткам или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания;

- ни один ребенок не должен быть лишен свободы незаконным или произвольным образом. Арест, задержание или тюремное заключение ребенка осуществляются согласно закону и используются лишь в качестве крайней меры и в течение, как можно более короткого соответствующего периода времени.

В соответствии с международными нормами несовершеннолетние должны содержаться в исправительных учреждениях в соответствии с принципами и процедурами, установленными в Минимальных стандартных правилах Организации Объединенных Наций, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила).

В них, в частности, сказано: «Лишение свободы должно осуществляться в условиях и обстоятельствах, обеспечивающих соблюдение прав человека несовершеннолетних.

Следует гарантировать осуществление в интересах несовершеннолетних, содержащихся в исправительных учреждениях, эффективных мероприятий и программ, которые послужили бы тому, чтобы поддерживать их здоровье и самоуважение, воспитывать у них чувство ответственности и поощрять формирование таких взглядов и навыков, которые помогли бы им развивать свои возможности в качестве членов общества» (пункт 12. части II Правил ООН касающихся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы);

«Несовершеннолетним в исправительных учреждениях должен обеспечиваться уход, защита и вся необходимая помощь - социальная, психологическая, медицинская, физическая, а также помощь в области образования и профессиональной подготовки, - которые им могут потребоваться с учетом их возраста, пола и личности, а также интересов их полноценного развития» (п. 26.2 ч. 5 Минимальных стандартных правил Организации Объединенных Наций, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила).

В Пермской воспитательной колонии № 2 в ходе проверки заявлений родителей несовершеннолетних осужденных региональным уполномоченным были выявлены факты издевательств и избиений воспитанников колонии сотрудниками колонии, не обеспечения их средствами личной гигиены, что является нарушением требований статьи 37 Международной Конвенции ООН о правах ребенка, части пятой Минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних. Недостатки в организации режима и надзора за воспитанниками колонии привели к тому, что 05 октября 2007 года покончил жизнь самоубийством воспитанник Фофанов В.О.

Данные факты, по мнению уполномоченного по правам человека в Пермском крае, стали возможными в результате:

- отсутствия системы в профессиональной и психологической подготовке сотрудников учреждений ГУФСИН по Пермскому краю к действиям в условиях применения физической силы, специальных средств и оружия, (принятие зачетов, экзаменов, допуск к самостоятельному несению службы);

- незнания сотрудниками Федерального Закона РФ от 21 июля 1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»;

- недостаточной подготовки в ходе специального профессионального обучения младшего, среднего и старшего начальствующего состава ГУФСИН по Пермскому краю по вопросу изучения международных правовых норм по соблюдению прав человека в исправительных и воспитательных учреждениях;

- незнания сотрудниками колонии международных документов в сфере защиты прав детей (Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних («Пекинские правила», 1985 год), Руководящие принципы ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр-Риядские руководящие принципы, 1990 год), Правила ООН, касающиеся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы (1990 год));

- некачественного отбора кандидатов для прохождения службы в подразделениях ГУФСИН по Пермскому краю.

И такие примеры не единичны. Так, 7 июня 2007 года в ходе прокурорской проверки в Казанской воспитательной колонии был выявлен факт превышения должностных полномочий воспитателем учреждения Х. По данному факту Казанской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях было возбуждено уголовное дело по п. «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ. 14 июля 2007 года приговором Московского районного суда г. Казани Х. осужден к 4 годам 3 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года.

Однако Министерством юстиции Российской Федерации и Управлением по Приволжскому федеральному округу, проверявшими в 2007 году трижды учреждения УФСИН республики, почему-то фактов нарушений прав человека не было выявлено.

В подавляющем большинстве случаев способом пыток является избиение (как с помощью палок, дубинок и других средств, так и руками и ногами), которое в ряде случаев сопровождается приковыванием наручниками, надеванием противогаза, унижением и издевательствами. Распространенными повреждениями после пыток и жестокого обращения являются ссадины, кровоподтеки, сотрясение мозга, не редки переломы. Такие повреждения, как правило, либо не влекут вред здоровью, либо влекут легкий вред здоровью.

