Европейский центр защиты прав человека

О проекте Вакансии Контакты Отчеты

Статья впервые опубликована в журнале «Российская юстиция», № 4, 2002 г.

## Жалобы против России в Европейском Суде по правам человека

Ольга Чернышова

Европейский Суд по правам человека является уникальным институтом, чья компетенция и географический охват беспрецедентны в истории международного права. Почти 800 млн. человек в 41 стране имеют сегодня возможность напрямую обратиться к этому судебному органу с жалобами на нарушения важнейших прав. Суд вырабатывает стандарты защиты прав человека, которые воздействуют на правовые системы практически всех государств Европы, и оказывает решающее влияние на национальное законодательство и практику в самых различных областях — таких, как уголовный процесс, гражданское и административное право, семейное право, положение иностранцев, права прессы и др.

Работа Суда построена на принципе субсидиарности, в соответствии с которым главная роль защиты прав человека, закрепленных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод, лежит на национальных властях государств-участников, и прежде всего на их судебных органах. Национальные суды могут и должны применять положения Конвенции в своей практике и предоставлять эффективную защиту от их нарушений.

Тем не менее, когда такая национальная защита по тем или иным причинам оказывается неэффективной, частные лица могут подать жалобы в Страсбургский Суд. По словам Председателя Европейского Суда по правам человека г-на Вильдхабера, «право индивидуальных обращений всегда находилось в центре системы, выстроенной Конвенцией. Именно благодаря ему механизм Конвенции превратился в ту эффективнейшую систему региональной защиты прав человека, которой она является на сегодняшний день. Количество межгосударственных дел всегда было достаточно небольшим, к тому же они оказались слишком неприспособленными к хрупкой системе взаимодействия между национальными интересами, частными жалобами и международной дипломатией. Общие стандарты Конвенции были утверждены и развиты в полновесный свод правил и прецедентов именно за счет бесчисленных частных лиц, которые жаловались на государства в Суд в Страсбурге» (Address by Luzius Wildhaber, President of the European Court of Human Rights // Protecting Human rights: the European Perspective fifty years after the signature of the European Convention on Human Rights. Strasbourg, 8 June 2000).

Впрочем, положительный эффект не исчерпывается возможностью для граждан защищать свои права на общеевропейском уровне. Государства-участники с помощью такого внешнего контроля могут выявлять и укреплять слабые места в своих правовых системах. Во многих случаях решения Суда приводили к значительным изменениям в законодательстве и практике европейских государств.

Россия признала действие Конвенции с 5 мая 1998 г. С этого момента ее граждане могут обращаться в Европейский Суд с жалобами на нарушение прав, гарантированных Конвенцией. Это право россияне используют достаточно активно — на январь 2002 г. более 7500 индивидуальных жалоб подано против Российской Федерации (такое количество жалоб, поданных с ноября 1998 г., когда вступил в силу Протокол № 11 к Конвенции, выводит Россию на четвертое место по их числу после Италии, Франции и Польши). Из них более 1900 дел зарегистрированы и ожидают рассмотрения Судом, более 2500 жалоб признаны неприемлемыми. Помимо этого, более 3200 временных досье ожидают решения о регистрации. Более 50 жалоб сообщены (коммуницированы) Правительству РФ. Три жалобы против России признаны Судом приемлемыми на сегодняшний день, но ни одна такая жалоба еще не рассмотрена Судом по существу.

Уже сейчас можно говорить о том, что Суд в Страсбурге становится все более понятным и доступным институтом для тех граждан России, которые хотят добиваться защиты своих прав на международном уровне. Однако, к сожалению, как видно из приведенных цифр, большинство жалоб оказываются неприемлемыми и не доходят до рассмотрения по существу. В связи с этим представляется интересным не только проанализировать жалобы, поданные против России, но и вкратце рассказать о порядке рассмотрения дел в Суде и требованиях, предъявляемых к жалобам от индивидуальных заявителей, с учетом особенностей жалоб, направленных против России.

