## География подо льдом. Зачем издан первый в мире геоморфологический атлас Антарктики

Антарктида — самое белое пятно на карте и в прямом, и в переносном смысле. 99% материка скрыто подо льдом. Попытки выяснить, что именно находится под этим покровом, сродни изучению космоса: условия экстремальные, исследования сверхдорогие, знания накапливаются по крупицам и уточняются аналитическим путем. Десять лет группа ученых СПбГУ «расшифровывала» Антарктику, обозначая подледный рельеф материка

Длинные коридоры питерского университета приводят меня в старинный кабинет с картой морей и океанов во всю стену над массивным, как горное плато, столом на резных ногах. Компьютер на нем выглядит декоративной игрушкой.

— За этим столом работал великий ученый Яков Эдельштейн, а вот тут, в этом шкафу, стоит его книга «Основы геоморфологии», — говорит профессор Андрей Жиров, заведующий кафедрой геоморфологии. — Я мизинца его не стою, но то, что сижу за этим столом, ко многому обязывает.

Из шкафа, такого же резного и старинного, он достает атлас Антарктики, ради которого я тут. В атласе примерно 100 карт материка и бесконечные снежные пейзажи. Андрей Жиров рисует в моем блокноте лед.

— Ледник Ламберта. Понимаете? Крупнейший выводной ледник! До полутора–двух километров мощность льда. Он движется со скоростью сотни метров в год. Но как именно? Нижний слой льда чаще всего примерзает ко дну, а движется только верхняя часть по так называемому слою скольжения, который обладает пониженной вязкостью, повышенной текучестью. Формы же рельефа на минеральном дне оказываются законсервированными. Он практически не разрушается, не меняется. Земля сохранила для нас кусочек истории — как в музее. Смотрите, мол, изучайте, как это было миллионы лет назад.

— И что мы можем выяснить, например? Может ли, если рассуждать теоретически, древний «законсервированный» рельеф перевернуть наши представления о развитии событий на Земле?

— Конечно! Мы еще мало знаем. Вы себе массив Фишера представляете? — В моем блокноте появляется схематический островной массив, его высота 1600 метров, и стрелочка — чуть менее километра льда вокруг него. — Вдруг обнаруживается, что на склонах на высоте 310 метров и более там есть морские отложения возрастом 855 тысяч лет, — продолжает делать пометки профессор. — Такие молодые? Откуда? Подобные условия отсутствия единого ледникового щита в Антарктиде существовали лишь 30–40 миллионов лет назад, по общепринятому мнению. Но, судя по этой находке, — профессор Дмитрий Большиянов, участник и организатор ряда экспедиций в Арктику и Антарктику, лично спускался вместе с коллегами по склону в районе массива Фишера, где нашли на горе морские отложения, — тут совсем недавно плескалось море. Может быть, ледники тогда сильно деградировали и данный регион уже переживал потепление и таяние льдов, или оледенение материка в целом началось гораздо позднее, чем считается, как полагал, например, Евгений Максимов. Понимаете? Если оправдается предположение, что 800 тысяч лет назад тут был теплый океан, — значит, подобное потепление уже было, Земля, животные, растения и древние предки человека это уже переживали.

История Земли с каждым шагом нашего познания оказывается все сложнее и сложнее. Но прошлое, каким бы интригующим оно ни было, все-таки интересует обычного человека с позиций его личного будущего: если какие-то знаменательные события происходили в прошлом, то могут ли они повториться? И такие события пережили природа и наши далекие предки?

— То есть, изучая рельеф Антарктики, мы можем предположить как менялся облик Земли? И была ли жизнь там, где сейчас все покрыто льдами?

— Да. И жизнь там была однозначно. Вот видите, — профессор показывает мне линии на карте, — явный след речной деятельности. Давней речной деятельности. Вот тут под ледяным щитом были погребены речные долины. Например, под ледником Ламберта прорисовывается река, полноводностью и объемом выносимых наносов сопоставимая с Конго. И очертания долин ее притоков сохранились подо льдом. Антарктида — уникальный регион. Тысячи лет взаимодействия ледников, литосферы, гидросферы и атмосферы оставляют следы, по которым ученые могут сделать палеореконструкцию климата планеты и соответственно прогноз.