Наиболее частой целью пыток и жестокого обращения является принуждение к признанию в совершении преступления и демонстрация силы и собственного превосходства.

Такие результаты довольно хорошо корреспондируются с давно обсуждаемой проблемой так называемой «палочной» системы отчетности, создающей ситуацию, когда в погоне за хорошими показателями и положительной динамикой при отсутствии квалифицированных сотрудников и слабой материально-технической базы все методы раскрытия преступлений хороши, включая и незаконные, а именно принуждение к признанию в совершении преступления путем насилия.

Например, к уполномоченному по правам человека в Республике Дагестан обратился осужденный 22.01.2008г. по ч. 2 ст. 162, ч. 1 ст. 222 УК РФ гражданин М. с заявлением о применении к нему в ходе следствия методов психологического и физического давления с целью дачи признательных показаний в совершении преступлений.

В ходе проведенной по инициативе уполномоченного проверки сведения подтвердились и прокуратурой г. Буйнакска возбуждено уголовное дело п. «а» ч. 3 ст. 286. ч. 2 ст. 301 УК РФ. Сотруднику ИВС предъявлено обвинение, ведется расследование.

Частые случаи насилия с целью демонстрации силы и власти тоже вполне вписываются в сегодняшний социальный портрет органов внутренних дел, когда на службу приходят низкоквалифицированные сотрудники.

Как отмечалось выше, наиболее распространенной практикой пыток и жестокого обращения являются избиения. При этом, как правило, сотрудники правоохранительных органов не используют специальных средств, осуществляя избиения руками и ногами, однако в ряде дел для совершения пыток использовались как специальные средства, находящиеся на вооружении в органах МВД (наручники, резиновая дубинка, огнестрельное оружие, противогаз), так и другие бытовые средства.

Особого рассмотрения заслуживает вопрос бесчеловечного содержания обвиняемых и подозреваемых в следственных изоляторах и изоляторах временного содержания, находящихся в ведении ГУФСИН РФ и ГУВД-УВД-ОВД субъектов Российской Федерации.

Анализ обращений граждан, отражающих условия содержания в местах предварительного заключения – изоляторах временного содержания (ИВС) органов внутренних дел и следственных изоляторах (СИЗО) уголовно-исполнительной системы свидетельствует о нарушении не только принципов, провозглашенных Всеобщей декларацией прав человека, но и федерального законодательства о содержании под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Нахождение граждан в условиях изоляции от общества не должно носить по своей сути бесчеловечный или унижающий достоинство характер.

Общая ситуация с правами указанной категории граждан на территории Российской Федерации характеризуется следующим образом:

Лишь незначительное число изоляторов временного содержания соответствуют требованиям Федерального закона от 15.07.1995г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (Республика Татарстан). Большинство уполномоченных указало на то, что во многих изоляторах регионов условия содержания указанной категории граждан далеки от гуманных, не соответствуют международным нормам, Свода принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме, принятого ООН 9 декабря 1988 года (Количественные показатели по некоторым регионам приведены в таблице).

Напряженность ситуации связана с крайней изношенностью зданий изоляторов, которые, как правило, расположены в помещениях отделов внутренних дел старой постройки, спроектированных до 1995 года без учета современных требований к таким помещениям.

Кроме того, изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями милиции общественной безопасности и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете Министерства внутренних дел Российской Федерации. По причине недостаточного финансирования многие вопросы ремонта, реконструкции, а в необходимых случаях и строительства ИВС, решаются исключительно медленно, в связи с чем, условия пребывания в ИВС как подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, так и условия работы персонала данных учреждений длительное время остаются нерешенными. И, как следствие, на сегодняшний день условия содержания граждан, еще не признанных судом виновными, остаются неудовлетворительными и их положение существенно хуже положения осужденных, отбывающих наказание в исправительных колониях.

Так, например, в Ставропольском крае на сегодняшний день необходим капитальный ремонт в 8 изоляторах временного содержания, однако в 2008 году денежные средства предусмотрены только для двух учреждений, в остальных ремонт и переоборудование намечается в 2009-2011 годах, несмотря на наиболее неблагоприятные условия содержания в них задержанных.