## Суд и Секретариат Суда

При разработке и принятии Конвенции, которая вступила в силу в 1953 году, было принято решение о создании системы наблюдения за соблюдением государствами взятых на себя обязательств. Для этого в Страсбурге, где находится штаб-квартира Совета Европы, были созданы Комиссия по правам человека и Суд по правам человека. На сегодняшний день Суд действует на основании Протокола № 11 к Конвенции, который вступил в силу 1 ноября 1998 г. В результате его принятия Суд преобразован из сессионного в постоянно действующий орган и является единственным органом, наделенным правом рассмотрения индивидуальных заявлений (Комиссия по правам человека прекратила свою деятельность в 1999 году).

Суд состоит из 41 судьи — по одному от каждой из стран — участниц Конвенции. Судья от Российской Федерации — А.И. Ковлер. В работе Суду помогает Секретариат, в котором работает около 100 юристов из стран — участниц Конвенции. В функции Секретариата входит переписка с заявителями и помощь судьям-докладчикам в подготовке решений по жалобам.

## Как подать жалобу?

Граждане и их объединения, юридические лица могут подать жалобу против действий органов публичной власти государства-ответчика в Суд, если они считают, что явились жертвой нарушения государством-участником прав, гарантированных Конвенцией.

Индивидуальные жалобы могут направляться по почте или по факсу в адрес Суда (European Court of Human Rights. Council of Europe, F-67075 Strasbourg-Cedex. Tel: 33(0)3 88 41 20 18. Fax: 33 (0)3 88 41 27 30). Чтобы пресечь шестимесячный срок подачи жалобы, предусмотренный ст. 35 Конвенции, необходимо уже в первом письме кратко изложить суть своей жалобы. Полная информация о характере предполагаемого нарушения и использовании национальных мер правовой защиты может быть представлена и позже, при заполнении формуляра жалобы. Формуляр можно получить в ответ на обращение в Секретариат или на странице Суда в сети Интернет (www.echr.coe.int). Его следует дополнить копиями судебных решений и необходимых документов, на которые ссылается заявитель в своей жалобе. Необходимо отметить, что обязанность обоснования жалобы в соответствии с Регламентом Суда лежит на заявителе. Если у заявителя есть адвокат, должна быть также представлена доверенность на ведение дела в Суде.

Заявления в Суд могут быть представлены на русском как на официальном языке государства — участника Конвенции. Однако официальными языками Суда являются английский и французский, и решения Суда выносятся только на этих языках. До стадии коммуникации переписка может идти на русском, в частности требования об уточнении жалобы, информация о регистрации высылаются заявителю на русском языке, но после коммуникации переписка с заявителем ведется только на одном из официальных языков.

Надо отметить, что в связи с ростом количества обращений Суд несколько изменил процедуру переписки с заявителями. Ранее Секретариат Суда направлял в адрес заявителей, чьи жалобы могли быть признаны неприемлемыми, индивидуальные письменные уведомления о возможных причинах неприемлемости. С января 2002 г. эта практика изменена — очевидно неприемлемые заявления теперь будут сразу направляться для рассмотрения в комитет, а заявителя проинформируют о решении уже после его принятия.

Подача и рассмотрение заявлений не облагаются никакими пошлинами. Индивидуальные заявители могут представить свои заявления самостоятельно, однако рекомендуется пользоваться услугами адвоката. Советом Европы разработана схема предоставления бесплатной юридической помощи лицам, не располагающим достаточными финансовыми средствами. Такая помощь предоставляется только в случае коммуникации дела правительству. В этом случае заявитель должен заполнить соответствующий формуляр, который затем визируется государственными органами страны.

## Рассмотрение жалобы в Суде

Когда по делу собрана достаточная для рассмотрения информация, назначается судья-докладчик. Большинство дел рассматривается комитетом из 3 судей, которые единогласно принимают решение о неприемлемости дела. Такое решение является окончательным и не подлежит пересмотру.

В случаях когда по делу встают достаточно серьезные вопросы и для решения вопроса о приемлемости недостаточно только информации со стороны заявителя, палата Суда в составе 7 судей или Большая палата в составе 17 судей направляет сообщение соответствующему правительству и просит его представить свои замечания по приемлемости и по существу жалобы. При этом Суд задает правительству вопросы по делу, на которые в течение установленного срока должен быть представлен ответ. Чтобы обеспечить рассмотрение дел в Суде на условиях равенства сторон, копии коммуникации и ответы правительства направляются заявителю для ответа, а комментарии заявителя — правительству. Такая процедура отчасти объясняет сроки рассмотрения дел в Суде, которые могут составлять от года до 4–5 лет.