— Самое знаменитое озеро Восток — изменился ли как-то его облик на карте?

— Восток… Вот у нас Восток. По данным на 2002 год были обозначены четыре острова. А сейчас уже более четырнадцати. Раньше не удавалось выделить все острова, не хватало данных. Мы ведь как работаем? Берем радиолокационные данные о глубине подледной поверхности, полученные благодаря труду многих людей, — точку промера глубины. Еще одну, другую, третью. Особым образом анализируем эти высотные отметки — по сути, разворачиваем, проявляем картину подледного рельефа. Где-то данных хватает, чтобы четко обозначить контур формы рельефа, где-то нет. Если вы внимательно посмотрите на карты — сами увидите, по контуру догадаетесь. «Острова» эти условные, конечно, над ними скользит лед. Это озеро, к слову, не единственное в Антарктиде. Есть еще ряд озер. Журналисты все надеются, что там обнаружится какое-то «лохнесское чудовище». Мы же думаем, что основные жители этого озера — достаточно простые, хотя, возможно, и уникальные в своем роде организмы. И это очень интересно. Но никоим образом не «смертоносные», ибо в биосфере все виды за миллионы лет приспособились друг к другу, и ни один вид не стремится уничтожить все остальные. Разве что человек, да и то неразумный. Полярные регионы — особенно хрупкие территории, где людям надо быть крайне осторожными в своих действиях, если мы хотим, чтобы и наши потомки смогли лицезреть эту суровую, но чарующую своей первозданностью красоту.

— Насколько полную картину Антарктики имеют сегодня ученые?

— Этот атлас — только начало. Мы выделяем элементы, анализируем их, выделяем более крупные формы — котловины, прогибы, уступы, седловины. Строим исходные аналитические карты рельефа, которые, в свою очередь, позволяют нам выйти на морфотектонические, гляциодинамические и прочие карты. То есть мы говорим не только о самом рельефе, о тектонических разломах и движениях, о движении льда, но и о его происхождении, а следовательно, о климатической реконструкции и прогнозах, о возможности в будущем добывать на материке полезные ископаемые.

— Если удается «расшифровать» и нанести на карту подледный горный хребет или остров, ему полагается дать имя. Какие новые географические названия появились на карте Антарктики?

— Например, три подледные седловины получили русские названия — Петербургская, Университетская и Менделеевская. Но чтобы эти названия официально признала мировая ученая общественность, нужно подавать заявление в специальную международную комиссию, которая несколько лет будет рассматривать обоснования для них. А кто такой Менделеев? А достоин ли он? А почему Петербургская? Все это не так просто. Действительно, среди задач этого атласа была и задача напомнить мировому сообществу об интеллектуальном присутствии России в Антарктиде. На англоязычных картах почему-то в итоге остались только три русских названия: озеро Восток, плато Советское и горы Гамбурцева. Тут также важно подчеркнуть, что это общее дело. Создание атласа стало возможным благодаря работе большого числа ученых и исследователей на протяжении долгого времени — и российских, и зарубежных. Заслуги нашего коллектива, душой которого был профессор Александр Ласточкин, не должны заслонять самоотверженный труд многих полярников, без которых наши познания о подледном рельефе так и оставались бы на уровне конца прошлого века.

— Вы говорили, что атлас Антарктики — только начало. Уже что-то можно сказать о следующем шаге?

— Второй атлас будет посвящен Арктике, работа над ним уже ведется. Первый этап работы: мы создаем карту-основу — аналитическую карту рельефа Арктики, которая включает сведения о суше, шельфе, континентальном склоне и дне океана. Это будет уникальный атлас, и он также потребует совместных усилий большого числа специалистов.

25 июля 2012г.

Эксперт Online , (02.08.2012)