В Республике Коми, с 1995 по 2005 годы денежные средства из федерального бюджета на ремонт ИВС не поступали. И только на 2007-2009 годы запланировано выделение финансовых средств (на 2008 год – 26240 тыс. рублей).

В том же Ставропольском крае в 2007 году вдвое больше по сравнению с 2006 годом поступило жалоб на неудовлетворительные условия содержания от лиц, находящихся под стражей в ИВС и СИЗО, и от осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях.

В рамках Соглашений об основных формах взаимодействия и сотрудничества в целях соблюдения и восстановления нарушенных прав и свобод, заключенных между ГУВД-УВД и уполномоченными субъектов Российской Федерации, проводятся проверки соблюдения прав граждан, содержащихся в изоляторах временного содержания. Наиболее распространенными нарушениями, выявляемыми в ходе проверок, являются:

1). Несоблюдение норм санитарной площади, ненадлежащее материально-бытовое обеспечение: отсутствие индивидуальных спальных мест и постельных принадлежностей, столов и скамеек по лимиту мест в камере, тазов, шкафов для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов, полок для туалетных принадлежностей, вешалок для верхней одежды (ст. 23 Закона). Отсутствие санитарно-гигиенических зон в камерах, душевых и помывочных помещений, отсутствие или неэффективная система вентиляция камер, слабая освещенность камер является причиной заболеваний граждан, содержащихся в ИВС (Республики Башкортостан, Дагестан, Калмыкия, Мордовия, (Саха) Якутия, Приморский край, Калужская, Липецкая, Омская, Саратовская области).

Так, в связи с коллективной жалобой шести лиц, содержащихся под стражей в ИВС ОВД по Изобильненскому району, в августе 2007 года уполномоченный по правам человека в Ставропольском крае совместно с представителями ГУВД, с выездом на место, проверил изложенные факты и убедился, что многие действительно имеют место. Санитарно-эпидемиологическая обстановка не соответствовала законодательству об охране здоровья. В камерах, в которых содержались обратившиеся с жалобой лица, отсутствовали индивидуальные спальные места, а также столы, табуретки, шкафчики для хранения личных вещей, наглухо закрытые окна камер не обеспечивали приток свежего воздуха, а имеющаяся вытяжная вентиляция, кроме чрезмерного шума, работала без какого-либо эффекта.

Положение находящихся в таких помещениях людей еще более усугублялось их переполненностью, а также отсутствием прогулочного дворика, санитарного узла, наличием спертого воздуха, пропитанного потом и дымом от курения. Тесноту и антисанитарию дополняло наличие в камере ведер, которыми подследственные вынуждены пользоваться при отправлении естественных надобностей при отсутствии ширмы, ограждающей это место.

После обращения уполномоченного к руководству ГУВД, а также информирования прокурора и извещения губернатора и председателя государственной Думы Ставропольского края меры по наведению порядка в этом учреждении были приняты незамедлительно, а по информации прокурора Изобильненского района эта деятельность взята на особый контроль.

Переполняемости камер ИВС во многих регионах способствует нарушение требований Положения «О порядке отбывания административного ареста», утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 02.10.2002г. № 726, предусматривающего содержание лиц, подвергнутых административному аресту, в специальных приемниках органов внутренних дел. Из-за отсутствия приемников административно-арестованные содержатся в камерах ИВС.

2). Нарушение права арестованных на медицинскую помощь. Отсутствие должностей медицинских работников и медицинских кабинетов, стоматологического оборудования является причиной непроведения медицинских осмотров спецконтингента, что приводит к обоснованным жалобам указанных лиц (Калужская, Липецкая, Омская, Саратовская области). Кроме того, в соответствии с совместным приказом МВД России и Минздрава России от 31.12.1999г. № 1115/475 все доставленные для содержания в ИВС граждане должны подвергаться обязательной санитарной обработке в санпропускнике с камерой дезинфекции вещей. Однако проверки, проводимые сотрудниками аппаратов региональных уполномоченных, показали, что требование указанного приказа зачастую не выполняются, что создает реальную угрозу возникновения и распространения инфекционных и паразитических заболеваний не только среди лиц, содержащихся в ИВС, но и среди личного состава сотрудников органов внутренних дел.