Разбирательство обычно проводится в письменной форме, хотя Суд может принять решение о проведении слушаний по делу, которые, в принципе, открыты для публики. Формуляр жалобы, пояснения сторон и другие материалы, представленные сторонами в Секретариат Суда, доступны общественности, если Суд не решит иначе.

На любой стадии после признания дела приемлемым может быть достигнуто мирное урегулирование при поддержке и содействии Суда. Он также может принять решение вычеркнуть дело из списка в случаях, когда заявитель просит об этом или не проявляет интереса к продолжению разбирательства дела, или когда достигнуто мирное урегулирование.

Если после признания дела приемлемым не достигнуто мирного урегулирования и оно не вычеркнуто из списка, Суд принимает решение по существу. Для этого Суд также может провести слушания или принять решение на основе письменных представлений сторон.

В решении по существу Суд может только прийти к выводу о том, имело ли место в отношении заявителя нарушение статей Конвенции и протоколов к ней. Если Суд придет к выводу о нарушении прав, он вправе присудить заявителю выплату определенной суммы денег в виде компенсации за это нарушение. Суд также может посчитать, что само признание нарушения в отношении заявителя является достаточной компенсацией. Суд, как правило, решает и вопрос о возмещении судебных расходов. Решения Суда являются обязательными для государств — ответчиков.

## Исполнение решений Суда

На основе решений Суда о нарушении прав, гарантированных Конвенцией, Комитет министров стран — участниц Совета Европы может, путем принятия соответствующих резолюций и оказания постоянного политического давления на государства, требовать широкого спектра мер, направленных на исправление и предотвращение повторения подобных нарушений: отмены примененного акта, пересмотра судебных решений и других действий. Например, в результате ряда дел против Турции, в которых были признаны факты применения пыток и жестокого и бесчеловечного обращения с задержанными, Турция была вынуждена провести реформу законодательства, обеспечить более широкий доступ неправительственных организаций в места лишения свободы, провести обучающие и другие программы с сотрудниками полиции и правоохранительных органов.

## Вопросы приемлемости жалоб

Как известно, разбирательство дел в Суде делится на две стадии — решение о приемлемости и рассмотрение по существу. Условия приемлемости содержатся в ст.ст. 34 и 35 Конвенции. Порог приемлемости достаточно высок — в среднем не более 10% зарегистрированных жалоб признаются приемлемыми, т.е. могут быть рассмотрены по существу. Так, с ноября 1998 г. по август 2001 г. Судом зарегистрировано около 28 000 жалоб, за то же время неприемлемыми признаны более 15 200 и приемлемыми — чуть более 2300. В отношении России, как и других стран, недавно присоединившихся к Конвенции, процент приемлемых жалоб гораздо ниже, как следует из приведенных цифр.

Не описывая подробно всех критериев приемлемости, постараемся рассмотреть основные причины, по которым до сих пор большинству жалоб против Российской Федерации было отказано в рассмотрении по существу.

## Шесть месяцев

Значительное количество дел против России отклоняются в связи с тем, что заявителями не соблюдается установленный Конвенцией срок для подачи жалобы. В соответствии со ст. 35 Конвенции Суд принимает дело к рассмотрению только в случае, если прошло не более шести месяцев после вынесения окончательного решения по делу внутри страны. Это правило без исключений. Время начинает течь со дня вынесения внутреннего решения или, если решение не было публичным, с момента, когда заявитель или его адвокат узнали о принятом решении. В случаях, когда заявитель не мог использовать средства внутренней правовой защиты, срок будет отсчитываться с момента нарушения права или с момента, когда заявитель или его представитель узнал о нарушении.

## Национальные средства правовой защиты

Причиной того, что многие российские заявители пропускают установленный Конвенцией срок, зачастую является обращение за помощью в институты, которые не рассматриваются Судом в качестве «эффективных средств правовой защиты». Приведу примеры таких институтов.

В соответствии со ст. 35 Конвенции Суд принимает дело к рассмотрению только в том случае, если были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты. Это правило обосновано принципом, в соответствии с которым государство должно иметь возможность исправить предполагаемые нарушения, прежде чем дело будет рассматриваться международным органом, а роль Суда в Страсбурге должна быть субсидиарной по отношению к национальным институтам, на которых и лежит в первую очередь обязанность гарантировать гражданам права, закрепленные в Конвенции. Такие средства правовой защиты должны быть эффективными, реальными и доступными заявителю. Регламент Суда возлагает обязанность доказать исчерпание средств защиты на заявителя при представлении жалобы.

В соответствии со сложившейся практикой для того, чтобы средство правовой защиты считалось доступным и эффективным, у заявителя должно быть право самому начать процедуру обжалования, а не зависеть от усмотрения представителя публичных властей. Таким образом, обращение с надзорной жалобой не является средством правовой защиты в смысле ст. 35 Конвенции. При этом в отношении России Суд только применил уже сложившуюся практику, опираясь на ранее принятые решения по жалобам в отношении стран со сходными правовыми механизмами.

Например, в Бельгии, где только Генеральный прокурор мог внести уголовное дело на рассмотрение Кассационного Суда, обращение к нему не считалось средством правовой защиты. По мнению Комиссии по правам человека, для того чтобы жалоба могла считаться эффективной, она должна быть доступной, т.е. у осужденного должна быть возможность самостоятельно инициировать процедуру пересмотра, а не зависеть от должностного лица (H. v. Belgium. № 8950/80. 37 DR 5. 1984).

Для обжалования решения Апелляционного Суда в Верховный Суд Дании осужденный должен был получить «поддержку» Министра юстиции. Комиссия по правам человека пришла к выводу, что такая процедура является по своей природе исключительной и не может рассматриваться в качестве эффективного средства правовой защиты в смысле ст. 26 Конвенции (X. v. Denmark. № 8395/78. 27 DR 50. 1981).

Эта практика была подтверждена и после реформы Суда. В деле «Тумилович против России» Суд указал, что надзорные жалобы являются исключительными мерами, использование которых зависит от самостоятельных полномочий председателя коллегии по гражданским делам Верховного Суда и заместителя Генерального прокурора, и поэтому они не являются эффективными мерами правовой защиты в смысле ч. 1 ст. 35 Конвенции. Следовательно, отказ в принесении надзорных жалоб не влияет на течение шестимесячного срока, установленного Конвенцией (№ 47033/99. Decision of 24 March 1999).

Аналогичные решения приняты и в делах в отношении других стран со сходной правовой системой, например, против Украины.

По словам В. Туманова, «оценивая систему критериев, выработанных Судом для решения вопроса об исчерпании внутренних правовых средств, и практику их применения, можно утверждать, что Суд действует по преимуществу в интересах заявителей и во всяком случае не потакает стремлению многих государств-ответчиков ограничить число направленных против них жалоб усложнением условий их приемлемости» (Туманов В.А. Европейский Суд по правам человека. Очерк организации и деятельности. М., 2001. С. 56).

При принятии решения о том, исчерпаны ли средства правовой защиты, Суд также обращает внимание на то, насколько доступными для заявителя и эффективными являются меры, которые заявитель должен был исчерпать. Например, в деле «Акдивар и другие против Турции», где жалоба касалась уничтожения деревень в районах юго-восточной Турции при проведении операций против курдских повстанцев, Суд подчеркнул, что правило об исчерпании должно применяться с определенной степенью гибкости и без излишнего формализма, поскольку этот принцип не является абсолютным и не может применяться автоматически. Необходимо учитывать не только личную ситуацию заявителя, но и общий политико-правовой контекст, в котором действуют указанные национальные органы. Несмотря на возражения правительства, Суд посчитал, что в данном случае требование об исчерпании внутренних средств защиты, которые были в принципе доступны заявителям (обращение в административные суды, просьба о выплате компенсации за утраченное жилье и имущество), неприменимо при наличии некоторых условий. К первому условию Суд отнес «особые обстоятельства», которые существовали в юго-восточных районах Турции из-за действий террористов и правительства. Вторым Суд признал наличие «административной практики постоянных нарушений, несовместимых с положениями Конвенции, и проявление терпимости государством в отношении подобных нарушений, в результате чего разбирательства в национальных судах могут стать бесполезными и неэффективными» (Akdivar and others v. Turkey. R.J.D. 1996-IV. № 15). Более того, Суд посчитал, что в условиях многочисленных жалоб и серьезности предполагаемых нарушений бремя доказывания переходит на правительство, которому следовало показать меры, предпринятые в ответ на жалобы.