3). Нарушение сроков содержания в ИВС (Приморский край, Саратовская область).

4). Отсутствие оборудованных прогулочных двориков, в связи с чем, подозреваемые и обвиняемые не имеют возможности пользоваться ежедневной прогулкой (п. 11 ч. 1ст. 17 Закона) (Ставропольский край, Калужская, Липецкая области).

5). Непредоставление свиданий с родственниками. Свидания подозреваемых и обвиняемых с адвокатом происходят в следственных кабинетах ввиду отсутствия комнат для свиданий (ст. 18 Закона) (Калужская, Липецкая области).

6). Непредоставление трехразового горячего питания по нормам, установленным Правительством Российской Федерации. Это требование выполняется далеко не во всех ИВС, в лучшем случае горячее питание выдается на обед (Волгоградская область).

Пример: обвиняемый Г., содержавшийся в июне 2007 года в ИВС Светлоярского РОВД Волгоградской области в течение 5 дней не получал пищи. Это стало возможным вследствие того, что руководство районного отдела внутренних дел не заключило договор на обеспечение питанием содержащихся в изоляторе граждан, а передачи от родственников следователем не разрешались. По предложению регионального уполномоченного руководством ГУВД Волгоградской области была проведена проверка, указанные факты подтвердились. Одновременно были приняты меры по организации в изоляторе временного содержания Светлоярского РОВД трехразового питания содержащихся в нем граждан. Сотрудники, допустившие такую ситуацию, привлечены к дисциплинарной ответственности.

Заслуживает отдельного внимания и проблема обеспечения обвиняемых, конвоируемых из следственных изоляторов в суды, горячей водой, без которой они не могут использовать сухой паек, выдаваемый в следственном изоляторе в виде концентратов. Так, в Волгоградском областном суде обвиняемому А. конвоем было отказано в его просьбе о предоставлении кипятка для обеда. Факт в ходе проверки подтвердился.

Несмотря на то, что руководством УВД г. Волгограда неоднократно поднимался вопрос обеспечения горячей водой доставляемых в суд граждан, лишь после обращения уполномоченного по правам человека в Волгоградской области Управление Судебного департамента области перечислило всем судам денежные средства для приобретения водонагревательных приборов.

7). Использование в зимнее время для перевозки спецавтотранспорта, не оборудованного отопительными приборами. В связи с жалобами обвиняемых на использование для их перевозки в зимнее время неотапливаемого спецавтотранспорта, по результатам проверки по ходатайству уполномоченного по правам человека в Волгоградская области руководством ГУВД было принято решение о его списании. Другой пример: по решению суда г. Сыктывкара Республики Коми перевозка людей в заднем отсеке патрульного автомобиля «УАЗ» при отрицательной температуре воздуха снаружи признана «незаконной и унижающей их человеческое достоинство, поскольку в отсеке не были включены освещение и отопление».

Вместе с тем необходимо констатировать, что в этом вопросе имеются некоторые положительные сдвиги, что объясняется конструктивной позицией руководства МВД России, создавшего условия беспрепятственного обращения содержащихся в изоляторах временного содержания граждан к Федеральному и региональным уполномоченным по правам человека и оперативного реагирования на их рекомендации по рассмотрению таких обращений. Кроме того, с учетом предложений Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации МВД России разработало ведомственную целевую программу строительства и реконструкции ИВС, а также издало 22 ноября 2005 года приказа № 950 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел».

В то же время взаимодействие Уполномоченных с руководством Федеральной службы исполнения наказаний по проблеме условий содержания подследственных и осужденных не столь эффективно, хотя в следственных изоляторах существуют те же проблемы, указанные выше:

1). Несоблюдение санитарной нормы жилой площади на одного человека, переполняемость (Республика Саха (Якутия), Волгоградская, Иркутская, Ростовская области, Приморский край и др.).