К сходному выводу Суд пришел в деле «Аксой против Турции», где заявитель утверждал, что в результате примененных к нему в полиции пыток, в частности подвешивания за руки, у него наступил двусторонний паралич предплечий и его руки потеряли способность двигаться. Заявитель опрошен в тюрьме прокурором, которому он пожаловался на применение пыток, однако никаких действий со стороны прокурора предпринято не было. По мнению Суда, то, что заявитель не обратился с официальной жалобой и не исчерпал других возможных средств защиты, например в гражданском порядке, объясним этими «специальными обстоятельствами», которые освобождают заявителя от требования полностью исчерпать формально предоставленные национальным правом средства защиты (Aksoy v. Turkey. R.J.D. 1996-VI. № 26).

В деле «Ассенов против Болгарии» Суд решил, что достаточно того, что заявитель, утверждавший, что в отношении него нарушена ст. 3 Конвенции, безуспешно исчерпал все средства по привлечению к ответственности сотрудников внутренних дел за применение пыток в рамках уголовно-процессуального производства. Обращения в суд в гражданско-правовом порядке с жалобой о возмещении вреда не требуется для того, чтобы признать исчерпание средств правовой защиты (Assenov v. Bulgaria. Judgment of 28 October 1998).

Национальные средства правовой защиты также должны быть эффективными в смысле того, что, прибегнув к ним, заявитель может добиться реального исправления допущенных в отношении него нарушений. Например, обращение к омбудсмену не может рассматриваться как эффективное средство правовой защиты, так как сам по себе он не наделен правом исправить нарушения, а его право обратиться в другие органы с просьбой о таком исправлении является полностью дискреционным; к тому же такое обращение необязательно для рассмотрения другими, например, судебными, органами (Montion v. France. № 11192/84. Decision of 14 May 1987. 52 DR 227).

## Очевидно необоснованные жалобы

В соответствии с ч. 3 ст. 35 Конвенции жалоба признается неприемлемой, если она «очевидно необоснованна». Суд приходит к такому выводу, когда жалоба на нарушение статей Конвенции не обоснована или не подтверждена документально или если факты, на которые ссылается заявитель, не представляют собой нарушения Конвенции. Суд часто ссылается на так называемую доктрину «четвертой инстанции», в соответствии с которой он не будет рассматривать предположительно совершенные национальными судами фактические или юридические ошибки, которые не повлекли нарушений положений Конвенции (Khan v. the United Kingdom. Judgment of 1 May 2000). Суд не является вышестоящей судебной инстанцией по отношению к национальным судам и не может отменять или изменять решения, вынесенные по делу. Многие российские заявители просят Суд пересмотреть принятые национальными судами решения, по-новому оценить доказательства или свидетельские показания, дать другую квалификацию действиям, принять иное толкование национального права, оценить пропорциональность назначенного наказания. Суд не вправе предпринимать таких действий, и большое количество жалоб отклоняется именно по этим причинам.

## Жалобы, несовместимые с положениями Конвенции

В соответствии с ч. 3 ст. 35, неприемлемыми также будут признаны жалобы, несовместимые с положениями Конвенции. Учитывая, что последняя вступила в силу в отношении России только 5 мая 1998 г., многие российские заявители жалуются на события, которые произошли до этой даты. Такие жалобы признаются Судом неприемлемыми по основаниям времени (ratione temporis), так как Конвенция не имеет обратной силы.

Жалоба также признается неприемлемой по основаниям места (ratione loci) в тех случаях, когда события, на которые она подана, произошли вне юрисдикции государства — участника Конвенции. Так, в делах, касающихся событий на Северном Кипре, Турецкое правительство отрицало свою юрисдикцию над данной территорией, утверждая, что она контролируется так называемой Турецкой республикой Северного Кипра (ТРСК) — независимым государством — и что Турция не может быть ответчиком. Суд отверг эти возражения, указав, что вопрос о том, является ли страна-участник ответчиком в деле, не может решаться ей в одностороннем порядке исходя из политических соображений. Принимая во внимание тот факт, что Турция является единственной страной, признавшей существование ТРСК, и — прежде всего — что благодаря своему военному присутствию Турция, по сути, осуществляет эффективный контроль над данной территорией, Суд заключил, что именно она является надлежащим ответчиком по данному делу (Loizidou v. Turkey. Judgment of 18 December 1996. Reports 1996-VI).

В деле «Илашко и другие против Молдовы и России» заявители жаловались на нарушение их прав властями так называемой «Приднестровской Молдавской республики». Они утверждали, что Молдавия и Россия несут ответственность за происходящее в Приднестровье. При этом они ссылались, в том числе, на российское военное присутствие в Приднестровье и тесные связи между Тирасполем и Кишиневом в области таможенного сотрудничества. Жалоба признана Судом приемлемой в отношении обеих стран.

Жалоба также может быть признана неприемлемой по основаниям лица (ratione personae), если она подана не на действия государства или одного из его органов, но на действия частных лиц или организаций. Так, часть жалобы «Тумилович против России» была отклонена в связи с тем, что заявительница жаловалась на действия своего работодателя — частной компании, а не на действия «публичных органов власти».

Суд также не рассматривает actio popularis, т.е. дела, поданные в общественных интересах частными лицами или организациями, которые сами не являются жертвами нарушений.

Жалоба может быть признана неприемлемой по материальным основаниям (ratione materiae), если она подана на нарушение права, не гарантированного Конвенцией. Например, Конвенция не гарантирует социально-экономических прав, на нарушение которых часто жалуются заявители из России, — права на труд, социальное обеспечение, жилье и т.д. В деле «Бурков против России», где заявитель жаловался на нарушение в отношении него ст. 3 Конвенции — недостаточное социальное обеспечение как пострадавшему от ядерных испытаний в Семипалатинске, Суд указал, что в его компетенцию не входят вопросы рассмотрения уровня или качества социальных гарантий, предоставляемых национальными властями (Burkov v. Russia. (dec.) № 46671/99).

Другой пример отказа в рассмотрении жалобы по этим основаниям связан с тем, что жалоба выходит за рамки гарантируемого Конвенцией права. По жалобе бывшего мэра г. Владивостока Черепкова на нарушение ст. 3 Протокола № 1, гарантирующей «свободное волеизъявление народа при выборе законодательной власти», Суд указал, что в соответствии с национальной правовой системой органы местного самоуправления не относятся к законодательной власти, и признал жалобу неприемлемой по основаниям ratione materiae (Cherepkov v. Russia. (dec.) № 51501/99).

## Вопросы, которые могут стать предметом рассмотрения по существу

Российская Федерация неизбежно сталкивается с проблемами приведения национального законодательства в соответствие с требованиями европейской Конвенции и ее толкованием Судом. При анализе жалоб, поступающей против России, можно выделить несколько проблем, которые, вероятно, и в дальнейшем будут представлять наибольший интерес с точки зрения судебных перспектив.

Судом выработаны подробные стандарты, гарантирующие права личности в уголовном процессе. К сожалению, на сегодняшний день очевидно, что ни законодательство, ни практика не отвечают требованиям Суда, как впрочем и требованиям Конституции РФ. Действующий УПК был принят в 1960 году. Многочисленные изменения, внесенные в него законодателем, а в последние годы и Конституционным Судом РФ, хотя и привели к некоторому укреплению гарантий прав личности, не могут решить всех проблем, оставшихся в наследство от старой системы правосудия. Очевидно, что по крайней мере до вступления в силу нового УПК многие из этих проблем по-прежнему будут напоминать о себе в конкретных делах.

В сентябре 2001 г. принято решение о приемлемости жалобы «Калашников против России» по ст.ст. 3 и 5 Конвенции. Заявитель, обвинявшийся в совершении ряда экономических преступлений в Магаданской области, провел более 4 лет в предварительном заключении. Во время пребывания в камере, рассчитанной на 8 человек и размером 17 кв. м, в ней постоянно находилось около 20 человек. Заявитель заразился рядом кожных заболеваний. В камере находились люди, больные сифилисом и туберкулезом (Kalashnikov v. Russia. (dec.) № 47095/99).