Например, в Волгоградской области в 2007 году все пять следственных изолятора работали в условиях превышения лимитов наполняемости: три - от 10 до 30%, два - от 30 до 40% от общей численности содержащихся там подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. В то же время из пяти следственных изоляторов, функционирующих в Иркутской области, лишь в одном работал в условиях перелимита наполняемости на 14%. Вместе с тем следует отметить, что данный изолятор расположен в г. Иркутске, тогда как три из четырех оставшихся следственных изолятора удалены от областного центра на 400 и более километра. (Приморский край – ФГУ-146%).

Причин превышения лимитов следственных изоляторов, а, следовательно, нарушения прав находящихся в них граждан, несколько.

Одна из основных - неизбирательность при избрании меры пресечения в виде заключения под стражей. Нередко судьи удовлетворяют ходатайства следователей об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу лицам, совершившим преступления небольшой либо средней тяжести, в отношении которых затем выносится наказание, не связанное с лишением свободы. Как констатировал судья ЕСПЧ А. Ковлер, выступая на 10-ти летнем юбилее ратификации Россией Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Россия «входит в тройку чемпионов» по количеству вынесенных постановлений по нарушению прав граждан на свободу и личную неприкосновенность (статья 5 Конвенции). Речь шла о слишком частом и немотивированном применении этой исключительной меры пресечения. При этом А. Ковлер отметил, что «Европейский суд не отрицает и даже оправдывает арест, но только тогда, когда это действительно необходимо. Только треть из арестованных в итоге в качестве меры наказания получают лишение свободы. Не редки случаи, когда суд в приговоре отмеряет обвиняемому ровно такой срок, какой он уже отсидел под арестом, фактически только для того, чтобы оправдать заключение под стражу». Из этого следует, что количество арестованных необходимо сокращать. Для достижения указанной цели и одновременно обеспечения явки обвиняемого к следователю или в суд, исключения совершения им новых преступлений либо создания препятствий в установлении истины необходимо развивать и разумно применять такие меры пресечения как залог или домашний арест, личное поручительство, которые остаются без надлежащего внимания российских правоохранительных органов.

Особо необходимо отметить, что в следственных изоляторах содержатся подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений несовершеннолетние подростки. В связи с чем, вопрос развития практики применения мер пресечения, альтернативных заключению под стражу, поможет решить не только проблему перелимита следственных изоляторов и нехватки помещений в других местах, где временно содержатся арестованные, но и создать более благоприятные условия содержания в них несовершеннолетних.

Следующая основная причина - несоблюдение сроков рассмотрения уголовных дел в судах, судебных проволочках, когда гражданам приходится по два-три месяца ждать поступления документов (распоряжений о вступлении приговоров в законную силу, копий приговоров от мировых судей, определений кассационных инстанций), отсутствие в регионах транзитно-пересыльных центров, позволяющих освободить места, занимаемые этапируемыми лицами. И вновь дело упирается в недостаточное финансирование на указанные цели. Так, на переоборудование под транзитно-пересыльной центр административного корпуса в промышленной зоне одной из колоний в Волгоградской области требуется 14 млн. рублей, а на 2008год выделено лишь 2 млн. рублей.

Некачественное рассмотрение уголовных дел судами также приводит к перелимиту следственных изоляторов. После отмены вынесенных приговоров вышестоящими судебными инстанциями дела направляются на новое рассмотрение, и люди, вместо того, чтобы убыть в колонию для исполнения наказания, остаются в следственном изоляторе. Как отмечено ГУФСИН России по Волгоградской области, многие подследственные и подсудимые содержатся под стражей свыше года, по состоянию на 19.02.2008 года таких людей – 102. Показательным может служить пример с гр. М., находящимся под стражей с 17 февраля 2004 года, осужденным в мае 2004 года Калачевским районным судом Волгоградской области. После отмены данного приговора в мае 2005 года суд вновь вынес приговор, осудив М. к 6 годам лишения свободы. Но в мае 2007 года Верховный Суд РФ отменил кассационное определение и направил дело на новое рассмотрение в Волгоградский областной суд, которое до 2008 года не было окончено. На настоящий момент М. практически отбыл 2/3 срока назначенного судом наказания. И такие в Российской Федерации примеры не единичны.