Ряд жалоб касаются условий содержания в местах лишения свободы как до, так и после приговора суда, жестокого обращения со стороны сотрудников правоохранительных органов и отсутствия эффективного расследования таких жалоб в национальной правовой системе. Следует отметить, что Суд уделяет особое внимание этой категории дел. В последние годы он неоднократно подтверждал необходимость проведения эффективного расследования каждой жалобы на жестокое обращение с заключенными, следуя ранее установленной практике по ст. 2 Конвенции, на нарушение права на жизнь. Если представлены убедительные заявления об обращении, противоречащем ст. 3 Конвенции, от рук полиции или иных соответствующих государственных органов, эта статья вместе с общими требованиями ст. 1 Конвенции налагает обязанность проведения эффективного государственного расследования. При этом принцип субсидиарности требует, чтобы государства не просто воздерживались от указанного поведения, но и установили в национальном законодательстве нормы, призванные предотвратить и исправить подобные нарушения на национальном уровне. Их отсутствие может повлечь за собой нарушение как ст. 3, так и ст. 13 Конвенции (Assenov v. Bulgaria).

Помимо этого, ряд дел касаются длительности содержания под стражей до суда и длительности разбирательства уголовных дел, а также невозможности обжалования решений о продлении содержания под стражей (например, Panchenko v. Russia. (dec.) № 45100/99). Некоторые жалобы связаны с гарантиями прав обвиняемого в уголовном процессе, например при отсутствии в кассационной инстанции заявителя или его представителя (Shulmin v. Russia. (dec.) № 46502/99).

Ряд проблем может вызвать надзорный порядок пересмотра решений судов. Помимо того что, как уже упоминалось, обращение в надзорную инстанцию не рассматривается Судом в качестве средства правовой защиты в смысле ст. 35 Конвенции, существует ряд проблем, связанных с особенностями производства в надзорной инстанции. Так, в свете решения «Брумареску против Румынии» встает проблема обеспечения принципа правовой стабильности при наличии возможности неограниченного пересмотра решений судов, вступивших в законную силу, по протесту административного органа (прокурора). Суд посчитал, что такой порядок нарушает положения ст. 6 Конвенции в части гарантий права на справедливый суд. Он также может привести к нарушению положений ст. 1 Протокола № 1, если решением суда, отмененным в результате удовлетворения протеста прокурора, заявителю была присуждена определенная выплата (Brumaresku v. Rumania. Judgment of 28 October 1999).

Если надзорная жалоба приносится судьей, встает другая проблема. В решении против Литвы Суд посчитал, что принесение протеста главой коллегии по уголовным делам Верховного Суда, даже при условии, что он сам не принимал участия в последующем рассмотрении дела в коллегии, но участвовал в назначении судей и судьи-докладчика, нарушило принцип беспристрастности и независимости суда (Daktaras v. Lithuania. Judgment of 10 October 2000). Несколько коммуницированных жалоб против России так или иначе касаются прав сторон при производстве в надзорной инстанции в гражданском и уголовном процессе.

Серьезную проблему может создать длительность судебного разбирательства по гражданским и по уголовным делам. Судом ежегодно рассматриваются сотни жалоб на нарушение положений ст. 6 Конвенции о проведении судебного разбирательства «в разумный срок». Одним из требований Суда является, например, наличие системы эффективного обжалования неоправданных задержек при рассмотрении судами уголовных и гражданских дел. По мнению Суда, несмотря на субсидиарность механизмов Конвенции и отсутствие единого подхода в странах-участницах к решению этой проблемы, требования ст. 13 Конвенции будут нарушены, если у жертвы подобных нарушений отсутствует возможность действенно ускорить рассмотрение дела или получить эффективную защиту от неоправданных задержек (Kudla v. Poland. Judgment of 26 October 2000). В жалобе г-жи Еманаковой, которая была коммуницирована Правительству РФ, заявительница жалуется на длительность рассмотрения гражданского дела в кассационной инстанции и на отсутствие механизмов защиты от такого нарушения.

Другая важная проблема — исполнение судебных решений. Если судебное решение в пользу одной из сторон не исполняется по вине государственного органа — например, решение вынесено в отношении государственного органа или присутствует вина пристава-исполнителя в неисполнении решения — можно говорить о возможном нарушении ст. 6 Конвенции. По мнению Суда, право на доступ в суд, гарантированное ст. 6, ничтожно, если государство не создает условий, которые могли бы предоставить стороне, в чью пользу вынесено решение, возможности его эффективного исполнения без неоправданной задержки (Immobiliere Safi v. Italy. Judgment of 28 July 1999).