2). Нарушение норм питания (Волгоградская область).

СИЗО-1 г. Волгограда – заключенных кормили просроченными продуктами, имели место факты замены в рационе питания одних продуктов на другие.

3). Несоблюдение требований пожарной безопасности. СИЗО-3 г. Волгограда не оснащено автоматической пожарной сигнализацией и средствами оповещения, а деревянные конструкции чердака не обработаны огнезащитным составом.

4). Нарушение права арестованных на медицинскую помощь. СИЗО-2 г. Волгограда – в течение двух лет отсутствовал врач-терапевт. Стоматологическая помощь не оказывается из-за отсутствия стоматологической установки. Не проводятся анализы на ВИЧ-инфекцию, гепатиты групп В и С из-за отсутствия одноразовых пластмассовых пробирок.

Подводя итог, необходимо отметить, что обеспечение достойных условий содержания заключенных под стражу в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах является наиболее острой проблемой. И хотя на ее решение выделяются определенные денежные средства, они недостаточны. Меры, принимаемые Министерством внутренних дел РФ и Главным управлением Федеральной службы исполнения наказаний в этом направлении, в частности, открытие при исправительных учреждениях помещений, функционирующих в режиме следственных изоляторов (ПФРСИ), также не могут стабилизировать обстановку.

Вывод: финансирование мер по улучшению условий содержания арестованных должно быть увеличено. И это прямая обязанность государства.

5). Некоторые уполномоченные отмечают, что зачастую они получают от осужденных, подозреваемых или обвиняемых не «закрытые письма», где их почтовые конверты находятся в почтовых конвертах администрации учреждений, а их жалобы и заявления, которые прошли официальную цензуру администрации следственного изолятора и исправительного учреждения. При этом нарушаются сроки отправки корреспонденции, установленные федеральным законодательством.

Как следует из представленной информации региональных уполномоченных, основными причинами отказа от приема пищи осужденными, подозреваемыми и обвиняемыми, объявление ими голодовок в пенитенциарных учреждениях по информации региональных уполномоченных являются:

1). Несогласие с привлечением к уголовной ответственности, несогласие с ходом расследования уголовных дел, несогласие с решениями суда (Кабардино-Балкарская Республика – в 2007 году 4 раза). Осужденный Мурзин Г.В. , страдающий шизоидным расстройством личности, несколько раз наблюдался в стационаре медицинской части ИК-5 (Республика Мордовия) по поводу отказа от приема пищи. Данный отказ он мотивировал тем, что не должен находиться в ИК-5, поскольку не являлся сотрудником правоохранительных органов. Вместе с тем, заявитель проходил службу в ИТК-10 УИН УВД Тверской области в должности младшего инспектора отдельной роты охраны. Соответственно, содержание его в ФГУ ИК-5 УФСИН России по Республике Мордовия, в которой отбывают наказание бывшие сотрудники правоохранительных органов, является обоснованным. В 2007году в связи с несогласием привлечения к уголовной ответственности, хода расследования уголовных дел, с вынесенными решениями суда в Кабардино-Балкарской Республике 7 обвиняемых и осужденных объявляли голодовки. В ходе проверки голодовки были прекращены, а заявления оставлены без удовлетворения в связи с обоснованностью принятых решений.

2). Несогласие с продлением сроков содержания под стражей

3). Неоказание квалифицированной медицинской помощи (Кабардино-Балкарская Республика – 2 факта - в ходе проверки оснований для принятия мер реагирования не выявлено).

4). Применение дисциплинарных взысканий, водворение в штрафные изоляторы (Кабардино-Балкарская Республика – действия администрации по водворению в ШИЗО Боровкова З.Б. и Осауленко А.А. признаны законными).

5). Не отправление корреспонденции (Кабардино-Балкарская Республика – в 2008 году объявлялась голодовка осужденным Колтаковым А.В. В ходе проверки доводов выявлены нарушения закона в ИК-3, по которым прокурором внесено представление об устранении нарушений закона и привлечении виновных к дисциплинарной ответственности).

6). Не обеспечение нормами питания (ч. 3 ст. 99 УИК РФ) стало причиной объявления в 2007 году массовой голодовки осужденными в Курской области.

Что касается применения специальных средств к осужденным и арестованным, необходимо отметить, что по каждому случаю их применения проводятся служебные проверки на предмет нарушения требований ст. 28-30 Федерального закона РФ от 21.07.1993г. № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».

Факты применения специальных средств и физической силы к задержанным, арестованным и осужденным обусловлены исключительно необходимостью обеспечения установленного порядка содержания в условиях изоляции от общества, предотвращения противоправных действий, выполнения законных требований сотрудников правоохранительных органов. Основаниями применения спецсредств являлись оказание злостного неповиновения администрации колоний и следственных изоляторов, когда ненасильственным способом невозможно было обеспечить выполнение законных требований.

Региональные уполномоченные отмечают и такую проблему, как привлечение осужденных к труду. Посещением ими исправительных колоний показывает, что не в полном объеме принимаются меры по привлечению тысяч осужденных трудоспособных мужчин к труду. Те небольшие работы, связанные с самообслуживанием учреждений, подсобные хозяйства учреждений не снимают остроты данной проблемы.

Уполномоченные по правам человека в субъектах РФ не остаются сторонними наблюдателями в разрешении затронутых в обзоре вопросов. Так, уполномоченными в Республике Карачаево-Черкесия, Чеченской Республике, Пермском крае, Архангельской и Саратовской областей подготовлены специальные доклады по данной проблематике.

Результаты проверки всех изоляторов временного содержания уполномоченным по правам человека в Ставропольском крае совместно с работниками отдела спецучреждений ГУВД и санэпидемстанции медицинского отдела ГУВД стали предметом обсуждения на селекторном оперативном совещании при начальнике ГУВД Ставропольского края с участием представителя уполномоченного по правам человека. В соответствии с принятым на нем решением в адрес губернатора и председателя государственной Думы Ставропольского края, руководителей муниципальных образований были направлены обращения о выделении необходимых средств для приведения условий содержания в ИВС в соответствии с требованиями действующего законодательства, по каждому такому специальному помещению разработаны и находятся в стадии реализации планы первоочередных мероприятий по реконструкции и ремонту, оснащению необходимым имуществом, оборудованием и расходными материалами. В соответствии с утвержденной программой, рассчитанной на 2007-2009 годы, на ремонт ИВС УВД-ОВД по городам и районам края из федерального бюджета планируется выделить 54 млн.660 тыс. рублей, что позволит привести условия содержания подозреваемых и обвиняемых в них в соответствие с установленными требованиями.

Уполномоченный по правам человека в Приморском крае в 2007 году направил обращение председателю Приморского краевого суда с просьбой избирательного применения меры пресечения в виде заключения под стражу, соблюдения сроков рассмотрения уголовных дел в судебных органах. Результат – численность граждан, содержащихся в следственных изоляторах, на некоторое время была немного снижена, но в настоящее время вновь наблюдается рост. В связи с этим администрация следственных изоляторов не в состоянии обеспечить всем гражданам индивидуальные спальные места, возможность непрерывного сна в течение 8 часов, качественную подготовку к процессуальным мероприятиям, предоставление нормальных бытовых условий и пр. Все это можно расценивать как нечеловеческие и пыточные условия содержания.

Уполномоченный по правам человека в Краснодарском крае, выступая перед представителями общественности, членами Общественного Совета при ГУВД Краснодарского края, неоднократно подчеркивал, что необходим общественный контроль за работой правоохранительных органов, а также пенитенциарных учреждений. При этом он отмечал, что общественный контроль не означает только поиск и учет недостатков, это, прежде всего, активное и добровольное участие общественности в осуществлении органом функций, возложенных на него государством. И эти функции с сентября текущего года возложены на общественные наблюдательные комиссии, сформированные в субъектах Российской Федерации, которые ежегодно будут направлять уполномоченным материалы по итогам осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания.