21 июня 2001 г. Суд принял первое решение о приемлемости жалобы против России. Это дело г-на Бурдова из Ростовской области — пенсионера, который обратился в суд с жалобой на невыплату ему компенсаций как участнику ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС. Спустя более трех лет с момента вынесения окончательного судебного решения в пользу заявителя оно не было исполнено в связи с «отсутствием финансирования». Дело было признано приемлемым по ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 (Burdov v. Russia. (dec.) № 59498/00).

Суд также коммуницировал Правительству РФ несколько жалоб из г. Череповца на нарушение ст. 8 Конвенции, в которых заявители жаловались на то, что им не было предоставлено жилье для отселения из санитарной зоны предприятия, проживание в которой признано судебным решением невозможным. В предыдущей практике Суд признавал возможность нарушения права на уважение жилища и семейной жизни в сходных обстоятельствах (см. решение по делу Lopez Ostra v. Spain. Judgment of 9 December 1994. Series A-303).

6 июня 2001 г. в Суде впервые состоялись публичные слушания по делу против России. В деле «Илашко и другие против Молдовы и России» Суд рассмотрел вопрос о приемлемости жалобы заявителей на события, которые произошли в Приднестровье. По утверждениям заявителей, обе страны должны нести ответственность за события, которыми нарушены их права, гарантированные ст.ст. 2, 3, 5, 6, 8, 13 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1. Заявители были осуждены судом в Приднестровье к смертной казни (которая не приведена в исполнение, но и не отменена) и к различным срокам тюремного заключения с конфискацией имущества за «терроризм» (к моменту проведения слушаний первый заявитель по делу — Илашко — был отпущен властями Приднестровья и присутствовал на слушаниях в Страсбурге). Положительное решение о приемлемости жалобы в отношении обоих государств принято Судом 4 июля 2001 г. (Ilasco, Lesco, Ivantoc and Petrov-Popa v. Moldova and the Russian Federation. (dec.) № 48787/99. Информацию об этом и других указанных в статье решениях можно найти на интернет-сайте Европейского Суда www.echr.coe.int/hudoc.htm).

Особую категорию дел против России составляют жалобы на события в Чеченской Республике. Более 120 индивидуальных жалоб были поданы в Суд с жалобами на действия органов власти Российской Федерации в Чечне. Шесть из них коммуницированы в июне 2000 г. Правительству России. Жалобы касаются гибели и ранения родственников заявителей при бомбежке, убийства мирных жителей военнослужащими российской армии, гибели имущества, незаконного задержания и применения пыток, отсутствия эффективных средств правовой защиты внутри страны.

### * * *

Несмотря на то что на сегодняшний день не принято ни одного решения по существу по жалобам против России, даже приведенный, вынужденно краткий и неполный, анализ ситуации позволяет предположить, что такого рода решений следует ожидать в ближайшее время. Из приведенного списка проблем следует, что жалобы, подаваемые в Страсбургский Суд, не являются изолированными эпизодами, но отражают в той или иной мере существующие недостатки в системе защиты прав человека в Российской Федерации. Рассматриваемые Судом жалобы — плоть от плоти существующих и известных проблем.

Не следует воспринимать рассмотрение дел в Европейском Суде как нечто экстраординарное или тем более как чьи-то умышленные происки, направленные против престижа России или на ослабление ее международного авторитета. Множество решений Суда, в которых установлены нарушения прав человека странами, считающимися оплотами европейской демократии, не только не отразились на их международном престиже, но и наоборот, доказали их приверженность общеевропейским демократическим ценностям. Хочется верить, что Российская Федерация будет и дальше плодотворно сотрудничать с Советом Европы и с Судом по правам человека на благо развития европейской правовой системы и укрепления гарантий важнейших прав личности в нашей стране.

Автор - юрист Секретариата Европейского Суда по правам человека .

Опубликовал: Татьяна Томаева, Jan 12 2007, 13:36

Главная Новости События Тренинги Дела проекта Справочные материалы Бюллетень Публикации Ссылки

Статистика дел
всего дел: | 242
решения о приемлемости: | 40
решения по существу: | 93

Статистика посещений

Индекс цитирования