Необходимо констатировать, что только принципиальный подход к проверке фактов нарушений прав человека в деятельности правоохранительных органов и пенитенциарных учреждений и принятие соответствующих мер реагирования, повышение профессионализма сотрудников приведет к соблюдению конституционных норм, требований законов и нормативных правовых актов и сможет привести к искоренению негативного отношения к деятельности правоохранительных органов и пенитенциарных учреждений.

Приведенный выше анализ базируется исключительно на тех материалах, которые представлены 29 уполномоченными по правам человека в субъектах РФ, к которым пострадавшие обращались за помощью, и не может рассматриваться как полномасштабный анализ.

Однако данный анализ выявил ряд тенденций в деятельности правоохранительных органов и пенитенциарных учреждений, которые необходимо более детально изучить и в дальнейшем учесть в разработке мер по повышению эффективности их работы. При этом стоит отметить, что общероссийский анализ дел о пытках будет затруднен отсутствием официальной статистики по такой категории дел, поскольку все дела о пытках и жестоком обращении подпадают под состав преступления, предусмотренной ст. 286 УК РФ, и в статистике теряются в общей категории «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления».

Проведенный анализ также показывает отсутствие системы эффективного расследования сообщений о пытках и жестоком обращении, в результате чего, пострадавшие годами вынуждены добиваться отмены незаконных постановлений и восстановления справедливости. Органы прокуратуры, как правило, не несут ответственности за халатное отношение к расследованиям, волокиту и принятие незаконных решений. При проведении расследований в подавляющем большинстве случаев не учитывается тот факт, что преступные действия зачастую происходят в служебных помещениях органов МВД, ГУФСИН, за законность на территории которых ответственность несут начальники подразделений. Однако, как правило, начальники к ответственности не привлекаются. Такая практика в целом порождает состояние безнаказанности, способствует возникновению новых случаев пыток и жестокого обращения. В целях реализации международных обязательств России по запрету на пытки и проведению эффективных расследований сообщений о таких преступлениях, а также, учитывая особую опасность таких дел как пытки и жестокое обращение со стороны должностных лиц, представляется важным:

· дополнить статью 99 УПК Российской Федерации частью второй следующего содержания: исключить применение к лицам, совершившим преступления небольшой или средней тяжести , в качестве меры пресечения заключение под стражу;

· с целью повышения качества медицинской помощи лицам, содержащимся в пенитенциарных учреждениях, а также объективного обследования лиц, подвергшихся пыткам либо жестокому, бесчеловечному отношению, решить вопрос о создании медицинской службы, независимой от МВД России и Министерства юстиции России;

· рекомендовать следственным органам при привлечении к уголовной ответственности должностных лиц, непосредственно виновных в совершении пыток, проверять версию о причастности к данному преступлению руководителей, не принявших действенных мер по пресечению противоправных действий;

· в ходе расследования уголовных дел, связанных с применением должностными лицами пыток, особое внимание уделять причинам, способствовавшим совершению данного преступления;

· включить в статистическую отчетность графу, отражающую совершение преступлений в виде превышения должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) с применением пыток;

· при решении вопроса о даче санкции на арест обязать суды запрашивать информацию в следственных изоляторах о свободных местах, соответствующих условиям содержания под стражей (как минимум, по вопросу о наличии необходимых 4 метров жилой площади и индивидуального спального места);

· рекомендовать общественным наблюдательным комиссиям в субъектах Российской Федерации в предоставляемых Уполномоченному по правам человека в РФ ежегодных материалах по итогам осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания особо выделять случаи применения пыток, жестокого, бесчеловечного обращения с осужденными сотрудниками органов исполнения наказаний.

[1] Данные Пермского регионального правозащитного центра за 2007 год.

©2009-2012
Официальный сайт Уполномоченного по правам человека в РФ
Электронная приемная
Наш адрес: 101000, г. Москва, ул. Мясницкая, 47
При полном или частичном копировании материалов с сайта ссылка на ombudsmanrf.ru обязательна.

### Вернуться на новую версию сайта